Золотая красота - Лилит Винсент

бедра, любуясь её идеальной грудью и чувствуя, как член Кинана упирается в мой. Я и представить не мог, что когда-нибудь испытаю подобное, но с Красавицей в моих руках это казалось чем-то естественным. Я потянулся, чтобы обхватить её прекрасное лицо ладонями, пока член Кинана начал скользить внутрь, и давление на мой собственный член усилилось. Я едва мог двигаться, хотя отчаянно этого хотел.

— Чертовски хорошая девочка, красавица, — пробормотал Блэйз, просунув руку между нами, чтобы поиграть с её клитором. — Кинан вошел почти целиком.

Нарастающее удовольствие заставило её расслабиться, и мгновение спустя я почувствовал, что Кинан вошел до самого конца. Мы трахали её в унисон; это было странно, горячо и чертовски тесно.

— Не вынимайте. Заполните её, — глухим, тяжелым от возбуждения голосом произнес Блэйз.

— Мы и не собираемся, — прохрипел я сквозь стиснутые зубы. — Но, господи Иисусе, я сейчас кончу.

Я чувствую, как член Кинана движется в ней в такт моему. Делить одну женщину на двоих оказалось куда острее, чем я себе представлял, и теперь мы сможем повторять это снова и снова. Я представил, как она забеременеет от нас — вот так, от двоих сразу, — и едва не сорвался.

Кинану, похоже, это нравилось не меньше моего.

— Мы заполним тебя до краев, Красавица. Хочу, чтобы наше семя стекало по твоим бедрам.

— Кинан, где ты только научился так грязно ругаться? — пропыхтела Ру, зажмурившись.

— Ты меня вдохновляешь, Красавица.

Блэйз продолжал потирать её клитор, и вид того, как меняется её лицо, когда она приближается к разрядке, заставил меня окончательно потерять контроль.

— Не могу… больше… держаться, — прохрипел Кинан сквозь стиснутые зубы.

Прежде чем он закончил фразу, Ру кончила, и я полностью отпустил себя. Горячая влага толчком ударила по моему члену и потекла вниз по яйцам. Мать твою, это просто безумие. Я лежал и хватал ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба.

Мы с Кинаном медленно вышли из неё, и Блэйз тут же занял место Кинана. На мгновение он раздвинул плоть Ру, любуясь открывшимся зрелищем, а затем вошел в неё — мощно и быстро.

Ру уткнулась лицом мне в грудь и закричала; я обхватил её руками и крепко держал, пока мой брат трахал её. Его толчки были тяжелыми и неумолимыми.

— Тебе нравится, когда тебя трахают так жестко? — прошептал я ей на ухо.

— Да, — вскрикнула она, впиваясь ногтями в мои плечи. — О боже, да!

Её крики становились всё громче, кожа под моими пальцами буквально пылала. Мгновение спустя она закричала от наслаждения, и волны оргазма сотрясли её тело.

Блэйз продолжал в том же неумолимом ритме, крепко держа её за бедра и глядя сверху вниз на то, как он входит и выходит. Я видел, что он уже на пределе; от того, как он с глухим стоном запрокинул голову, я сам едва не захотел продолжить.

Он медленно вышел из неё с улыбкой, глядя на неё сверху вниз.

— Ты прекрасна в этом беспорядке, Красавица.

— В нашем прекрасном беспорядке, — поправил я, целуя её. Она села на кровать с раскрасневшимися щеками и растрепанными волосами.

Кинан обхватил её за талию, пересадил с меня к себе и прижал.

— Иди сюда и устрой беспорядок мне.

— Ты — мой аккуратный и статный мужчина? Кинан и беспорядок? Быть того не может, — она хихикнула, когда он обнял её и принялся щекотать в ответ на поддразнивание.

Когда возня прекратилась и дыхание у всех пришло в норму, мы открыли заднюю дверь хижины, пробрались через высокие заросли тростника и нагишом вошли в реку. Отсюда нас никто не мог видеть, и мы дурачились в воде, брызгаясь и играя в догонялки.

Ру запрыгнула мне на спину, и я плавал с ней туда-сюда. Её смех, звучащий у меня в ушах, был лучшим звуком, что я когда-либо слышал, — и смеялась она благодаря нам троим. Когда мы вчетвером вместе, кажется, что время замирает.

Когда солнце начало клониться к закату, мы вышли из воды и надели теплую сухую одежду. Ру выглядела очаровательно в безразмерных вещах Кинана. Мы вышли из хижины с мокрыми волосами и улыбками на лицах.

Стопка дров у костра заметно поредела, так что я подхватил охапку поленьев и отнес их к огню. Когда я сложил их и выпрямился, то заметил, что Адель наблюдает за мной с улыбкой.

— Сердце радуется видеть вас троих, братьев, улыбающимися и смеющимися вместе. Она сотворила с вами настоящее чудо, это уж точно.

— Еще какое, — негромко согласился я. — Последние недели были чем-то невероятным. Не думаю, что мы справились бы без Ру.

Адель бросила на меня вопросительный взгляд:

— Ты про взятие Башни или про то, что вы трое наконец-то поладили?

На моем лице расплылась ухмылка:

— И про то, и про другое.

Адель рассмеялась и согласно кивнула:

— Думаю, ты прав. Она особенная, эта девочка.

— Это уж точно.

Мы постояли в молчании несколько мгновений, наблюдая за Ру, которая что-то приколачивала, весело болтая с Кинаном и Блэйзом.

— Ты ведь знаешь, что я акушерка на пенсии? — вдруг спросила Адель. Я удивленно взглянул на неё, сбитый с толку внезапной сменой темы, и увидел, что она тоже смотрит на Ру.

Акушерка, значит? То есть она может принимать роды.

— О… Нет, я не знал.

— Было бы чудесно, если бы в лагере появились дети, не находишь?

Я потер затылок, чувствуя, как кончики ушей начинают гореть — до меня дошло, почему Адель говорит это именно мне. Ру — беременная. Носит нашего ребенка. Я не заглядывал так далеко вперед, но это кажется неизбежным, учитывая, чем мы вчетвером занимаемся.

— Да, э-э… было бы чудесно.

Эта мысль привела меня в замешательство, я переступил с ноги на ногу, и вдруг мне до смерти захотелось снова остаться с моей девочкой наедине. Ну, то есть наедине с моими братьями.

Я кивнул Адель и направился к Ру, Блэйзу и Кинану. Взяв пилу, я принялся за работу. Если это случится — значит, так тому и быть. Как бы сильно мне ни хотелось во всех деталях представить Ру беременной, а затем — прижимающей к себе нашего младенца, сейчас было на чем сосредоточиться. У нас всё еще полно дел.

И всё же, пока я смотрел на Ру, мысль о том, что она родит нам ребенка, была единственным, о чем я мог думать.

Глава 18

КИНАН

Два месяца спустя

Клацающие челюсти. Рвущие когти. Гротескное, мутировавшее тело, переливающееся узлами мышц и кровью. Мутант издает вопль, полный