В отчаянном разрушении (ЛП) - Елена Дж.

Прежде чем мы успеваем продолжить эту игривую перепалку, подходит официантка и принимает наши заказы на напитки. Мы с Фрэнки выбираем пиво, а Клементина берет какой-то фруктовый коктейль, который порекомендовала официантка.

— Итак, чем вы, ребята, занимаетесь? — спрашивает Клементина, постукивая ногтями по столу из твердого дерева.

Фрэнки прочищает горло. — Мы подрядчики, ремонтируем дома — это простой ответ.

— А иметь дело с богатыми придурками, — добавляю я, — это бонус.

Она смотрит на нас, прежде чем рассмеяться, и мы присоединяемся к ней. — Полагаю, вы имеете дело со многими?

Мы оба киваем.

— Наша нынешняя клиентка очень милая, но она требует многого за такой короткий промежуток времени. Это главная причина, по которой я иногда прихожу домой так поздно, — объясняю я.

— Я просто думала, что вы, ребята, гуляете по барам, — шутит она.

Фрэнки поднимает бровь и смотрит на меня, а потом на нее. — Ты забавная. Ты мне нравишься.

Она ярко улыбается, и это, кажется, оживляет ресторан. Официантка возвращается с нашими напитками и разносит их по кругу. Мы с Фрэнки заказываем наши обычные напитки, прежде чем я спрашиваю Клементину, что бы она хотела.

— Я не уверена, что здесь лучше, Арло, так что выбирай за меня!

Ее глаза сияют, и она подталкивает меня плечом. Я улавливаю ухмылку Фрэнки от того, как она произнесла мое имя в его присутствии. Я сглатываю и киваю, прежде чем излить официантке тот же заказ, который я получил. Она кивает и отходит от нас.

За столом воцаряется тишина, пока мы делаем глотки из наших напитков. Пот с бокалов начинает капать на дно и на стол. Я кручу основание пивного бокала вокруг него, создавая еще больший беспорядок.

— Знаешь, если ты будешь продолжать в том же духе, весь стол будет полон воды, — поддразнивает Клементина.

— Он такой ребенок в душе, не обращай на него внимания, — добавляет Фрэнки.

Я смотрю на них обоих, а потом хрюкаю. — Вы объединяетесь против меня, да?

Клементина на мгновение кладет руку мне на плечо, качает головой и хихикает. — Никогда!

Фрэнки подмигивает мне, не отпуская мою руку, пока еду не принесли быстрее, чем мы ожидали.

Остаток ужина проходит быстро, пока мы поглощаем вкусные бургеры и напитки. Фрэнки рассказывает мне о своих планах на лето и о поездке, которую он планирует совершить, чтобы навестить своих предков в Луизиане, а затем посетить нашего общего друга в Нью-Йорке. Хотя мы стараемся не говорить так много о работе, она стала для нас второй натурой. Мы даже начали понемногу переходить к обсуждению следующего проекта, который мы запланировали на это лето с другим клиентом, пока Клементина не прочистила горло. Но это не было грубостью, скорее "эй, я здесь, и я понятия не имею, о чем вы, ребята, говорите".

— Извини, Girasol, — говорю я, вытирая руки от крошек. Мы складываем наши пустые тарелки вместе, чтобы облегчить работу официантке, прежде чем Фрэнки встает, чтобы оплатить чек. Я боролся с ним несколько секунд, прежде чем он покачал головой и встал, чтобы опередить меня у кассы.

Я смотрю на Клементину, и она закусывает губу, проверяя свой телефон, чтобы скоротать время. Я наклоняюсь и даже упираюсь рукой в стол, загоняя ее в кабинку. Она поднимает взгляд, и ее глаза расширяются от любопытства.

— Что ты делаешь сегодня вечером?

Я пытаюсь спросить бесстрастно.

— Ничего, просто готовлю вещи к завтрашнему дню, — медленно отвечает она. Ее взгляд скользит вниз, и я ловлю его. Как ее взгляд переходит с меня на губы, на шею, где висит золотое ожерелье.

— Смотри вверх, глупышка, — говорю я, повторяя то, что она сказала мне утром. Ее щеки становятся румяными от улова.

— Прости, — тихо бормочет она.

— У тебя были планы на вечер? — добавляет она.

Я качаю головой, придвигаюсь ближе и еще сильнее прижимаю ее к себе. Она еще больше выгибает шею, чтобы посмотреть на меня. Ее глаза сверкают чем-то, что я не могу расшифровать.

— Это я пытаюсь понять, можно ли строить планы на нас, — шепчу я. Ей приходится немного наклониться, чтобы услышать меня. Она облизывает губы, прежде чем я делаю то же самое.

— Что ты хочешь, чтобы мы сделали?

Ее слова начинают дрожать от нервов, и я знаю, что ее мысли заняты совсем другим, чем реальными планами в городе. Я озорно ухмыляюсь, зная, что добился от нее желаемого эффекта.

— Мы можем подумать об этом, как только окажемся дома.

Она делает глубокий вдох, прежде чем кивнуть, и ее лицо краснеет еще больше. Ее веснушки — это все, на что я могу смотреть, кроме ее красивых глаз. Подсознательно я поднимаю руку, чтобы убрать упавшую прядь светлых волос за ухо. Она тяжело вздыхает, прежде чем я наклоняюсь губами к ее уху.

— Тебе бы это понравилось, не так ли?

— Что? — Ее слова вырвались с отчаянным стоном.

Я наклоняю свое тело чуть ближе, и ее рука поднимается, обхватывая мою грудь. Меня даже не волнует, что Фрэнки вернется к столу и застанет нас в таком виде. Я ожидал, что он будет флиртовать с официанткой или хозяйкой, так что у меня будет время на общение с Girasol.

— Тебе бы хотелось вернуться домой и найти, чем заняться со мной. Может, повторить вчерашний вечер? — Когда у нее перехватывает дыхание, я понимаю, что попался. — Да?

— М-может быть, — шепчет она.

Я наконец отстраняюсь, разрывая пузырь, в котором мы только что находились.

— Тогда пойдем, Girasol.

Я ухмыляюсь, прежде чем разделить наши тела и выскользнуть из кабинки. Она следует моему примеру и, разгладив руками юбку своего платья, идет за мной. Мы доходим до Фрэнки и выходим из ресторана, чтобы попрощаться, прежде чем разойтись.

Поездка домой становится преступной, когда все, о чем я могу думать, — это желание, чтобы ее руки были вокруг меня.

Глава 17

Клементина

Как только Арло заглушает двигатель грузовика, я сразу же оказываюсь рядом с ним. Буквально.

— Dios, bebita. Ты действительно хочешь повторения прошлой ночи, да?

Его голос напряжен, и я рада, что не только я в таком положении. Моя сущность горит, и я хочу не просто повторения прошлой ночи... Возможно, даже больше.

Я киваю, отстегиваю ремень безопасности и практически прыгаю на него, как раз в тот момент, когда он начинает отодвигать свое сиденье, чтобы уместить меня. Его руки мгновенно оказываются