Ненужная королева. Начать сначала - Маргарита Дюжева

Меч Саоры. Сокрушитель Грани. Проклятое орудие, хранящееся на самом дне подземелий Райгарда. И теперь оно было в руках Байрата.

А я, наконец, поняла, что задумал этот предатель. На что он отважился, одержимый жаждой власти.

Разорвать грань между верхним уровнем и Болотами Забытья, выпустить на поверхность орду низших демонов, и с их помощью поработить мир за миром.

Безумец!

То, что он задумал, даже среди демонов каралось смертной казнью. Потому что низшими нельзя управлять, ни у кого не хватит сил удержать этот поток под контролем, и тогда погибнет все. Не останется ни этого мира, ни Райгарда, ни Светлых, ни Темных, ни демонов, ни паладинов, только мертвые зловонные топи.

Дайрат поднял меч Саоры, устремив его острием к небу. Черное пламя взметнулось в высь, а кровавые капли падали с рукояти на раскаленную брусчатку, прожигая ее насквозь.

С диким ревом, от которого содрогнулись горы на востоке, демон вонзил клинок в землю. Тут же взвыл лютый ветер и загремело в рассерженных небесах. Мир не хотел гибнуть.

Дайрат словно щепка отлетел в сторону, а древний клинок, жадный до крови и разрушений, начал сам яростно вгрызаться в землю. Сантиметр за сантиметром приближаясь к точке разрыва.

Я кинула свои силы наперерез ему. Песок яростно откликался на мой зов, становился прочнее стали и тверже гранита. Каменел вокруг острия, замедляя его продвижения, блокировал, поглощая дикую мощь.

Тем временем остальные пришли в себя. Светлые оказались с одной стороны, прихвостни Дайрата с другой. И никто из них не двигался, все смотрели на гудящий, подрагивающий от напряжения меч. Кто-то с предвкушением, кто-то с горькой обреченностью. И только сам Дайрат — с лютым, полным ненависти оскалом.

— Кто держит его?

Ответа не было.

— Кто смеет мне мешать?!

Я сильнее сжала ленточку.

Он зарычал и раскрытой ладонью ударил по земле. Голубая, сверкающая паутина устремилась от нее к мечу. Сделав круг, замерла, а потом ринулась в мою сторону.

Поисковая сеть Райгарда никогда не ошибалась — спустя миг, я уже лежала в окружении искрящегося голубого марева.

— Убить суку, — сквозь зубы процедил Байрат.

Один из его приспешников, поудобнее перехватив меч, бросился ко мне.

Что ж… время пришло.

Глава 54

Я сжала в кулаке драгоценную ленточку, открываясь навстречу полноводному потоку сил. Мои, родные, вкусные. Такие сладкие, что голова кругом.

А мир вокруг замер. Застопорился, будто муха, увязнувшая в меду.

Демон, который мчал ко мне, оказался слишком медленным. Я успела рассмотреть синие вены, вздувшиеся на могучей шее, черные татуировки по рукам — символ его клана, рисунок в налитых кровью глазах.

Он замахнулся, намереваясь покончить со мной одним ударом, но острие вонзилось в пустую землю. Плавно, почти не прикладывая усилий, я скользнула в сторону. Заново обретенные силы пьянили. Я уже начала забывать каково это, быть той, кто я есть.

Демон удивился. Растерянно уставился на то место, где только что лежало окровавленное никчемное тело. И это удивление стоило ему очень дорого.

Шея хрустнула, как сухая лучина, и он бесформенной кучей свалился к моим ногам.

Больше не было смысла прятаться.

Я обернулась к Дайрату, но не смогла заставить себя взглянуть на Даррена. Не хотела видеть его ненависть. Не готова к ней.

А он смотрел… Я кожей чувствовала его взгляд, полный недоумения. Пока еще не понимал. Отказывался понимать, но это ненадолго.

Дайрат тоже не отводил от меня настороженного взгляда. Я чувствовала, как пытается пробиться, увидеть суть, но легко вытолкнула его. Уж в чем-чем, а в сокрытие своих границ от Высших демонов опыта у меня было предостаточно. Спасибо Варраху, который день ото дня, пытался ворваться в мои мысли.

— Кто ты? — спросил Дайрат, по-прежнему всматриваясь в меня.

Силы вернулись — он чувствовал их, но все еще видел перед собой хрупкую, залитую кровью Лилию.

А я не собиралась облегчать ему задачу:

— Не узнаешь?

Он хищно прищурился, втянул воздух, как зверь, вышедший на охоту:

— Ты смеешь разговаривать со мной?

— Я делаю тебе одолжение, — ласково улыбнулась я.

Дайрат зарычал. Рывком выставил ладонь вперед, выплескивая силы в попытке сбить с меня морок.

Я не стала противиться. Позволила его мощи вцепиться в защитную оболочку и сорвать ее с себя. Она вскипела словно морская пена и жалкими ошметками стекла к моим ногам.

Я снова стала собой. Выше, чем крошка Лилия, сильнее и злее. В коротком платье, заговоренном силами Песчаного Клана. С длинной черной косой, и обрубками крыльев за спиной.

— Лилайя… Вот это сюрприз, — Дайрат с трудом справился с изумлением. — Какая встреча… Что ты здесь делаешь?

— Тот же вопрос, Дай. Что ты творишь? — я указала на меч Саоры, все еще опутанный моими силами и синей поисковой сетью демона, — забыл, какая кара ждет за это преступление?

Он расплылся в самоуверенной ухмылке:

— А ты все такая же… суешь нос, куда тебя не просят.

— Ты тоже не изменился. Как был цепным псом, пытающимся укусить хозяина за руку, так и остался. Варрах по голове не погладит.

Сравнение с псом ему не понравилось — он обнажил клыки и глухо зарычал, и в тот же миг над нами проступило тусклое марево оградительного кокона. Мы внутри, а все остальные, включая меч Саоры снаружи. Постепенно кокон становился плотнее и вскоре я перестала видеть, что происходило за его границами.

— Ты в курсе, что твой муженек так расстроился из-за твоего исчезновения, что в первый же день отправил к праотцам свою новую жену и теперь миры переворачивает, чтобы тебя найти? — в его руке появился меч. Дайрат поднял его ближе к лицу и, рассматривая сверкающее острие, задумчиво продолжил, — Он далеко… А ты здесь. В моих руках. Отличный день. Кстати, Лил, а где же твои крылья? Заново не отрасли?

Если он хотел этим вопросом причинить мне боль, то просчитался. Сожаления о потерянных крыльях остались в прошлом.

Он ждал злости, а я лишь невозмутимо пожала плечами:

— В подземелье Райгарда, ты же знаешь. Там же, где будет твоя голова.

— Это вряд ли, — хмыкнул демон, поудобнее перехватывая меч.

Пожалуй, он единственный из присутствующих в Сандер-Вилле, знал на что способна бывшая королева. И был не таким уж дураком, чтобы относиться ко мне легкомысленно.

— Знаешь, я не убью тебя. Когда этот и все остальные миры будут принадлежать мне, я посажу тебя в клетку. Не в подземелье, как это делал Варрах, а на центральной площади, на всеобщем обозрении, и любой,