Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

Сэмми тихонько подает голос, дружелюбно смотря на всех с высунутым языком.

— Эх, ребята, скорее бы эта девчонка вернулась сюда! — бодро восклицает Эдвард, похрустев пальцами. — Хочется поскорее заставить ее еще раз сказать все, что она про нас говорила, глядя нам в глаза. Я уже чувствую, что…

— Что-что-что-что ты там сказал? — возмущается Наталия, одним движением поворачивает лицо Эдварда к себе, слегка сжав его челюсть и с еще большим упорством посмотрев на него. — Это куда ты там намылился? А, МакКлайф?

— Наталия, ты чего? — с невинной улыбкой разводит руками Эдвард. — Ты чего такая хмурая?

— А ничего ! — чуть громче бросает Наталия. — Даже не вздумай приближаться к дому Перкинса, когда эта иностранка будет у него! Я запрещаю тебе даже заикаться о том, чтобы хоть как-то помочь! Ты хорошо понял меня?

— Ты это серьезно?

— Разве я выгляжу так, будто шучу?

— Но, милая…

— Предупреждаю: если ты сунешься туда, то у тебя будут огромные проблемы. Со мной!

— Эй, ты что ревнуешь ?

— Ты никуда не пойдешь, МакКлайф! — громко, и уверенно заявляет Наталия.

— Наталия…

— Или ты сидишь дома, или можешь продавать мое помолвочное кольцо, которое я тебе верну после нашего расставания!

— О, боже, Наталия… — Эдвард скромно хихикает, обнимает скрестившую руки на груди Наталию, прижимает к себе и гладит по голове. — Вот глупышка-то! Что же ты так разнервничалась-то, хорошая моя?

— И не надо подлизываться, черноволосая башка! — резко отстранившись от Эдварда, с обиженно надутыми губами бросает Наталия. — На этот раз тебе это не поможет! Ни красивые речи, ни прекрасные глазки, ни завораживающий голос!

— Ну ладно тебе, красавица, не злись, — мягко говорит Эдвард и пытается снова обнять Наталию. — Ты обижаешь меня, если думаешь, что я могу посмотреть на другую.

— Я сказала, не вздумай подлизываться! — Наталия резко отстраняется от Эдварда и несколько раз бьет его по рукам. — Не вздумай даже думать о том, чтобы приблизиться к этой ненормальной! В день операции держись подальше от дома Даниэля. Тебе ясно, МакКлайф? Ясно, я спрашиваю?

— Ладно-ладно, понял, — приподнимает руки Эдвард. — Только не надо меня бить. Мне уже и так здорово досталось.

— Будет еще хуже, если увижу рядом с той Бланкой.

Друзья тихонько хихикают, а Сэмми издает какой-то тихий звук.

— М-м-м, ребятки, а Наталия-то ревнует ! — по-доброму ухмыляется Терренс. — Что, братец, еще даже не женился, а моя будущая невестка уже контролирует тебя? Наверное, это первый случай, когда твоя миленькая мордочка не помогла тебе получить желаемое. Не удалось тебе растопить лед в сердечке твоей красавицы.

— Тебе тоже достанется, если ты будешь помогать ему, — угрожает пальцем Наталия.

— С ума сойти… — медленно выдыхает Эдвард.

— Ничего, Эдвард, не переживай, — уверенно говорит Терренс. — Мы с ребятами и без тебя справимся. Ты пока посидишь дома и займешься чем-нибудь, пока мы работаем над благим делом. Вот родителям помоги по дому или над ремонтом своего гнездышка поработай.

— Опять издеваешься?

— Но только ты не переживай. Мы расскажем обо всем, когда покончим с этим. Никто не забудет нашего маленького героя. И все будут сожалеть, что ему не позволили совершить еще один подвиг.

— Чего? — сильно хмурится Ракель, чувствуя, как в ней зарождается сильная буря.

— Ладно, брат, я буду стараться за двоих. Это будет непросто, но что поделать, если одного маленького спиногрыза не пускают на подвиги. В кои-то веки .

Когда Терренс начинает негромко хихикать, через пару секунд Ракель дает ему несильный хлопок по затылку.

— Эй! — потирая затылок, издает тихий писк Терренс. — За что? Что я сделал?

— Я смотрю, тебе тоже захотелось попасть в гарем этой испанки, — хмуро говорит Ракель, скрестив руки на груди. — Хочешь, чтобы тебя дурачили так же, как и твоего друга?

— Ракель, ты… Неужели ты тоже ревнуешь?

— Ты чего, черт возьми, задумал? Думаешь, я разрешу тебе связываться с той девчонкой?

— О, черт… — громко смеется Терренс. — Ну ты меня рассмешила!

— Я запрещаю тебе даже думать о помощи в аресте иностранки! — угрожая Терренсу пальцем, прикрикивает Ракель. — А иначе клянусь, я убью тебя! Подвешу за твои чертовы яйца!

— Неужели ты забыла, что я предан только тебе? — Терренс берет Ракель за руки. — Любимая, мне больше никто не нужен!

— Хватит подлизываться! — Ракель резко вырывает руки из хватки Терренса. — И то, что тебя зовут Терренс МакКлайф, еще не означает, что тебе можно делать все что угодно.

— Господи, да я и не собирался смотреть на эту иностранку! Она меня не интересует! Зачем мне смотреть на эту Бланку, когда рядом со мной находится такая красивая и заботливая девушка?

— Ты. Сидишь. Дома. — Ракель приподнимает голову. — Надеюсь, я понятно выразилась, мистер МакКлайф? Или вы оглохли?

— Ну, Ракель… — Терренс нежно обнимает Ракель и мило целует ее в макушку. — Не будь такой злюкой…

— Можешь не стараться! — Ракель резко отстраняется от Терренса. — Твои обаяние и красота не подействуют на меня. Мое решение не обсуждается. Ты остаешься дома. Я – твоя невеста и имею права запрещать тебе то, что мне не нравится!

Пока сконфуженный Терренс удивленно смотрит на Ракель и качает головой, Эдвард тихонько усмехается с прикрытым ртом, а Питер бросает легкую улыбку.

— Ха, как будто твоя неземная красота помогла тебе договориться с твоей любимой невестой, — с гордо поднятой головой усмехается Эдвард. — Будешь и ты сидеть у себя дома и любоваться солнышком за окошком. Ну а если захочешь, то я с радостью приеду к тебе. Побуду со своим любимыми старшим братиком, которого привязали к стулу… Или к кровати …

— Ладно, парни… — резко выдыхает Питер. — Придется взять все на себя. Но вы не переживайте. Я