Непокорная для Мажора - Анюта Васильева

— Марина…

— Доброе утро. — отвечает моя подруга, невозмутимо подходя к тарелке с блинчиками.

Я настолько была шокирована внешним видом подруги, что пропустила момент, когда Арслан забрал из моих рук только что вскипевший чайник.

— Марусь, до двух нужно дома быть. В четыре в парке культуры играем, ты не забыла?

— П-помню… — Марина говорит, как ни в чём не бывало.

В кухню вернулся Камиль, в руках у него был пакет с логотипом аптеки.

— Ты в зеркало на себя смотрела? — спрашивает Камиль мою подругу, откусывая с её рук приготовленный мной фаршированный блинчик.

— Когда? Ты же занял ванную.

Марина вышла из кухни, судя по всему, пошла только сейчас смотреть на себя в зеркало.

— Камиль, блин! — визжит подруга. — Я же просила не оставлять на мне отметин.

— Мгы. — мычит, засовывая в рот очередной кусок блина. — Так я тебя и послушал. — Камиль говорит это сам себе. Просто по тому, что Марина его точно не слышит сейчас.

— Камиль, вот ты…

Марина возвращается в кухню, но Камиль идя к ней навстречу вытесняет мою подругу обратно в коридор и склонившись над её ухом говорит не громко, но нам всё было слышно.

— Идём. Подлечу твою многострадальную попку.

Какое-то время на кухни стоит звенящая тишина…

— Что он ей подлечит?

— Маша… — только сейчас замечаю, что Арс смеётся надо мной. — Ты побледнела. Иди сюда, а то в обморок у меня сейчас свалишься.

Скорее на автомате подхожу к Арслану, он тут же усаживает меня к себе на колени.

Ничего не говорю, но смотрю в сторону двери. Я совершенно растеряна. Марина, будучи в отношениях с Павлом без малого год, не решалась на интим с ним, а с Камилем, получается, в первый же вечер?

— Маша! — Арслан своим дыханием щекочет мне ухо. — Давай ты сейчас не будешь грузиться и думать о том, о чём не следует.

— Она моя подруга, Арс.

— Она взрослая девочка и у неё своя личная жизнь!

Арслан сказал это настолько утвердительно, что стало понятно, я действительно не имею право вмешиваться…

Арслан наглыми ручищами лезет мне под футболку и своими огромными ладонями накрывает мою грудь. Я не сопротивляюсь, напротив расслабляюсь, укладываюсь на его стальной торс, принимаю ласки, которые заставляют мою кровь с бешеной скоростью мчаться по венам и в месте с этим выветривают все лишние мысли из моей головы.

Я снова была уверена, на этот раз Арс точно не остановится. Более того, в какой-то момент, когда его язык и губы, так нежно и в то же время порочно, стали терзать мою ушную раковину, жар овладел всем моим телом до такой степени, что я едва не задохнулась.

Я совершенно не думала ни о чём. Мной двигала одна лишь только похоть в этот момент...

Приподнялась и просунув руку меж своих же ног, отодвинула в сторону свои трусиков и тут же довольно ловко поддела резинку от спортивных штанов Арслана.

Я сама, без какого-либо руководства взялась за каменный член и высвободив его, направила его туда, куда нужно…

Резкий рывок и я распластанная на столе, едва ли лицом не угодила в собственную стряпню.

Арслан почти всей массой наваливается на меня и, этим, уже не интимным действием заставил вернуться в реальность.

— Сучка, ты мелкая. — совершенно ровным тоном, произносит мне в то же самое ухо, что меньше минуты назад чуть не сожрал. — Я блять работать не могу, так сильно хочу трахнуть тебя, что думать рационально не получается. — прямолинейность Арса режет слух. — Нам с тобою почти до зимы терпеть, поэтому лучше меня не провоцируй, иначе и твою попу лечить придётся.

С этими словами Мамаев перестал оказывать на меня физическое давление и отойдя к приоткрытому окну, распахнул его ещё сильнее и вытащив из пачки Камиля сигарету закурил её. Я же, оперевшись руками о стол с трудом выпрямилась, затем поправив трусики села на стул.

— Мормышка, по поводу вашего увлечения! — я сразу понимаю, о чём говорит Арслан. — Я, лично, не в восторге от того, что ты подрабатываешь, играя в переходах метро и парках, но в целом не возражаю. Камиль думаю тоже! Но при нашем семейном положении, Маша, в определённых кругах, это может здорово скомпрометировать отца.

Я категорически не согласна и всё внутри меня противится, но вместо того, чтобы начать перечить и возражать, я встаю со стула, подхожу к Арслану и обнимаю его со спины, — очень крепко.

— Если желания играть настолько сильное, то мы с Камилем познакомим вас с Ренатой Браун. — я замираю.

— С той, что проводит благотворительные вечера в светских кругах?

— Да! Она от Камиля просто в восторге, — усмехается мой парень, — Ему точно не откажет!

Это не может не радовать, и не из-за высших чинов, разумеется. Это не может не радовать потому что Рената Браун — это невероятная женщина! Работать с ней это…, да я мечтать, о таком не могла!

Я не сомневаюсь, что так и буде, ведь это сказал Арслан. Но блин… Это неправильно всё. Она им не откажет, но кто сказал, что нам с Мариной будет там комфортно? Вряд ли нас “по блату”, с распростёртыми объятиями примут. Перешёптываний за нашими спинами не избежать.

Решаю не забивать себе голову этими мыслями сейчас. Просто пока всё как-то зыбко между нами и не хочется портить всё бесполезными спорами. Арслан, по сути, ставит меня перед фактом, но ведь всё может измениться…

— Арс, а почему нам с тобой до самой зимы терпеть? — решаю сменить тему.

— Условие отца! — хмурюсь, поворачиваю голову на бок и перехожу вперёд, заглядываю в глаза Мамаева.

Арс обнимает меня, невесомо целует в лоб.

— В каком смысле, условие?

— Женится если не на девушке своего круга, то обязательно на чистой. — сердце пропускает удар и в момент устремляется вскачь.

Конечно, я понимаю, что не о богатеньких девочках из ночных клубов говорит сейчас Арслан. Я понимаю, что его отец предпочёл бы девушку их веры. Хотя я и не заметила слишком сильной религиозности в Арслане, но допускаю что традиции они строго чтут.

Стараюсь взять себя в руки, не показывать ярких эмоций, только улыбки сдержать всё равно не удаётся.

— Так вы, господин Мамаев, собрались на мне женится?

— Представляешь?!

— Очуметь!

— Сам в шоке. — совершенно спокойно произносит, но при этом улыбается и на этот раз целует в губы. — Маша, у меня яйца скручивает. Идём в спальню сбросим напряжение.

Мне бы обидеться на прямолинейность Арслана, послать его ко всем чертям, да куда там? Он снова