Попаданка для императора, или Истинную вызывали? - Любовь Песцова

Рядом обнаружилась конструкция поменьше, которую наверняка использовали летом, чтобы не превращать дом в баню. По сути, просто подтопок и плита. Ну и ладно, мне же проще.

Хотя насчет проще я погорячилась. Дальше вообще ужас начался.

Ну, допустим, нашла я дрова. Ну, сложила их куда нужно. И дальше что? Зажигалки-то не было. Даже спичек не нашлось.

Зато вблизи от печи лежал набор странных предметов. Камень, небольшая металлическая пластина. А еще рядом обнаружилась коробочка с сухим мхом.

Это и есть то самое огниво, про которое в музеях рассказывали?

— Щучий потрох, я что, похожа на бойскаута?!

Пока пыталась разжечь огонь, вспомнила всех создателей этой великолепной конструкции. И всех их предков. Заодно и по папаше прошлась. По нему с особым цинизмом, кстати.

В общем, стены этого дома услышали трехэтажные конструкции. Они, кстати, хоть и звучали на местном языке, который я почему-то понимала как родной, но все еще имели какие-то отголоски великого и могучего.

Возможно, русский мат обладает какими-то магическими свойствами. Как иначе объяснить, что у меня получилось высечь искру и разжечь огонь.

Ну а дальше было дело техники. Да, вода нагревалась значительно дольше, но в итоге достигла нужной температуры.

И пока она нагревалась, я умудрилась обшарить все ящики в этом доме и даже найти мыло. Очень грубое, похожее на хозяйственное, даже хуже. Но даже это казалось подарком богов.

В общем, вымыться у меня получилось, хоть и отняло это мероприятие огромное количество времени и сил.

Было так жаль промывать волосы мыльным раствором, в котором я раньше и тряпки половые не стала бы полоскать. Но выбора не было. Спасибо хоть такие средства гигиены присутствуют.

Я успела еще вылить во дворе грязную воду, а потом случилось неотвратимое — вернулся отец хозяйки этого тела.

Глава 5

На улице еще не стемнело, но он уже явно был пьян. Видимо, успел накидаться пока шел с работы.

— Что смотришь на меня? Жрать давай, стревь!

Очень хотелось схватить его за шкирку и окунуть в грязную воду. Жаль, что вылила. Сейчас бы так пригодилась!

Но я сдержалась. Нельзя. Нельзя открыто сопротивляться, иначе будет хуже.

Мантра помогла, я проявила максимальную вежливость, на которую была способна — кивнула в сторону стола, на котором стояла каша.

Говорить побоялась. Была уверена, что голос подведет, и я отправлю его по тому адресу, которого он заслуживает.

Тоби поморщился и даже замахнулся, но я стола слишком далеко, чтобы он всерьез рассчитывал меня ударить. Скорее это был его привычный стиль общения.

Тем не менее, за стол он уселся и даже начал неаккуратно поглощать кашу. Но быстро отбросил ложку и вскочил, глядя на меня налитыми кровью глазенками.

Как же он в этот момент напоминал быка. Капкан тут поставить, что ли?

— Ты, дрянь, мне холодное подавать вздумала?

— Не нравится — не ешь, — сказала я.

Ну а что? Логично, между прочим. Или у него лапки и он сам не может миску на печь поставить?

И вообще, как он представлял себе, что я вообще что-нибудь приготовлю, если в доме пусто настолько, что впору на мышей охотиться?

Или здесь где-то есть деньги, которые мне надлежало потратить на продукты?

Деньги это хорошо. Не мешало бы ими разжиться.

Ну а дальше состоялся содержательный диалог, закончившийся очередной пощечиной, оставленной на другой щеке для симметрии и обещанием продать меня в бордель.

Хотите сказать, что эта отрыжка человека действительно может меня продать? Просто взять и продать в тот самый бордель?!

Я была значительно меньше этого отвратительного мужика — составляла хорошо если половину его веса, а скорее всего и меньше, — скудно питалась на протяжении многих лет и вряд ли могла бы всерьез дать отпор даже домашнему коту.

Но эмоции оказались сильнее логики. Я все же не шаолиньский монах ни разу.

Поэтому вместо того, чтобы стерпеть, затаиться и подумать, как выжить в таких условиях, я выпрямилась и закричала ему в лицо:

— Пошел ты знаешь куда? — Спросила я, ну и рассказала, куда именно. — Да чтоб тебя самого в борделе использовали все портовые бродяги в хвост и в гриву!

Собственно, эта фраза была самой приличной из того, что я говорила дальше.

Я рассказала кто он, как его зачали, зачем это сделали и что он может сделать со своим никому не нужным мнением относительно моего трудоустройства.

Это оказалось слишком для нежной души Тоби.

Поначалу он опешил настолько, что слушал мою речь, открыв рот и выпучив глаза. Но потом сообразил, что воспитательное избиение нужно продолжать и ринулся на меня.

Надо было, наверное, испугаться, но я не смогла. Был только азарт и желание удавить этого отвратительного мужика, который свел в могилу минимум двух женщин.

Отступив в сторону, я увернулась от удара. Странно, но в доме как будто стало темнее, а его движения замедлились.

Я видела, как он разворачивается, готовясь атаковать снова, и с легкостью ушла от еще одной пощечины. А потом под руку подвернулась сковорода.

Чугунная, тяжеленая. Незаменимое орудие любой хозяйки!

Она как-то сама легла в руку и даже не показалась тяжелой. Тоби видел, как я замахиваюсь, но почему-то не перехватил мою руку, не увернулся. Как будто не успел ничего сделать.

Послышался глухой удар и бесчувственное тело свалилось к моим ногам.

Только после этого время пошло со своей привычной скоростью, а в комнате снова стало светло.

И что это было?

Я с подозрением глянула на сковородку в своей руке.

Вот что чугун животворящий делает!

— Сковорода всевластия найдена, — пробурчала я себе под нос. — Но с кольцом было бы удобнее. Я теперь что, новый Саурон?

Ответа не было. Некому было объяснить, что происходит в этом странном мире. Бесчувственный Тоби на полу не в счет. Он явно ничего мне разъяснять не собирался.

С другой стороны, что бы это ни было, перспективы теперь видятся уже не такими печальными.

* * *

Очнулся папаша уже на кровати. Кстати, на единственной кровати в доме. Изначальная хозяйка тела спала на лавке. И это нужно было срочно исправлять, ибо зарабатывать сколиоз и другие искривления мне не хотелось. В этом теле, учитывая образ жизни, это и так все это есть.

Пока отец семейства валялся в блаженном обмороке, я продолжила обыск дома, а заодно и карманов невинно избиенного мной и сковородкой Тоби.

Нельзя сказать, что нашлось что-то уж очень полезное. В карманах была