Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Ха, сам давай крась!

— Раз вызвался помогать, так помогай! А красоваться передо мной тут не надо. Я не Ракель. И не любая из твоих поклонниц, которая кончает при виде мускулов на твоих руках.

— Как от такой красоты можно не кончить? — Терренс приподнимает руки и напрягает мышцы на них, дабы продемонстрировать свои мускулы. — Ах, какие руки! Аж мурашки по коже пробежали.

— И на хера тебе нужна девчонка, раз ты сам себя можешь неплохо ублажить? Представил себя голым и уже готов финишировать.

— Пожалуй, я соглашусь с Даниэлем. — Терренс немного одергивает свою серую безрукавку, местами покрытую пятнами краски. — Во время тренировок мы оба ненавидим Питера за то, что он нас буквально пытает нас, но начинаем обожать, когда подходим к зеркалу и видим ошеломительные результаты.

— Ну не знаю, мне нравится с ним заниматься.

Эдвард подходит к емкости с краской, берет валик и продолжает прокрашивать оставшиеся участки на стене.

— Программа Пита просто великолепная. Мы с ним очень хорошо сработались с самого первого дня тренировки.

— Потому что вы оба маньяки, когда дело касается какой-то физической активности, — отвечает Терренс. — В этом вы с Роузом очень похожи.

— Потому что мы молодые, энергичные и озорные. А вы с Перкинсом как два кряхтящих старика, которые никак не доковыляют до окошка, где раздают билеты на поездку в дом престарелых. Хотя вам еще даже и тридцати нет.

— Просто у нас нет столько дури, сколько у вашей компашки. Нам не надо заниматься спортом, чтобы выбить из башки дурь. Мы занимаемся ради собственного здоровья и красивого тела.

— Спорт – это круто! — весело и бодро восклицает Эдвард. — А если послать свою лень на хер, то можно получить тело мечты. Совсем как у меня.

— Нет, как у меня!

— Я попрошу Питера позаниматься с тобой побольше. А вон уже пузико полезло, да и щечки стали больше. Все-таки жареная картошечка на ночь не может сделать фигуре хорошо.

— Слышь, мелкий, ну-ка заткнулся! Вон крась стены и не выпендривайся. И не беси меня!

— Да? А сам не хочешь поработать? Пора накладывать новый слой на стену, а ты стоишь здесь как фигура в музее. Которую я бы выкинул на помойку без всяких раздумий.

— Эй, дай мне немного отдохнуть! — Терренс начинает массировать ноющее плечо. — А то у меня сейчас рука отвалится!

— Слабак! Совсем немного поводил валиком по стеночке и уже устал. Можно сказать, дал тебе самое легкое задание. А ты все равно начал пищать.

— Я не пищу!

— Ну да, прости, я забыл, что ты не привык к такой работе. Негоже известному актеру портить кожу на свои прекрасных ручках и напрягаться. Ведь можно просто отвалить кому-нибудь денежку, чтобы тебе сделали все миленько и нарядно.

— Ладно, Эдди, так и быть, я проявлю благосклонность и не стану заставлять тебя заплатить за мою работу, — расставляет руки в бока Терренс. — Хотя по-хорошему, ты должен мне прилично.

— Вообще-то, волонтерам не платят деньги. Они приносят людям радость и помогают им совершенно безвозмездно.

— Окей, но я надеюсь, ты хотя бы покормишь меня? А то я ужасно проголодался, пока возился с этой стенкой.

— Хорошо, накормлю. Недалеко отсюда есть очень хороший недорогой супермаркет. Можешь сгонять туда и купить все, что только твоей душеньке угодно.

— О, класс, сгоняешь? А я могу пока посидеть здесь и посторожить твое гнездышко!

— Могу за тебя и поесть, если очень хочешь. Я в целом не против, потому что и сам успел немного проголодаться.

— А тебе нельзя, у тебя диета! Ты лечишь желудок!

— Моя диета не такая уж и однообразная. На выбор у меня есть огромный список продуктов, которые врач разрешил употреблять. Да, от многого пока придется отказаться, но ничего, как-нибудь переживу.

— Ну вот я за тебя все это поем.

— Жри так, чтобы я тебя не видел. Потому что могу со злости придушить тебя собственными руками, если ты начнешь меня дразнить.

— Наоборот, ты должен это видеть! — весело восклицает Терренс, подходит к Эдварду и хлопает его по плечам. — Это же классный способ потренировать свою силу воли.

— Ты сейчас напрашиваешься на большие неприятности.

— Я всего лишь хочу тебя подбодрить и поддержать.

— Не знал, что человека можно подбодрить, пожирая вкуснятину, которую ему нельзя.

— Прости, Эдвард, но сидеть с тобой на диете мне что-то впадлу. — Терренс хитро улыбается. — Ведь на свете столько вкусной еды, что я просто не могу упустить шанс.

— Скажешь еще одно слово – и я покрашу твою морду вот этим валиком, — угрожает Эдвард, направив покрытый краской валик на Терренса. — Неделю будешь краску отмывать!

— Ой, слушай, а, пожалуй, я и правда сгоняю в супермаркет. Куплю себе несколько свежеиспеченных булочек с каким-нибудь джемом. Насколько я помню, тебе пока что нельзя есть выпечку. А еще я могу запить все это полным стаканом коровьего молока. Ням-ням…

— Ар-р-р, не беси меня, блять! — раздраженно рычит Эдвард, сжав свободную руку в кулак.

— М-м-м, я уже отсюда слышу, как у тебя сводит желудок. Слышу громкое урчание и вижу, как слюни рекой текут изо рта. Хотя это немудрено. Ведь как можно устоять? Еда – это не просто источник сил, а настоящее удовольствие.

— Слушай, братик, может, тебе выйти на улицу? Подышать свежим воздухом! А то ты, походу, краски надышался! Уже начал нести какую-то дичь!

— Что, у тебя уже начали летать розовые слоны? — весело спрашивает Терренс. — Бегемоты пустились в пляс? Или мыши вдруг начали спрашивать, в чем смысл жизни?

— Да уж, странные у тебя сны… — задумчиво произносит Эдвард и кладет валик в емкость. — Оказывается, там ты видишь не только свою мастурбацию перед зеркалом.

— А еще я вижу там свежеиспеченные донаты с разноцветной глазурью и различными присыпками. — Терренс прикрывает глаза и с наслаждением стонет, водя рукой по своему животу. — Нежные, воздушные, тающие во рту…

— Ар-р-р, заткнись, сука! — тихо рычит Эдвард. — Или клянусь святыми яйцами, я тебя придушу!

— А какой кайф есть их с чашечкой крепкого кофе! Свежезаваренного, только что из кофемашины… Добавить немного сахара и