Ее ошибка - Лена Бонд

– Спасибо, – искренне говорю я.

– Не благодари, – он встает. – Слушай, тебе лучше быть осторожной… Туда приходит… Определенный контингент людей. Для юной девушки это может быть опасно.

– Я учту, спасибо, – отвечаю я, поднимаясь вслед за ним.

Он уходит, а я остаюсь стоять, сжимая в руке телефон. В голове крутится вопрос: что я делаю? Это же безумие. Полное, абсолютное безумие…

Но дело в том, что я уже не могу остановиться…

* * *

По дороге домой пишу на номер, который дал мне Тимур. Одно короткое сообщение, от которого у меня пробегает волна мурашек по спине.

Здравствуйте, я от Тимура Федорова.

Хочу попасть на завтрашний бой в Новосибирске.

Ответа нет, и я начинаю нервничать. Что, если мне никто не ответит? Что, если это какая-то шутка и Тимур просто дал мне левый номер? Параллельно думаю о том, что скажу маме. Как объясню, почему мне срочно нужно в Новосибирск…

Дома иду прямиком в свою комнату, закрываю дверь и падаю на кровать. Вдруг телефон вибрирует. Хватаю его и вижу уведомление:

«Вас добавили в группу».

Сердце колотится, как сумасшедшее. Открываю. Там около двух тысяч участников, сотни сообщений. Пролистываю и вижу анонсы боев – Мурманск, Красноярск, Новосибирск и еще десяток городов. Масштаб поражает. Это не просто разовые мероприятия – это целая подпольная сеть, организованная система.

Листаю страницу и быстро нахожу анонс завтрашнего боя. «Новосибирск. 21:00. Основной бой: Руслан Раевский против Марата Ахметова. Адрес сообщим позднее». Фотография Руслана – с обнаженным торсом, на плечах и груди татуировки, которые я разглядывала вчера. Взгляд – холодный, отрешенный. Он совсем не похож на того Руслана, который смотрит на меня с нежностью. Под постом стоит куча реакций в виде сердечек. Ну конечно.

Перехожу по ссылке для покупки билета. Вписываю данные и перевожу десять тысяч рублей. Рука дрожит, когда нажимаю «Оплатить». Я сошла с ума… Отдаю такие деньги, чтобы посмотреть, как мой парень будет драться на каком-то подпольном ринге? Десять тысяч за то, чтобы вживую посмотреть, как его калечат? Или как он калечит другого человека?!

Размышляю об этом, а сама уже открываю приложение с авиабилетами, нахожу самый дешевый рейс на завтра – в 6 утра. Это же во сколько мне нужно встать, чтобы не опоздать на самолет… Еще минус почти десять тысяч. Оплачиваю и его.

Внезапно в дверь стучат.

– Анечка, можно?

Понимаю, что это шанс – сказать маме про экскурсию в Новосибирск с классом. Да, я решила, что это будет хорошая легенда.

– Да, заходи, – отвечаю я и блокирую телефон.

Мама входит и садится на край кровати.

– Ты какая-то странная сегодня, – говорит она мягко. – У тебя точно все нормально?

– Да, нормально… – отвечаю я, а потом, словно вспомнив что-то, добавляю: – Кстати, мам, завтра наш класс едет на экскурсию в Новосибирск. Профориентация, все дела. Будут показывать разные вузы…

– Завтра? – она удивленно поднимает брови. – Что-то внезапно. Да и зачем тебе Новосибирск? Ты же в наш местный поступать будешь.

– Почти весь класс едет, по городу нас еще покатают, культурную программу организуют. Я до последнего не хотела ехать, а сегодня девочки уговорили, – вру я, стараясь, чтобы голос звучал естественно. – Поедем на автобусе завтра утром, вернемся на следующий день вечером.

Говорю наугад, потому что пока не смотрела обратный билет, но предполагаю, что будет примерно так.

– А Руслан? – вдруг спрашивает она. – Это точно не отговорка, чтобы с ним куда-то поехать?

– Нет, – отвечаю я и произношу единственную правду в нашем разговоре: – Мы поругались…

Ее лицо странно оживляется.

– Ох, так и знала, что что-то не так. Утром на тебе лица не было. Он не обидел тебя?

– Нет, не обидел. Просто недопонимание… Вот и решила поехать, развеяться…

– Ладно, хорошо, – она кивает. – Конечно, поезжай на эту экскурсию. Может, проветришься, мысли в порядок приведешь, подумаешь, нужно ли тебе все это.

– Спасибо, мам, – я улыбаюсь ей, пропуская мимо ушей последнюю фразу, и чувствую укол совести от своей лжи. Но мне не привыкать…

Она уходит, а я остаюсь сидеть на кровати, глядя на телефон. Руслан все еще не пишет. Не звонит. Как будто его и нет в моей жизни. Решаюсь и звоню сама, но телефон выключен. Возможно, он сейчас в самолете, пытаюсь успокоить себя.

Вечером мы ужинаем всей семьей, отмечаем мой день рождения. Стас молчит, чему я только рада. Позже собираю рюкзак в дорогу – беру самое необходимое на пару дней. Ночью долго лежу в постели, глядя в потолок. Сон не идет, и в голове крутятся картинки – Руслан на ринге, кровь, крики толпы. И я там, среди них. Смотрю на все это. Ужасно. Зачем я вообще решилась на такое.

Телефон показывает 2:15, когда я наконец проваливаюсь в беспокойный сон. Снится Руслан – его лицо, искаженное болью, его руки в крови. Просыпаюсь от ужаса за полчаса до будильника. Глубоко дышу, понимая, что это всего лишь сон, который мой мозг выдал мне после долгих размышлений об этом. Ложиться спать уже нет никакого смысла, поэтому я встаю, тихо собираюсь и оставляю маме записку на столе.

Все хорошо, позвоню, как приеду в город. Люблю тебя.

Чувствую себя предательницей, но не могу иначе. В такую рань дороги практически пустые, и такси до аэропорта доезжает очень быстро. Прохожу регистрацию, досмотр и иду в зал ожидания. Все происходит, как в тумане. Я никогда не летала раньше. Никогда не уезжала так далеко одна. Но все бывает в первый раз. Чувствую себя очень взрослой и самостоятельной, когда прохожу на посадку, сжимая в руке билет и паспорт.

Самолет разгоняется по взлетной полосе. Я вжимаюсь в кресло от страха, и на миг у меня возникает желание все отменить, вернуться домой, забыть эту безумную идею. Но теперь точно поздно. Самолет уже набирает высоту, унося меня в неизвестность.

Глава 22

Спустя полтора часа самолет приземляется с легким толчком, и мое сердце тут же подлетает к горлу. Только что подошел к концу мой первый в жизни полет, и я даже осталась жива. Уже неплохо. Наверное, есть люди, которые не испытывают страха перед первым разом, но я точно не из таких – все время прислушивалась к каждому шороху и скрежету, сердце подпрыгивало во время каждой тряски. Я читала про воздушные ямы, но вживую это