Колдовство — не грех, а средство выживания - Алия Балгереева

— Мы тут долго не высидим, — Лис деловито достал из голенищ сапог кинжалы. — Надо постараться прибить эту тварь прежде, чем она до нас доберется.

И парень перепрыгнул на соседнее дерево. Я последовала за Лисом, прекрасно зная, что обычный кинжал не способен причинить вред существу с изнанки. Тут нужно чистое железо, еще лучше — серебро.

Кинжал Лиса попал твари в глазницу. Та взвыла и… отрастила крылья.

— Беги, я прикрою, — распорядился парень.

— А ну стой, дурак!

Но он уже меня не слышал: спрыгнул вниз. И как удачно, прямо существу на хребет. Тварь досадливо мотнула головой и завертелась на месте, отчаянно работая крыльями.

Я соскользнула в снег и огляделась. Бежать я не собиралась: во-первых, оно меня догонит, как только расправится с Лисом, а во-вторых, я не собиралась дать ей это сделать. Как-то же маги с ними борются! Знать бы еще, как…

Лис слетел с существа и упал в сугроб.

Я сложила ладони лодочкой, выпуская в них свою энергию. Потом резко развела руки в стороны, швыряя образовавшийся сгусток в чудище. Светящийся комок стремительно набрал скорость и полетел в заданном направлении. Получилось!

Я слегка промазала. Твари лишь снесло одно крыло. Она жутко взвыла, упала в снег, потом развернулась и поползла в мою сторону, оставляя за собой кровавый след.

Энергия потекла из меня неожиданно, и я едва успела направить ее на воющее существо. Из ладоней струями хлынуло белое пламя, захватило в кокон тварь и расплавило ее под леденящий душу потусторонний вой, попутно растопив снег на всей поляне.

Я замерла, неверяще глядя на горстку пепла, в которую превратилось потустороннее чудовище. Это я его так? Ну конечно, я. Больше-то некому.

Уф-ф-ф. Коленки подкосились, и я осела на землю.

— Элис! Ты как? — ко мне подбежал Лис.

— Надо найти и закрыть разрыв, — прошептала я, поднимаясь. — Откуда она пришла?

Разрыв мы обнаружили быстро. Он зиял черной дырой в паре вершков над землей.

Я попросила парня отойти и закрыла глаза, вспоминая хрупкую женскую фигуру с развевающимися черными, как смоль, волосами. Папа говорил, что я очень на нее похожа, только глаза другие и цвет волос.

Не думать об этом!

Глубокий вдох… Я мысленно взялась за края разрыва и потащила их друг к другу. Это было сложно: казалось, что я пытаюсь слить воедино две противоположных стены в довольно широкой комнате. На лбу выступили капельки пота.

Я приоткрыла глаза и довольно отметила, что дыра медленно, но верно превращается в черную щель.

— Obsecro! Prope, — слова из прошлого, которое я так упорно пыталась забыть, легко всплыли в голове.

Получившаяся трещина полыхнула белым и исчезла, а я упала на четвереньки, тупо пялясь на появляющиеся на снегу красные точки. Кажется, это у меня из носа.

А потом наступила темнота.

Глава 5

Мне под нос сунули что-то дурно пахнущее. Я тихо застонала и села.

— Пей, — Айза вручила мне чашку с травяным отваром.

Я послушно выпила напиток и легла обратно.

В небольшой комнате столпилась вся компания. Я от такого внимания чуть смутилась, но все равно сообщила:

— Мне холодно, а еще есть хочется.

Нет, вы видели? Меня не только не отправили тренироваться (хотя, я подозреваю, что это случилось еще и потому, что за окном была непроглядная темень), а отнесли в кресло у камина, укутали пледом и всучили большой кусок пирога. И кто? Предводитель разбойников собственной персоной. М-да, дела…

Я откусила пирог и задумчиво его зажевала. И что, так всегда будет? Как только я переколдую, все — прощай, сознание, здравствуй, холод? Надо что-то с этим делать. Только вот что?

А, ладно, потом разберусь, сейчас можно просто насладиться зимним вечером, посмотреть на огонь и послушать тишину. Словно в ответ на мои мысли в лесу завыли волки.

Все разбрелись: кто спать, кто на ночную прогулку — проверить, все ли тихо, и только старший разбойник остался сидеть на ковре у кресла.

— Див, — тихо позвала я, — а почему ты взял меня к себе?

Мужчина долго молчал, глядя в огонь. Я уже решила, что не дождусь ответа, когда он заговорил.

— Разбойниками не рождаются, малышка. У меня тоже была семья. Жена погибла при родах, оставив мне замечательную дочку, — лицо Дива словно потеплело от воспоминаний о ребенке. — Дочь унаследовала от матери магический дар…

Между бровями разбойника пролегла морщина, он вздохнул и добавил:

— Когда меня не было дома, к нам в гости заявилась Инквизиция...

Я отставила кружку и молча погладила Дива по плечу.

Я знаю, как это тяжело: лишиться самых близких людей, и даже врагу бы такого пережить не пожелала. Сначала это очень больно, в разы хуже, чем когда тебя стегают плетью. А потом внутри появляется давящее ощущение пустоты, становится безразличен окружающий мир со всеми его красками…

Тогда я пообещала себе выжить несмотря ни на что, чтобы быть твердо уверенной в том, что столько жизней отдано за меня не зря.

— Ты очень на нее похожа, Элис, — тихо произнес Див, опуская голову мне на колени. — Нет, не внешностью, а своим поведением, характером. Такая же маленькая и хрупкая.

Я перебирала тронутые сединой волосы и размышляла о том, что в этой жизни все происходит совсем не так, как нам хотелось бы. Но все же, она прекрасна и удивительна. В ней даже обычные разбойники с большой дороги могут оказаться великодушными людьми…

Снаружи заскрипел снег, сминаемый чьими-то торопливыми шагами. Див поднялся и выжидательно уставился на дверь. Мгновенье спустя в комнату влетел запыхавшийся Билл:

— В лесу стража. И с ними несколько Ловцов. Они взяли след по остаточной магии. Элис нужно уходить. Немедленно.

Див коротко выругался. Я метнулась в нашу с Айзой комнату, запихала в сумку запасную одежду, обулась, натянула полушубок, схватила метлу и вернулась в комнату.

Если здесь Ловцы — дело плохо. Очень плохо. Они легко вычисляют магов, а потом натравливают на них Инквизицию. Ну или «любезно» доставляют в камеру, а там уже...

Вариант тихонечко отсидеться неподалеку, а потом преспокойно вернуться обратно отпадает. Они вычислят меня по ауре.

Разбуженная суетой Айза собрала для меня узелок с едой, Лис сунул мне оружие и мешочек с деньгами.

— На первое время должно хватить, — парень на мгновенье прижал меня к себе и сразу же отпустил.

Я коротко обнялась с остальными членами команды.

— Спасибо, я вас никогда не забуду.

Я резко развернулась, чтобы никто не заметил выступивших на глаза слез, и побежала к лестнице, ведущей на чердак.

— Поторопись, лети в Шангрув, в городе проще затеряться. Тебе противоположную от входа в дом сторону, первая дорога