Ты будешь наказана - Ада Ридель

Димка поднимается, и я вскакиваю с лавочки. Жду, пока он встанет. И, как только он это делает, я приподнимаюсь на носочки, несмело целую его в губы. Хочу оставить лёгкий поцелуй, но этот проказник его углубляет.

Я кайфую. Люблю его. До безумия. И хочу так и дальше стоять здесь, таять в его объятиях. Растворяться во времени. Только с ним. Но я отстраняюсь.

Нет, не потому, что не хочу. Наоборот, я бы сейчас отдала всё, только бы посмотреть с ним фильм. Провести вместе вечер. Может, даже… Сделать ему приятное. Раньше я делала ему только руками. А сейчас, может, вышла бы на новый уровень.

Но.

Меня совесть жрёт. От того, что произошло позавчера. И от того, что произойдёт сегодня.

— Прости, милый, — стараюсь не расплакаться. У меня плохие мысли. Очень. Потому что я не знаю, буду ли я вечером вообще живой. Вернусь ли домой. Конечно, вернусь, что за мысли? Нет уж.

Мой девиз по жизни: «лучшая защита — нападение». Я не знаю, откуда он у меня в голове. Я даже не помню, кто говорил эту фразу. Взялась из ниоткуда. Но всегда получается всё так. Даже эта ситуация с братом…

Так! Не будем отчаиваться!

— Я побежала, опаздываю, — отстраняюсь от него, пока Дима держит мои пальцы. — Без меня никаких тусовок!

Улыбаюсь и, поправив рюкзачок, убегаю.

Мы — вечные тусовщики. И я частенько грешу, ходя по пабам. Чисто расслабиться, провести хорошо время. Никогда не напиваюсь вдребезги. И не клеюсь к парням! А вот Диму может занести, когда он пьет алкоголь! Благо, он у меня не бабник. Нет, наоборот, собственник.

Какая-нибудь массовая встреча — я рядом с ним. Боится, что украдут. Но он — глупый дурак! Потому что мне только он нужен!

— Обещаю! До завтра! — кричит вдогонку.

Если я вообще доживу до завтра…

---

Я неадекватная. Я всегда это знала. Мне говорят, что меня убьют при следующей встрече, а я, вместо того, чтобы бежать, иду навстречу приключениям.

А выбор есть?

Нет, у меня его нет. И пусть я буду умалишённая. Но без риска — нет результата. И я готова. Поэтому крепче обхватываю рюкзак. Перелезаю через забор. Второй раз за последнее время. Смотрю вниз, по сторонам. Собак нет. И, надеюсь, не будет. Но я взяла с собой шокер.

Не знаю, поможет ли… Но хоть убежать успею. Наверное. Да, успею. У меня хорошая физическая подготовка, поэтому…

Вдыхаю побольше кислорода. Спрыгиваю на зелёную траву и аккуратно иду до дома. И всё же — мне интересно. Тут ни одного охранника. И ведь участок большой, богатый. Не боится, что обворуют? Я пытаюсь это сделать уже второй раз. Сколько же было до меня?

Скольких он убил?

Ой, откуда такие мысли?

Особенно когда уже стоишь перед дверьми.

Заносишь ладонь в воздух.

Но не стучусь. Засматриваюсь на трясущуюся ладонь. Либо риск, либо ничего. Прокатит — зашибись. Нет — здравствуй, тот свет.

Но я всё же дотрагиваюсь до двери костяшками пальцев.

Волнуюсь.

Он сказал, что не любит незваных гостей.

И всё же…

Я постучалась!

Не позвонила! Вдруг он спит! Я даже не знаю, дома ли мужчина.

И, судя по тому, как быстро распахивается дверь… Он был неподалёку. Прошло всего несколько секунд. Я не успеваю даже отдышаться. Перевести дух. Вернуть себя к спокойствию.

Потому что тёмные карие глаза, кричащие об убийстве, припечатывают меня к полу.

Глава 5

Пока меня испепеляют, потрошат взглядом, я проваливаюсь сквозь пол в самый ад. Потому что я не могу по-другому объяснить того, что вся кожа от этого внимания горит.

И нутро. Полыхает. Растворяется в бурлящей магме. И всё это — горящее чувство внутри груди — вызывает один мимолётный и кровожадный взгляд.

Я действую по плану.

Глупому. Импульсивному. Провальному.

Кидаю рюкзак на пол, делаю шаг вперёд, пока мужчина меня медленно расчленяет и убивает. Я знаю, чем думаю.

Подлетаю к мужчине, которого ненавижу всей душой, до дрожи во всём теле. Которого боюсь до панической атаки в душе. Обвиваю руками шею и запрыгиваю на него, пока он ничего не понимает. Только хватается ладонями за бёдра.

Лучшее средство — нападение!

Поэтому… Закрываю глаза. Всё своё отвращение засовываю куда подальше. Всю неприязнь.

Смачно целую его в губы. А сама мысленно думаю о Диме. Чувствую перед ним вину, но… Либо умру, либо потеряю полсемьи. И единственный план, который пришёл мне в голову…

Соблазнить. Отвлечь. Ликвидировать.

И хоть он психанутый на голову человек, который трахает девушек на подоконнике, пока собаки лают ей в лицо… Я не рискнула проникать в его дом просто так. У меня есть план, запасной. Их, на самом деле, много. Но дело даже не в том, смогу ли я выкрасть документы. С шокером и со снотворным в кармане — да.

Но что потом?

Когда он очнётся?

Сотрёт меня в порошок. Тот самый, зыбкий, который будет падать сквозь его пальцы. Как и моя кровь, которая будет омывать землю. Чёрт, почему именно сейчас я думаю о плохом?

Я всегда старалась искать во всём хорошее. Но почему здесь не получается? Ничего. Белое полотно.

И, пока грубые ладони смыкаются на талии, скорее всего, чтобы оттолкнуть меня и придушить — только наступаю.

Все мужчины падки на секс! И нет, трахаться я с ним не собираюсь. Но…

Сделать так, чтобы он потерял бдительность, а потом свалить — это я могу. Пока не придумала, как. Также, наверное, в окно. Но перед этим забрать документы.

Если, конечно, он опять собак не натравит. Вот тогда будут проблемы. Спать с ним? Ни за что. Буду мешать ему снотворное. Куда? Придумаем.

Но меня учили не сдаваться. И я этого делать не собираюсь.

Углубляю поцелуй. Морщусь, сильнее прижимаюсь к твёрдому телу. Пока он всё же пытается меня оттолкнуть. Я как пиявка — присасываюсь сильнее. Всеми частями тела. Проникаю языком в его рот. Он недавно пил что-то алкогольное. Морщусь, когда чувствую на его губах, скорее всего, виски.

Ладно, потерпи, Влада. Мужики всегда думают одним местом.

Как и этот. Раз он не пытается оттолкнуть меня. Наоборот, с напором отвечает. И лучше бы он этого не делал. Я теряюсь. От того, что он перетягивает всю инициативу на себя. Вжимает пальцы в талию. Обжигает через тонкую ткань рубашки.

И сносит. Как тайфун. Одними движениями.

Я задыхаюсь. Кислорода не хватает. Из меня словно высасывают жизненные силы.