Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

удивлены, — спокойно говорит Анна. — Да, я помню, что этот человек едва не отправил на тот свет. Но… После долгих раздумий… Я пришла к выводу, что бесполезно злиться на человека, у которого не все в порядке с головой. Джулиан и правда болен. У него полно психологических травм. Но он этого не признает и никогда не захочет над ними работать.

— Но, Анна… — с ужасом в глазах произносит Лилиан. — Этот негодяй чуть не отправил тебя на тот свет! Ты могла умереть по его вине!

— Да, я знаю. Но ведь ничего не изменится, если я буду до конца своих дней злиться на Поттеров.

— Им не нужно твое прощение, дочка. Твое сочувствие. Им не нужно проявление великодушия. Это ничему их не научит.

— Дело не в том, нужно ли им прощение или нет. Дело в другом. Негативные эмоции тянут нас на дно, заставляя прогибаться под тяжестью груза ненависти и злости. Можно быть безумно богатым, состоять в счастливом браке и растить чудесных деток. Но пока ты не отпустить все обиды, что-то все время будет терзать твою душу.

— Но, Анна… — покачав головой, растерянно произносит Даниэль.

— Я не хочу быть такой, как они. Не хочу никому мстить и причинять боль человеку из-за каких-то неудач и обид. Я хочу жить спокойной и счастливой жизнью.

— Эти люди просто громко посмеются над твоими словами о прощении.

— Я делаю это ради себя . Мне будет намного легче, если я отпущу обиду и прощу своих обидчиков. Это поможет мне… Не вспоминать обо всех их гадостях. Я не хочу злиться, плакать, ненавидеть… Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на негатив и людей, которые не могут дать тебе ничего хорошего.

— В принципе… Да… В чем-то ты права…

— Я уже почувствовала себя намного легче, когда перестала злиться на тебя. А решив простить еще и Джулиана и его отца, я наконец-то почувствовала ту легкость, которой мне не хватало. Наконец-то избавилась от чувства, что на меня будто бы что-то давит.

— Дочка… — с жалостью во взгляде произносит Максимилиан.

— Не беспокойся, папа, это не значит, что они смогут избежать правосудия. Если их выпустят, то они продолжат свои делишки и однажды уже точно доведут нас до могилы.

— Он не изменится, дорогая, — спокойно отмечает Даниэль. — Джулиану все равно, простила бы ты его или нет. Этому человеку нужно только одно – отомстить за все обиды и унижения. Он не смог смириться с тем, кто в детстве его унижали из-за веса. Не смог принять твой отказ быть с ним. А отец всю жизнь внушал ему мысль, что женщины – это зло.

— Теперь меня это уже не касается. Я делаю это ради своего же блага. — Анна прикладывает обе руки к сердцу. — Делаю то, что мне подсказывает сердце. Мнение Джулиана на этот счет меня не волнует. Он в любом случае ответит по всей строгости закона. А я хочу жить дальше и наслаждаться жизнью.

— Ты уверена, что хочешь этого, милая? — взяв Анну за руки, мягко спрашивает Лилиан. — Действительно ли ты хочешь простить того, кто поступил с тобой так жестоко?

— Да, хочу , — уверенно отвечает Анна. — Ради нежелания отравлять себе душу обидой и ненавистью.

— Думаю… — задумчиво произносит Даниэль. — Это мудрое решение.

— Решение, о котором… Джулиан знает…

— Знает? — слегка хмурится Максимилиан. — В смысле?

— Я лично сказала ему, что прощаю его.

— Что? — приходят в ужас Даниэль, Лилиан и Максимилиан, широко распахнув глаза.

— Ты что, ездила в участок и разговаривала с этим психом? — удивляется Даниэль.

— Да, — тихо произносит Анна.

— Господи, дочка, это же безумие ! — восклицает Лилиан. — О чем ты только думала?

— Этот человек мог причинить тебе вред! — ужасается Максимилиан.

— Я всего лишь хотела почувствовать облегчение, — отвечает Анна. — Мне нужно было лично сказать ему об этом.

— Но почему ты ничего не сказала нам с матерью? И Даниэлю? Он ведь не знал об этом?

— Нет, я ничего не знал, — качает головой Даниэль.

— Вы бы начали отговаривать меня, — спокойно говорит Анна. — А я твердо решила, что хотела поехать.

— Хорошо, но ты могла бы сказать мне, и я бы поехал с тобой. Чтобы не дать ему ничего с тобой сделать.

— Нет, Даниэль, я должна была сама это сделать. Одна.

— И… Когда это ездила к нему?

— Вчера . Папа был на работе, мама – тоже… А я была дома одна… Подумала немного и… Решила поехать. Приехала в участок, нашла мистера Джонсона и попросила его позволить мне поговорить с Джулианом. Он поначалу отказывался и говорил, что мне не стоит это делать, но я смогла убедить его.

***

Вчерашний день.

— Сюда, пожалуйста…

Сотрудник полиции среднего возраста провожает Анну в небольшое помещение, где обычно допрашивают заключенных и подозреваемых и проводятся их встречи с друзьями, родственниками и адвокатами. Здесь нет никаких окон. Только лишь небольшая люстра на потолке освещает эту темную комнатушку, в которой находится большое прямоугольное зеркало. А на темном паркете посреди стоит небольшой стол и два стула, расположенные друг напротив друга. На одном из них сидит сгорбившийся мужчина тридцати пяти лет, одетый в оранжевую тюремную робу. Его сложенные на столе руки закованы в наручники, а пустой взгляд потуплен в одну точку. Волосы слегка взъерошены, а лицо обросло темной щетиной. Не скажешь, что некоторое время назад этот человек выглядел куда более презентабельно и очень внимательно следил за своим внешним видом. Впрочем, в нем все еще можно узнать Джулиана Поттера, который оказался здесь после того как едва не отправил девушку на тот свет.

Медленно заходя в это помещение, Анна крепко сцепляет пальцы рук и нервно одергивает свой черный пиджак, рукава которого наполовину закатаны, и который отлично сочетается с обтягивающими брюками такого же цвета и белоснежной блузке с парой верхних расстегнутых пуговиц. А после каждого ее шага каблуки от остроносых