Истинная Энергия любви - Марта Савушкина

— Готово. Теперь ждите результаты совпадения. — Не прошло и нескольких минут, как энерготехник сказал: — Ваша подходящая пара — Варлей Ровер, — объявили мне.

Мне показали голограмму. Я замерла, на меня смотрел практически мой бывший — Влад-гад, тот самый, который бросил меня несколько часов назад.

— Не может быть, — выдохнула я.

— Почему же не может? Сорок процентов идентичности — весьма неплохо, — техник говорил это, явно желая поскорее отделаться от моих навязчивых вопросов.

— Но вы же говорили об идеальной паре…

— Полное совпадение — явление исключительное. Вашего совпадения вполне достаточно для зачатия энергоодаренного ребенка.

— Как-то я все это по-другому представляла…

Варлей Ровер оказался генетиком. Правильный до зубного скрежета. У меня даже закралось подозрение — не потомок ли он Влада? Та же светлая голова, спокойные глаза, педантичность в каждом движении.

— Познакомитесь завтра. А пока мы проводим вас в дом для попаданок, — сказал энерготехник и тут же переключился на следующую девушку. Я кивнула, еще не понимая, во что все это выльется.

На следующий день Варлей ждал меня у входа в общежитие для попаданок — высокий, в аккуратном комбинезоне, с улыбкой, будто выверенной по линейке.

— Елизавета? Рад встрече. Я Варлей Ровер, ваш… партнер по обряду. Давайте прогуляемся, покажу город, — сказал он ровно, без лишних эмоций.

Я согласилась — любопытство пересилило. Наше свидание больше походило на познавательную экскурсию. Мы шли по улицам города, где дома, словно живые организмы, пульсировали энергией, а стены переливались, как соты в небе. Варлей рассказывал о мире размеренно и обстоятельно:

— Здесь энергия — основа всего. Одаренные управляют ею. С потенциалом, как у вас, необходимо много работать.

Его голос был ровным, интересным. Он объяснял генетику, как энергия меняет ДНК, почему попаданки важны для разнообразия генофонда и воссоздания популяции людей. С ним было приятно: умный, внимательный, он расспрашивал о моем прошлом, слушал про фитнес и самооборону.

«Интересно, — думала я. — С ним спокойно, как с Владиком, но без той скуки. Может, это знак?»

Мы зашли в парк с невероятно яркими цветами. Варлей показал, как энергия питает растения, коснулся дерева — и оно мгновенно расцвело. Вечер закончился в парке у фонтана, если так можно было назвать воду, льющуюся из неба стеной. Он наклонился и поцеловал меня — губы мягкие, нежные, но… ничего. Ни искры, ни жара. Я пыталась себя успокоить: не все же сразу. Влад мне тоже поначалу не очень нравился.

Почему я вспоминаю того, кого хотела бы забыть? Да потому что передо мной — практически его идеальная копия. Только Варлей был еще правильнее, еще спокойнее, еще симпатичнее.

Я отстранилась, улыбнулась:

— Хороший день, Варлей. Спасибо за прогулку. Проводишь?

А внутри — пустота. Он мне нравился умом, с ним было интересно. Но поцелуй был как рукопожатие.

Варлей оказался идеальным партнером для свиданий — он планировал все заранее, выбирал места, где можно было узнать город. На второе свидание он повел меня в музей энергии — огромное здание, где экспонаты светились, показывая, как энергополе изменило мир.

— Смотри, вот как энергия восстанавливает природу, — говорил он, указывая на голограммы, где цветы расцветали от прикосновения.

Мы говорили часами. Он — о генетике, о том, как попаданки вроде меня могут усилить род одаренных, о будущем.

Я — о прошлом. Он был внимателен, спрашивал о моем мире, о фитнесе, даже записывал идеи для новых тренировок.

— Ты уникальна, Лиза. Твои навыки из прошлого могут изменить подход к самообороне, — сказал он, и я почувствовала теплоту. С ним было интересно, как на экскурсии по новому миру. Он объяснял все логично, без лишних эмоций, но с глубиной.

«Может, это то, что нужно? Спокойствие», — пыталась я убедить себя, идя по этому вечнозеленому городу. Смотрела на цветущие деревья, на идеальные дорожки, удивлялась неспешному образу жизни без машин и привычной техники. Энергия заменяла все.

Но когда Варлей снова поцеловал меня на прощание у двери — губы сухие, осторожные, — ничего не случилось. Ни мурашек, ни жара, ни желания. Как поцелуй с другом. Я улыбнулась, поблагодарила за вечер, но внутри клокотало разочарование.

Он нравился умом, но тело молчало.

Я пыталась развивать отношения с Варлеем, а тянуло меня к Алексу. Он снился мне по ночам. Его стальные глаза, грубые руки, хищная усмешка — все это преследовало меня, заставляя просыпаться в поту от незнакомого, всепоглощающего желания.

Глава 5. Энергичные уроки страсти и ненависти

Днем я старалась заглушить внутреннюю бурю, целиком уходя в работу. Меня определили обучать девушек-одаренных самообороне, посчитав мои навыки из прошлого полезными. Ирония судьбы — работать мне пришлось в одном зале с Алексом Ветровым. Он тренировал парней боевым искусствам, я — девушек.

И каждый день рядом с ним был одновременно пыткой и наслаждением.

Он не упускал случая подколоть:

— Смотрите, парни, вот как делать захват нельзя!

Его группа дружно хохотала, мои девушки заливались краской.

Надо отдать ему должное — со своими подопечными Алекс был суровым, но, что меня искренне поразило, человечным и по-отцовски добрым. Никогда бы не подумала, что этот на вид грубый мужлан способен на такое. Для многих парней он стал тем, кого у них не было — родителем. Не давал свернуть на кривую дорожку, учил не только драться, но и готовить, чинить, обращаться с энергией, заботиться о себе, а кому было совсем туго — покупал одежду и еду.

— Не слушайте его, девушки, — парировала я, стараясь не смотреть в его сторону. — Для нас этот метод — самый правильный, особенно если противник выше и сильнее.

Алекс, как и его парни, часто занимался без рубашки. Мои подопечные постоянно отвлекались. Да и я сама немногим от них отличалась.

Но однажды после тренировки наш спор перерос во что-то большее.

Зал опустел, осталось лишь эхо шагов и тяжелое, еще не успокоившееся дыхание после тренировки. Я стояла у матов, вытирая пот со лба, а Александр прислонился к стене, скрестив на груди мощные руки. Его черные волосы прилипли к вискам, мокрая майка облепила рельефный торс, и от него пахло чем-то диким, животным и электрическим одновременно.

— Что, попаданка, опять злишься? — его голос, низкий, с легкой хрипотцой, пробежал по моей коже разрядом.

Я шагнула к нему, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

— Заткнись, Ветров. — толкнула его в грудь что есть силы.

Он даже не дрогнул. Только ухмыльнулся, поймал мои запястья и резко прижал к холодной стене. Тело к телу. Его грудь — твердая, горячая