Ведьмы любят…десерты - Снеталия Морозова

– Дин, у меня метки горят, нас ждут! Нам домой пора!

– Я украду тебя как-нибудь на несколько дней, договорюсь с побратимами!

– Ну-ну, – сказала, потягиваясь на песочке ведьмочка.

Родин стал ее целовать всю: грудь, живот, лобок, рыча, и желая съесть.

40. Преображение для девочек.

Когда Мила и Родин приземлились у дома, их встречали все. Вся большая семья. Родин обернулся. Мила шла и улыбалась. Она была в одной сорочке. Видар быстро пошел навстречу, накинул ей на плечи свою рубаху. Она нырнула под его плечо, он обнял ее, а потом взял на руки

– Ведьма! – прошептала Акира.

Мила была прекрасна. Распушенные волосы. Босые ноги. Но! Не это увидела Амира. Волчица увидела ее взгляд! Сексуальный! Любящий жизнь! Любящий себя!

Мила это уловила, подмигнула Амире.

– Мальчики! Я так соскучилась! Папа Грег, привет! Волчонок подождет! Я хочу Акиру!

Вы тут с Родиным поболтайте, у него к вам дело. Грег, а пироженки у нас есть?

– Да, любовь моя!

– Обожаю, мы сейчас с Акирой уединимся, а потом я все съем в этом доме!

– Ты что не кормил Милу? – одновременно спросили мужья.

– Все, Кира, тикаем! Мы скоро!

Милана слезла с Видара, целуя его в губы, взяла волчицу за руку и повела в свой домик.

Мужчины смотрели вслед женщинам. Два Грега одинаково почесали макушку.

– Каково это быть ведьмой, Милана?

– Это прекрасно, Акира! Я каждой клеточкой чувствую природу, я сама природа. Ты такая же.

– Я?

– Ага, отпусти себя. Не прячься! Не стесняйся, отдайся телу, мужчине всецело.

– Мила, я другая, ты такая красивая, твои мужья аж дышать перестают, когда видят тебя.

– Они дышать перестают, потому не знают, что я дальше выкину!

Они рассмеялись.

– Мила, у тебя даже взгляд такой, ну как бы очень.

– Блядский?

– Какой?

– Ну, как будто я сейчас тут же буду заниматься любовью?

– Да!

– Вот и ты такой в себе найди и занимайся любовью всегда и во всем, что ты делаешь!

До Акиры доходило, она даже спину выпрямила, выпячивая грудь.

– Мы пришли, проходи! Повторяй за мной, волчица, все.

Милана разделась полностью, Акира тоже. У Акиры были волосики на теле и лобке. Мила протянула ей мазь, сказала, чтобы она намазалась вся, не упуская мест между ягодиц. Амира намазала себя всю.

Они вышли на улицу. Мила обдала волчицу водой. С водой ушли и все волоски. Волчица стала гладенькой.

Затем Мила взяла еще одну мазь, и они стали мазаться. Милана проговаривала за каждым движением своих рук, какая она красивая, желанная, сексуальная, что кожа ее бархатная, ее хочется всегда целовать. Акира повторяла слово в слово и тоже мазала себя.

– Закрой глаза, Акира!

Мила подошла к волчице, стала ее лицо этой мазью мазать, потом положила ладони на глаза и стала шептать:

– Силы мои, заберите у волчицы Акиры увечье, пусть уйдет эта чернь в землю и там растворится за ненадобностью. Дай, миленький лес, этой обротнице материнство!

Акира охнула и задрожала.

По рукам Милы полилось тепло в лицо Акиры, лес шелестел, соглашаясь и слушаясь свою хозяйку. Мила убрала руки. Волчица смотрела на мир двумя здоровыми глазами.

Мазь впитывалась в тело, делая его матовым, нежным и мягким. Акира трогала себя и не верила.

– В домике зеркало, иди знакомься, красотка, с новой Акирой. Папу Грега удар хватит, – Милана засмеялась.

Женщина увидела в зеркале себя, с более пышной грудью, гладкой, нежной, бархатистой кожей, бедра стали шире. Лобок гладкий. Акира потрогала себя там. Лицо моложе, глаза ясные, брови черные, волосы гладкие и длиннее. Она стала красавицей.

– Милана, ты ведьма! Я такая красивая! Спасибо тебе.

Акира заплакала.

Милана засмеялась.

– Пошли, хватит реветь! Я тут мазью намазалась, мне еще мужей спать уложить! И, лес мне не разнесите с медведем!

Акира улыбалась, предвкушая сегодняшнюю ночь.

Из леса выходили две женщины. От них веяло сексом. Обе были возбуждены. Грег-старший смотрел на Акиру, он впервые чувствовал ее такое звериное желание к нему. Он ее любил и такую, увечье ему не мешало, но он знал, что это мешало ей. Мужья Милы смотрели на свою жену, она хотела их всех.

Грег-старший пошел навстречу. Он перекинул волчицу через плечо и потащил в лес, рыча.

– Волк, спишь на улице! – сказал Видар.

Мила зашла в дом. Скинула платье, и тут же попала в руки эльфа.

Он целовал ее, а руки бродили по ее телу. К ним присоседился Грег, он поднял ее, пошел к дивану, лег, вдыхая самый вкусный аромат. Мила оттопырила попу и села тут же на член. Она так возбудилась. Эта мазь делает свое дело. Грег не ожидал, что сразу до самый яиц Мила сядет. Они застонали в голос. Ториан массировал совершенно безумным взглядом анус.

– Мила? – задыхаясь от возбуждения спросил эльф

– ДА!!! – закричала жена.

Ториан вошел в попу. Грег подождал, а потом они начали танец. Мила сорвалась, она раскачивалась сама, просила еще членов, еще и еще. Кончала и снова возбуждалась. После оргазмов Грега и Ториана, взяли Милу в руки дракон и волк. Эти изысканно доводили Милу до грани ласками, останавливались, потом снова. Милу колотило от возбуждения. А когда два члена вошли в нее, она стала кончать со сквиртом. Она будто превратилась сама в удовольствие. Она им и была. От такого оргазма Мила отходила долго, тело еще вздрагивало, когда Грег понес ее в ванную. Они с Тором ее помыли и уложили спать, поставив у кровати на столик пирожные, напиток из ягод и цветы.

Эта ночь стала особенной. В лесу Грег-старший так любил свою волчицу, как никогда в жизни, даже свою истинную пару. Все потому, что Акира любила его, желала его и отдавалась ему впервые в жизни, не думая, не анализируя, а получая удовольствие. Грег уже утром почувствовал зарождение жизни в ее животе. Там была девочка, волчица. Они бегали по поляне медведем и волчицей, благодарили Милу, лес, всю свою жизнь. Он целовал ее живот, роняя слезы.

Мила, обретя всех мужей, тоже забеременела этой ночью. Первыми папами станут Грег и Видар. Мила уже знала, что в этом мире будет первая медведица – берегиня, ее доченька. А у Видара получился сильный сынок, вольчонок-альфа. Мила проснулась одна, время было к обеду. Она лежала на кровати, гладила живот, а слезы счастья стекались по ее щекам. Мужья почувствовали, все валились в спальню. Мила села, голая прекрасная ведьма. Грудь с острыми