Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Вали отсюда, ублюдок! А еще раз увижу тебя на своей территории или где-то поблизости – немедленно вызову полицию. Пусть они и выясняют, кому ты и твой дружок, напавший на Роуза после концерта, так усердно лижете задницу. И что за мудак «заказал» моего друга.

— Держи ухо востро, Перкинс. И передай своим дружкам то же самое. А еще очень внимательно присматривайте за своими сексапильными красавицами. Ведь… — Преступник загадочно улыбается, поглаживая подбородок. — Кто знает… Может, им тоже придется встретиться с нами.

— Даже думать о смей о наших девушках, если не хочешь разбудить в нас зверей, — низким голосом угрожает Даниэль. — Уж за свою девушку я глотку перегрызу. Увижу тебя или еще какого-то ублюдка рядом с ней – пощады не ждите.

— Пока что это все. Чуть позже вы, возможно, узнайте больше. Если, конечно, вас не решат закопать раньше, чем запланировано на данный момент.

Преступник резким движением руки приглаживает взъерошенные волосы и хитро улыбается.

— До скорой встречи, петушок, — прощается преступник. — Это наша не последняя встреча. Их будет еще много. До тех пор, пока родным домом Роуза не станет городское кладбище.

Пока Даниэль до побеления костяшек сжимает руки в кулаки, немного тяжело дыша и буквально убивая его своим полным ненависти взглядом, преступник разворачивается и направляется куда-то по прямой, а спустя некоторое время скрывается где-то за поворотом. Перкинс все это неотрывно наблюдает за ним и готов к тому, что тот может захотеть вернуться и продолжить эту борьбу, которая казалась бесконечной. Но осознав, что все наконец-то закончилось, мужчина прикрывает глаза и медленно выдыхает с огромным облегчением, обрадовавшись, что ничего плохого, к счастью, так и не случилось.

Затем внимание Даниэля привлекает громкий лай Сэмми, который все еще продолжает кружить вокруг Питера и тыкаться мордой ему в лицо. Блондин продолжает обессилено лежать на боку без движений, но издалека трудно понять, находится ли он в сознании или же нет. Однако парень уже не давится таким громким кашлем, как некоторое время назад. Недолго думая, Перкинс срывается с места, подбегает к своему приятелю и падает на колени, взволнованно протараторив:

— Эй, Пит, ты как в порядке? — Даниэль кладет руку на плечо Питера. — Слышишь меня? Питер!

Прежде чем что-то ответить, Питер громко прокашливается, немного тяжело дыша, пока Сэмми с жалостью во взгляде наблюдает за ним, поджав хвост и лапой скромно дотрагивается до его щеки.

— Да, я в норме… — с трудом произносит Питер и снова кашляет. — Наверное…

— Все хорошо, приятель, это ублюдок ушел.

— Ушел?

— Да, больше он ничего тебе не сделает.

— Ох, как же ты меня обрадовал… — Питер медленно переворачивается на спину, с тяжелым дыханием уставив усталый взгляд в небо. — Еще немного – и я бы точно сдох.

— Ты как себя чувствуешь? — проявляет беспокойство Даниэль.

— Как будто по мне трактор проехал… — низким голосом отвечает Питер и снова громко прокашливается.

— Совсем плохо?

— Голова кружится… И вижу все размыто…

— Ничего-ничего, сейчас пройдет. Сейчас полегчает. Ты только дыши глубже.

— Ох… Походу, я сейчас вырублюсь…

Сэмми очень тихо подает голос и носом утыкается в бледное, измученное лицо Питера, который изо всех сил балансирует на грани потери сознания и продолжает жадно глотать воздух.

— Эй-эй, ты только не вздумай вырубаться! — взволнованно тараторит Даниэль и трясет Питера на плечо. — Не вздумай вырубаться! А то выглядишь бледным как покойник! Эй, блондин! Слышишь меня?

— Прости, но… — вяло произносит Питер. — Но я тебя плохо слышу… Точнее, будто сквозь глухую стену…

— Так-так, держись-держись, смотри на меня! Слышишь? — Даниэль щелкает пальцами перед лицом Питера. — Роуз? Роуз! Оставайся со мной! Я здесь! Посмотри на меня!

— Ох, твою мать… — Питер прикладывает руку ко лбу, согнув ноги в коленях с чувством головокружения, которое пока что не собирается проходить. — Мне что-то нехорошо… Совсем нехорошо…

Питер отворачивает голову в другую сторону, позволяя руке камнем упасть рядом с собой, прикрывает глаза и с учащенным дыханием продолжает без сил лежать на земле и едва осознавать происходящее вокруг или сказанное Даниэлем, чьи слова доходят до него в приглушенном виде.

— Эй, Питер, Питер, ты чего? — с широко распахнутыми глазами тараторит Даниэль и легонько хлопает Питера по щеке. — Пит! Эй! Не вздумай мне тут упасть в обморок! Слышишь меня? Эй, блондин! Блондин!

Сэмми очень жалобно подает голос и скромно облизывает Питеру нос, пока тот с трудом дышит и лежит с прикрытыми глазами, никак не реагируя на попытки Даниэля привести его в чувства.

— Только держись, только держись! — восклицает Даниэль. — Если слышишь меня, то просто дыши.

Несколько секунд Питер лежит без каких-либо движений и страдает от легкого головокружения, из-за которого и держит глаза прикрытыми. Но затем он буквально заставляет себя набрать в легкие как можно больше воздуха, сквозь пелену все-таки услышав наставление Даниэля просто дышать, чтобы оставаться в сознании. И это так или иначе помогает ему. Потихоньку, но что-то в голове начинает проясняться.

— Все хорошо, брат, все хорошо, — спокойным голосом говорит Даниэль, похлопав Питеру по колену. — Сейчас полегчает.

— О, блять… — тихонько ругается Питер, резко выдохнув, и проводит руками по бледному лицу. — Вот это меня накрыло…

— Не волнуйся, я тебя не оставлю… — Даниэль крепко берет Питера за руку, пока Сэмми лапой как бы гладит его вторую расслабленную ладонь, что лежит на земле. — И Сэмми рядом… Ты не один…

— Я знаю… — Питер выпрямляет ноги и немного отрывает голову от земли. — Помоги мне сесть.

— Тихо-тихо. Не торопись. Медленно. Не спеши.

Как только Питер еще немного приподнимается, Даниэль кладет руку ему на спину и помогает парню медленно принять сидячее положение. А когда тот обеими руками проводит по своим волосам и своему лицу, Перкинс сначала мягко хлопает его по спине, а затем крепко приобнимает, придерживая на случай, если ему снова станет плохо.

— Эй, ну ты как? — проявляет беспокойство Даниэль. — Хоть немного получше?

— Не знаю, пока не понял… — неуверенно отвечает Питер. — Я сейчас вообще очень туго соображаю.

— Ты сможешь встать и дойти до моего дома? Здесь вроде бы не очень далеко.

— Постараюсь. Хотя