Истинная заноза для декана - София Руд

— Цела? Не поранилась? — спешить узнать декан.

А в глазах столько беспокойства, что сердце сжимается. Тут же велю себе сосредоточиться и не глупить в такой важный момент.

— Я в порядке, у них Линда! — едва успеваю сказать я, как мой голос заглушается криком, больше похожим на рык.

— Взять их!

В ужасе вздрагиваю, ожидая, что на нас сейчас кинется вся толпа сумасшедших последователей клана некромантов, вооружённая артефактами и прочими смертоносными предметами, только вот всё выходит совершенно иначе.

В огромный зал, будто бы выструганный в сердце какой-то скалы, врывается тройка широкоплечих мужчин в чёрно-красных костюмах, и именно они спускают с пальцев яркие вспышки, напоминающие жёлтые молнии. Враги без ответа не остаются, отстреливаются сиреневыми плетениями, которые рикошетят по стенам, полу и потолку, заставляя всё вокруг содрогаться, трещать и гудеть.

Не одна, а сразу несколько сиреневых молний летят в нашу сторону, но Рэймар отбивает их, закрывая меня своей грудью, и выпускает несколько ответных плетений.

Боевая магия страшна! Очень!

В панике пытаюсь понять: то ли закрывать уши от грохота, то ли придумать, чем я, не имея нужных навыков, могу быть полезна. Но всё, на что я способна, – это табуреткой по голове злого бугая огреть, и то со спины. А тут разворачивается такое, что даже дышать страшно.

За себя страшно, за Рэймара страшно – при его удивительном мастерстве ведения боя и непоколебимой уверенности в глазах, за Линду…

Точно! Линда! После ударной волны, вырвавшейся будто из неё самой, я больше не видела подругу. Она не должна пострадать! Не должна.

Оглядываю зал, глаза слепят вспышки, едкий сиреневый туман заволакивает всё вокруг. Нос щиплет, глаза слезятся, но я всё же нахожу Линду.

Она лежит на полу без чувств, а вокруг неё странное чёрное пятно, будто после пожара. А у стены, кажется, мёртвый ректор, который немногим ранее приставил к горлу Линды клинок.

Ректор не шевелится и тоже весь в саже, хотя огня тут не было. Как такое возможно? Это сделала с ним Линда?

Сиреневая молния приземляется настолько близко к телу подруги, что я забываю обо всём на свете, и хочу кинуться к ней.

— Не выходи из-под защиты! — тут же командует мне Рэймар, пока ведёт бой.

И, честно сказать, я не хочу осложнять его дело, но…

— Там моя подруга! Я должна ее спасти!

— Решим! — заверяет меня Дэмир, затем высматривает кого-то из той тройки мужчин, ворвавшихся сюда следом за ним и развязавших опасный бой с какими-то неправильными, слишком сильными некромантами.

— Эргард! Защити девчонку! — кричит Рэймар.

Тёмный силуэт тут же вырывается из тумана к Линде.

В них летит вспышка, но тот, кого Рэймар назвал Эргардом, ловко её отбивает. Его тёмные глаза светятся искрами безумия, а сам он похож на опасного хищника, дикого неконтролируемого зверя, который в следующую секунду выдаёт столько ответных плетений, что уши закладывает от грохота разрывов.

Но даже при всей мощи этого незнакомца, самого Рэймара и тех двоих, что с ними, бой идёт тяжко. Некромантов в разы больше, а их магия чёрная, добытая жертвоприношениями и убийствами. Она опасна, коварна и сильна.

— Нужно обращаться! — выкрикивает кто-то из людей Дэмира.

И не надо быть гением, чтобы понять, что обращаться они собрались в драконов. Прямо тут!

Зал, конечно, огромный, но если все четверо — драконы… они же не поместятся или… поместятся? А драконы насколько вообще большими бывают?

— Аня, сюда! — Дэмир оттягивает меня в сторону и суёт в руку какой-то гладкий и холодный камень, похожий на булыжник. — Когда я обращусь, я не смогу пользоваться магией. Сожми его в руке и представь щит! Он появится и станет неприступным барьером. Ни за что не выпускай этот камень из рук! Слышишь?! Он защитит!

— А как же ты?!

— Только остановив их, я смогу тебя обезопасить, — говорит Дэмир.

В следующую секунду он крепко обнимает меня, отрывается и отходит на несколько шагов, веля мне немедленно исполнить приказ, и я слушаюсь.

Тут же меня охватывает барьер, похожий на самый настоящий большой мыльный пузырь. Рэймар кивает, обещая взглядом, что всё обязательно будет хорошо, отворачивается и на глазах обращается в самого настоящего дракона.

От такого зрелища спирает дух. Все происходит в считаные секунды, но из-за адреналина, разыгравшегося в крови, я замечаю всё: и блеск его чешуи чёрного цвета, и взмах мощных крыльев, поднимающих в воздух клубы пыли с каменного пола.

Следом за ним оборачиваются и другие и палят в злодеев беспощадным драконьим огнем, от яркости которого слезятся глаза. Долго враги не продержатся.

— Кристалл! Где кристалл?

Слышу я в этой неразберихе, а затем вижу безумца, ползущего по полу в тумане, будто гусеница, к… Что там мерцает? Тот самый кристалл, из-за которого творится это безумие!

Альберт не должен его получить!

Не успеваю дать себе отчёт, как первая кидаюсь к камню, больно ударившись коленями о пол. Хватаю камень, а мой барьер тут же исчезает.

Нет! Как? Почему?

— Вот ты и попалась, гадина! — скалится безумец.

Я вижу, как его пальцы искрят сиреневыми молниями, и время будто замедляется.

Я могу бросить кристалл и защищаться барьером, а могу…

Бес мне в ребро!

— Гори всё пламенем! — кричу я что есть силы и чувствую, как внутри меня вспыхивает такой пожар, что Альберта попросту сносит прочь.

Огонь вырывается из пальцев, охватывая злосчастный кристалл, из-за которого погибло столько невинных людей. И сколько ещё погибнет, пока он существует?

Дэмир сказал, что такие вещи хранятся в особо защищённых местах, ждут, когда магия в них ослабнет настолько, чтобы получилось уничтожить. Сказал, что время этого камня ещё не пришло, но я чувствую иначе. Метка на моём плече горит, сердце велит сделать то, что я задумала.

И я отпускаю всю магию, что у меня есть. Она болью проходит сквозь жилы, пронзая кристалл до тех самых пор, пока он разлетается в клочья, ослепляя ярким белым светом.

Меня откидывает воздушной волной, тут же становится холодно, а в глазах уже не светло, а темно. Совсем темно.

— Аня! Аня, ты меня слышишь?! — только и доносится до меня родной голос Дэмира.

Он ведь был драконом, почему я чувствую его человеческие прикосновения… Почему так хочу его обнять? Но сил нет. Совсем. И мне… дико холодно.

— Аня-а-а!

Глава 40. Метка