В оковах семейной клятвы - Ника Лор

даже это ему далось через стиснутые зубы. Все же он поднялся на второй этаж, и мы вошли в комнату, которую нам выделили на время. Как только дверь за нами закрылась, муж рухнул на колени. Я тут же подлетела к нему, присев рядом.

- Покажи, - отодвинула я его руку, отрывая вид на окровавленную футболку. – Бог мой…

- Для тебя я могу быть кем угодно, - прохрипел Рамир, одарив меня томным взглядом.

Приподняв футболку, облегченно выдохнула, увидел порез, а не пулевое ранение.

- Я за аптечкой.

Вскочив на ноги, я только успела выйти из комнаты, как наткнулась на Олега. Он вручил мне белую коробочку.

- Помощь нужна?

- Спасибо. Мы сами справимся.

В детстве я была очень неуклюжей, и поэтому часто приходила домой с разбитыми коленками. У мамы имелись медицинские навыки, и поэтому нас с сестрой редко возили в больницу. Наблюдая за ней, я сама научилась обрабатывать раны и даже их зашивать.

- Быстро ты, - встретил меня Рамир подозрительным взглядом.

- Олег принес.

- Вижу, ты уже тут и друзей нашла?

- Не говори глупостей, Рамир. У тебя жар?

- Я всегда горю, когда нахожусь рядом с тобой, - ухмыльнулся он, играя бровями.

Хотелось его ударить за несерьезность, но еще сильнее я желала обнять этого шутника.

- Дойдешь до ванны? Нужно промыть рану.

Рамир кивнул. Я подлезла под его подмышку и помола встать. Каждый шаг приносил ему мучительную боль. Неужели до тех пор, пока мы не оказались одни, он все время терпел?

Встав перед кабинкой душа, Рамир стянул с себя футболку и кинул на пол. Его руки остановились на ремне, но тут он неожиданно пошатнулся.

- Чет мне совсем херово. Поможешь? – указал он мне кивком вниз.

Мои щеки запылали, когда я поняла, что он от меня требует. Я издала резкий вздох, и тогда Рамир застонал от боли.

- Быстрее, женушка. Не думаю, что долго смогу устоять на ногах.

- Ладно, - выпалила я, принимая его игру. – Ты точно притворяешь. Ей-богу, притворяешься.

Мои руки расстегнули ремень и принялись за ширинку. Лицо так сильно пылало, что казалось, я сейчас сгорю от стыда. Как только мои руки случайно коснулись его выпуклости, то она сразу увеличилась в размерах. Я подняла вопросительный взгляд на Рамира.

- Я даже при смерти буду хотеть тебя, - пожал он плечами.

- Дальше сам справишься?

- Нет. Как я сниму штаны, если даже нагнуться не могу?

Схватив за ткань, я потянула ее вниз и избавила мужчину от штанов.

- Все. Заходи в душ.

- А трусы? – удивился Рамир, выпучив губу, как маленький ребенок.

Если он будет полностью голым стоять передо мной, то я даже нитку в иглу не просуну. Когда муж смыл с себя кровь, я продифференцировала рану и зашила ее. Рамир за все время не издал ни одного звука. Он молча стоял, облокотившись об умывальник.

- Закончила, - сообщила я, закрепив бинт.

Подняв глаза на лицо мужа, я замерла. Рамир наклонился слишком низко, и его глаза оказалась на ровне с моими.

- Не закончила, - прохрипел он. – Я спас твою сестру и хочу сейчас получить от тебя благодарность.

Глава 26

Я еще ничего не сделал, а ее лицо уже приобрело розоватый оттенок. Реакция тела Лилит вызвала во мне собственнические чувства. Это девушка лишь моя. Я у нее единственный. Только я имею права к ней прикасаться.

- Тебе нужно отдохнуть.

Я резко притянул ее к себе, от чего она врезалась в мою грудь. Моя рука начала блуждать по ее талии, спине. Ткань платья меня раздражала, но еще больше бесила боль в боку.

Бешенные глаза Гудло до сих пор стояли у меня перед глазами. Я дал ему выбор. До конца хотел сохранить ему жизнь, но этот старик слишком сильно желал власти, которую мы с братом заполучили, истекая кровью множество раз. Моя надежда на то, что ублюдок образумится чуть ли не стала для меня летальной ошибкой. Удар ножом в мой чертов бок напомнил мне в каком мире мы живем, и какие люди нас окружают. Быть родней - не значит являться семьей.

- Лилит, - прохрипел я, зарывшись носом в ее шею, - я тебя никуда не отпущу.

- Что? О чем ты? Я никуда не собираюсь уходить.

Черт! Будет она такого же мнения, когда узнает, что я собственными руками перерезал глотку ее отцу?

Плевать! Сейчас я хочу насладиться своей женой. И возможно в последний раз.

Стиснув зубы, я поднял Лилит в воздух и понес в комнату.

- Рамир, твоя рана…

Она замолчала, когда я нашел ее губы и впился в них прямо на ходу. Аккуратно положив свою драгоценную женушку на матрас, я быстро стянул с себя трусы и принялся избавляться от ее платья.

- Швы разойдутся…

- Замолчи, - отрезал я, вонзившись в ее пухлые губки.

Я подлез под ткань ее платья, наслаждаясь ее мягкими бедрами. В моих движениях отсутствовала нежность. Я ничего не мог с собой подделать. Тьма еще не покинула меня после перестрелки. Адреналин бушевал под кожей, смешавшись с похотью. Адский коктейль.

- Нет! – неожиданно оттолкнула меня Лилит.

Я сел с небольшим шоком на лице, подавляя желание прижать девушку к кровати, игнорируя ее протест.

- Я сама. Ляг на кровать. Тебе нельзя шевелиться.

Продолжая растерянно сидеть над ней, я вызвал у Лилит смущенную улыбку. Она осторожно толкнула меня в грудь, заставив лечь на спину. Видеть ее над собой было непривычным делом, но мне это чертовски понравилось.

Она удивила меня, опустившись к моему паху. Ее горячее дыхание обдало мой член, и тот сразу дернулся в попытке погрузиться во что-то теплое.

Я простонал от неудовлетворения и пыток, что решила мне устроить жена.

- Лилит, я сейчас не в том настрое, чтобы играться. Мне нужно расслабиться, иначе я потеряю голову.

Мои руки чесались, чтобы схватить ее за волосы и поторопить. Лишь нотки растерянности в ее глазах останавливали меня от действий. Это будет ее первый минет, и я должен быть терпелив. Вот только не удачное она время выбрала для повышение своих навыков.

Когда ее губы коснулись кончика моего члена, я застонал от ощущения тепла.

В таком состояние я обычно нуждался в жестком трахе, но видеть между своих ног лицо жены намного