На высоте. Книга 2 - Ника Юлианова

– Где ты его взяла? – улыбнулся я, покрутив рукой.

– Здесь, в часовне… Где ж еще? Хочешь, потом заменим на что-нибудь поприличнее.

– Ну уж нет. Но когда я встану на ноги и буду заколачивать миллионы, я куплю тебе бриллиант размером с орех.

– Нисколько не сомневаюсь, – голосом, в котором действительно не было ни капли сомнений, заметила Кира. – Тем более что поводов у нас – хоть отбавляй…

Я так измотался, что ее слова донеслись до меня сквозь полудрему.

– А какие еще?

– Да ты спи, спи… Это все потом.

Волшебные пальчики Киры зарылись в мои волосы. Я окончательно разомлел, в кои веки не противясь охватившей меня слабости. А даже наоборот, без зазрения совести давая хорошо потрудившемуся организму время на восстановление.

Проспал я в тот раз двадцать два часа! И еще бы спал – разбудили меня какие-то странные звуки. Я прислушался, не открывая глаз – может, показалось? Но нет. Таки кого-то рвало!

Что за черт? Неужто Кира подхватила больничную заразу?

Как очутился у туалета – не помню. Ноги, которые меня пока толком не носили, тут выполнили свою функцию на отлично. Я подхватил волосы Киры и стал осторожно поглаживать ее по спине в попытке как-то облегчить для нее происходящее. А когда ей полегчало, скомандовал:

– Ты ляг, ага? Я сейчас кого-нибудь позову.

– Не нужно.

– Кира! Это не шутки. – Я направился к выходу, по ходу движения бормоча: – Погугли, что такое внутрибольничная инфекция…

– Горский, угомонись! Это не инфекция, а токсикоз.

– Ага, – я прикрыл за собой дверь и даже прошел несколько метров по коридору, когда до меня дошло! Моргнул. Сунул в ухо палец, подергал туда-сюда, словно ершиком. После чего крутанулся на пятках и поплелся назад на подгибающихся коленях.

Кира восседала на кровати, сложив по-турецки ноги. Завидев меня, она нервно хихикнула и закусила губу. Глядя исподлобья немного настороженно и… я бы даже сказал, вызывающе.

– Повтори, – хриплым голосом велел я. – А то я… Кажется, мне послышалось.

– Нет. Я… действительно беременна. Никто не знает, как это могло случиться.

– Я бы им рассказал, как. – Смеюсь. – Но ты же говорила, что это невозможно…

– Абсолютно. Да и выносить его пять недель в таких условиях… – Кира взволнованно пожала плечами. – А еще же фарма…

Я кивнул, про себя удивляясь тому, как быстро ослабел. Подошел к койке. Упал рядом с ней. Ошалело потер лицо.

– А почему… Ну… Почему ты сразу не сказала?

– Да потому что ты и так загнался! Скажи тебе о ребенке…

– Ты сказала!

– Ну… А какой у меня был выход?

Кира смотрела на меня, набычившись, а я ведь понимал… Понимал, что говорю что-то не то. Но не находил нужных слов, как ни старался. Потому что да. Потому что мне реально было страшно, до усрачки! Был бы я хотя бы здоров, а так…

– Гор, ты, пожалуйста, дыши, а? – проскулила Кирюха. Я вскинулся и только теперь почему-то додумался поставить себя на ее место.

– Дышу. Куда я денусь? Мне теперь есть ради кого, да?

– А раньше что, не было?! – закапризничала. Я улыбнулся. Потому что как раз это был добрый знак. Обхватил Махову за плечи, привлек к себе, утыкаясь носом в волосы.

– Кир…

– М-м-м?

– Я тебе говорил, что страшно тебя люблю?

– Не помню. Давно дело было!

Я растянул губы шире. Вдохнул жадно. Может, все еще не полной грудью, но… И черт с ним. В конце концов, в жизни все возможно! Будет цель – будет результат. Непоправима исключительно смерть, но с ней мы вроде бы разминулись.

Кира тихо сопела мне в ключицу, упрямо не поднимая головы, будто боялась встретиться со мной взглядом. А я боялся ровно обратного – что посмотрю и окончательно раскисну. Ведь страх, что я никогда не буду прежним, только усиливался. Я сглотнул. Осторожно спустил ладонь ниже. Коснулся ее живота, проник пальцами под резинку удобных трикотажных штанов, в которых она расхаживала… И кажется, этим незатейливым жестом полностью удовлетворил ее ожидания. Кира сладко вздохнула, накрыла мою ладонь своей, и… В этот момент на меня, наконец, сошло озарение: а ведь мне и не нужно быть прежним! Более того, после всего пережитого как прежде уже вообще ничего не будет. Я буду последним идиотом, если стану цепляться за осколки прошлой жизни, игнорируя новую… и такую прекрасную.

– Тогда не грех повторить, правда? Я тебя люблю.

Эпилог

Кира

Я ждала их на веранде.

Дом стоял чуть выше линии леса – так, чтобы Эльбрус был виден почти всегда. В ясную погоду он выходил сразу, стоило поднять глаза от кружки. В пасмурную – угадывался контуром… Но всегда, находясь здесь, я ощущала его присутствие и поддержку. Даже когда смотрела в противоположном направлении.

Чай остыл, но я всё равно перекатывала кружку в ладонях и то и дело бросала взгляды на подъездную дорожку, где вот-вот уже должен был появиться Гор с группой, которую вел.

Стоило об этом подумать, как вдали на дороге взвилось пыльное облако. Ослабели наши туристы, раз Миша решил подогнать бусик.

Я улыбнулась, оставила, наконец, чашку и пошла проверить баню. После похода кое-кому явно не помешает помыться.

Запаренные веники распахлись на всю парную. Подумалось, что и нам с Горским было бы неплохо попариться, когда гости угомонятся. Почему нет? Уверена, что после такого приключения спать дети будут как убитые.

Ах да, я забыла сказать, что клиенты в этот раз у нас не совсем обычные. Наш сын, его сестра-погодка и их друзья. Всего двенадцать человек. И даже не спрашивайте, как Миша согласился на эту авантюру. Маршрут хоть и простой, но дети есть дети. К тому же для большинства это был первый подобный опыт, что накладывало на Мишу еще большую ответственность, ведь именно благодаря ему кто-то навсегда влюбится в горы, а кто-то, напротив, поймет, что эта история не про них. И это ни хорошо, ни плохо. Просто… ответственно, да.

Я взглянула на часы. Группа задержалась примерно на час-полтора. Но я уже давно не делала из этого проблемы. Я знала, по какому маршруту Гор с помощниками ведёт группу. Знала, где он сделает привал. Где остановится, чтобы дать детям отдышаться