Жгучий перец драконьего лорда - Марина Эльденберт

— Сколько вам лет? — спросила я.

— Серьезно? Я тебе рассказываю, как вытащить моего сына из тюрьмы, а ты интересуешься, сколько мне лет?

— Я прикидываю, через сколько он будет выглядеть как вы. Тем более что Катя… ее величество рассказала мне, как дело было, так что пусть посидит еще. Ему полезно.

Гартиан вскинул брови, но потом все-таки произнес:

— Мне девяносто три.

— Сколько-о-о-о?

— Девяносто три. Драконы стареют медленнее.

Мне потребовалась минута, чтобы оценить обстановку и не выдать ему, что с наследником он не особо торопился. Потому что я бы дала ему от силы шестьдесят, но как голливудской звезде со всеми их уходами и пластическими хирургами.

— Общественные работы? — напомнила я изначальную тему нашего разговора. — Нортона отпустят, если он возьмется восстанавливать герцогство Аюилисов?

— М-м-м-м… вот тут-то и начинается все самое интересное, — усмехнулся Гартиан. — Нортон — преступник, и он не может заниматься восстановлением, поскольку за него не поручился наместник нуждающихся в восстановлении земель. Кстати, чем больше он сделает для Плиона, тем больше ему зачтется, но это уже детали, которые стоит обсуждать постфактум.

— Не совсем поняла, при чем тут наместник? — спросила я. — Я уже говорила королеве Катерине, что из меня не получится…

— Тебя никто и не допустит, ты иномирянка, — махнул рукой Гартиан. — Тем более что у тебя сейчас еще одна немаловажная задача: взять под контроль собственную магию.

— Тогда я вообще ничего не понимаю.

— Наместником могу стать я, — произнес Гартиан. — До совершеннолетия Риса Аюлиса я буду управлять землями и, соответственно, смогу поручиться за Нортона, чтобы он работал по восстановлению земель до суда.

— К чему вы ведете? — уточнила я. Кажется, мне нужен срочный экскурс по юриспруденции Плиона и прочему.

— Суд можно откладывать… например, я могу подать ходатайство по отсрочке на год или на пару лет. Если король Кириан его одобрит, то спустя это время у Нортона будет шанс отделаться не пожизненным или смертной казнью, а всего лишь пятьюдесятью-шестьюдесятью годами заключения.

Чего?!

Хотя сам факт того, что Нортону может грозить пожизненное или смертная казнь отозвались внутри меня леденящим холодом, пятьдесят-шестьдесят лет лично для меня прозвучали как приговор. Это драконы тут как Брэд Питт выглядят на закате лет, ну или не на закате, этот вопрос тоже нужно изучить. Но даже если предположить, что целебный плионский воздух поможет мне выглядеть так же в свои девяносто три, это все равно полжизни… полжизни, которые мы проведем порознь.

Кажется, вопрос по моим чувствам в этот момент отпал сам собой, и, спроси королева Катерина меня сейчас, хочу ли я просить о смягчении приговора, я бы однозначно сказала да.

Да я бы что угодно сделала, чтобы ему помочь!

— Так, давайте подытожим. Вы меня запугивали, чтобы вернуть Нортона на Плион, после всплеска магии посадили в тюрьму на целых два часа…

— Да не сажал я тебя в тюрьму, я просто устроил вам свидание. Ну а потом пришлось ждать, пока за тобой приедут из дворца.

Да уж, они с Нортоном похожи гораздо больше, чем я думала раньше.

— И я вам нужна, чтобы…

— Чтобы стать наместником земель Аюлисов, нужно быть семейной парой. Так как пострадавшим наследникам, Рису и Глории, требуется полноценное воспитание, — директор Бюро прищурился, — и полная семья. Иными словами, Алиса, ты мне нужна, чтобы на тебе жениться.

5.5 Нортон

Для меня меняет.

Три простых слова Алисы, которые в тот момент, кажется, изменили меня самого. С плеч словно свалилась огромная ледяная глыба. За всего лишь одну фразу, один короткий разговор, Алисе удалось добиться того, с чем я не мог справиться сам за долгие годы.

Получить искупление. Прощение.

Ни у Кати, ни у Кириана, ни у отца… У себя самого. Не плионские законники назначили мне приговор, я сам обвинил себя во всем, и каждый день, каждую минуту своей жизни на Фейре наказывал себя за содеянное. Наказывал сильнее, чем это мог сделать кто-то еще. Моя вина была настолько большой, что порой она разъедала меня изнутри. Я не жил, а существовал.

Алиса мне это показала. Проявила словно старинную пленку. А еще она показала мне, что может быть иначе. Что можно наслаждаться жизнью, можно перестать наказывать себя, можно любить.

Любить.

Именно она показала мне, что такое любовь.

Катя была моим наваждением. Алиса стала моей надеждой. Надеждой на то, что я все-таки смог оставить после себя что-то хорошее.

Это чувство, распирающее изнутри, грело меня словно пушистый ласковый котик. Может, предложить им давать заключенным котиков? Или перед казнью попросить доставить сюда Арсения? Вряд ли кто-то согласится привести ко мне Зару и Зевса. Надеюсь, Рафаэль позаботиться о моих любимцах. Но, конечно, если меня все-таки приговорят к казни за убийство будущей королевы, моим последним желанием будет встреча с Алисой. Увидеть ее снова — это как глоток воздуха перед погружением во тьму и холод. А вот если дадут пожизненное, как соучастнику, точно буду просить котика. Не Арсения, тот слишком свободолюбивое животное, у меня будет свой пушистый — тот, у которого нет клаустрофобии.

Мои мысли прыгали с одной на другую, с ироничных на мрачные, с забавных на грустные. Во мне будто сражались два Нортона: один хотел выбраться отсюда и быть счастливым с Алисой, или по крайней мере, с мыслью, что с Алисой все хорошо, другой не то чтобы сдался… Он просто был пессимистом. Последней моей мыслью было то, что я, кажется, старею. В прошлое мое пребывание в «одиночке» раздвоением личности я не страдал, а тут разогнался за несколько часов и разделил себя на позитивного Нортона и негативного Нортона.

Хорошая шутка подсознания.

Кажется, когда я проваливался в сон, на моих губах играла усмешка. А проснулся я от писка разблокировки дверей, возвестившего о том, что у меня снова гости.

— Не тюрьма, а проходной двор какой-то, — пожаловался я и осекся, когда увидел того, кто решил меня навестить. — Ваше величество, какими судьбами?

— Давай без церемоний, Нортон, — скривился Кириан. — Я здесь не как король.

— У тебя тоже раздвоение личности? — рассмеялся я.

— Что?! — вскинул брови бывший друг.

Я сел на