Сто шагов к вечности. Книга 2 - Наталья Горячева

— У Эмиля Кейна, — отчётливо произнесла.

— У Эмиля? — ещё не веря в то, что я сказала, удивилась она.

— Да, да, Тань, я у Эмиля, и у меня всё хорошо.

— Где вы с ним встретились? Вы помирились? — засыпала она меня вопросами.

— У нас всё хорошо, Тань, мы помирились, и я пока буду у него. Ну, ты сама понимаешь, Тань. Я тебя прошу, поговори с Костей и Володей. Ну, объясни им всё, попроси, чтобы не волновались, пожалуйста.

— Хорошо, Наталья, я поговорю с ними, но как ты...

— Тань, давай потом.

— А, понимаю, он рядом, — почему-то шёпотом сказала она. — Но обещай, что при встрече ты мне всё расскажешь.

— Танька, конечно, расскажу, ты чудо, целую, — и я отключилась.

— Проблема улажена? — спросил Эмиль.

— Да, и теперь мы можем быть вместе, не опасаясь, что вся деревня пойдёт прочёсывать лес в поисках меня.

33

Целую неделю мы провели вместе, боясь хоть на шаг, отойти друг от друга. Эмиль всё время смотрел на меня, стараясь предугадать все мои желания. Он при первой же опасности, даже не слишком серьёзной, будь то коряга, торчащая посреди тропинки, или сломанный сук дерева, лежащий на земле, брал меня на руки и осторожно переносил, как ему казалось — через опасное место.

— Ещё споткнёшься и ногу сломаешь, — говорил он с серьёзным видом, а я говорила, что скоро разучусь самостоятельно передвигаться.

Вечерами обнявшись, сидели у разожжённого камина, так как в доме пахло сыростью от непрекращающихся дождей. Когда я говорила, он внимательно слушал, гладя мои волосы, и одновременно о чём-то думая. В редкие минуты нашего молчания, он нежно меня обнимал и принимался страстно целовать, отчего моя голова переставала соображать. Но помня свои безуспешные попытки соблазнить его, я уже не пыталась склонить его к близости, отвечая на его поцелуи, надеялась, что Эмиль не выдержит и сам предпримет попытку сблизиться со мной. Но Эмиль не торопился делать этого, всё время над чем-то размышляя. Его поцелуи и ласки доводили меня до безумия, после этого, я не могла уснуть ночью, лёжа в его сильных и нежных руках. Какой сон! Когда с тобой рядом лежит мужчина, то есть лель, твоей мечты! Но я не обижалась за эту муку, а была счастлива только от того, что он был рядом. Я слышала его прерывистое дыхание, и тихий стон вырывался из его груди, когда он не в силах был выдержать мои ласки. В такие минуты он переставал целовать меня, и только сильней прижимал к себе, а я продолжала исследовать его тело. Эмиль замирал, закрывая глаза, наслаждаясь моими ласками, но ничего дальше не предпринимал, боясь наверно, что это может вылиться во что-то большее. Когда мои ласки становились для него нестерпимыми, он брал мои руки и, поднеся к губам, принимался целовать.

— Почему Эмиль? — не выдержав однажды, спросила я.

Он улыбнулся.

— Не торопись, детка. Мне надо окончательно поправиться и прийти в прежнюю форму, — и поцеловав меня в макушку, добавил: — У нас с тобой всё будет, потерпи ещё немного, — я понимающе кивнула и уткнулась ему в грудь.

Через неделю, проведённую вместе, Эмиль сильно изменился. Рубашка на его груди еле сходилась, а джинсы стали тесными, он быстро приходил в форму, набирая нужный вес, его тело вновь стало мускулистым. Глаза тоже изменили свой цвет, из бледно-голубых они вновь стали ярко-синими. Чёрные круги под глазами исчезли, мой Эмиль стал прежним. Но два года страданий, не прошли даром, он стал выглядеть лет на пять старше, о чём я однажды ему сказала.

— Это плохо? — спросил он.

— Нет, скорее хорошо, мы дольше сможем быть вместе, ведь ты больше не будешь стареть в отличие от меня.

— Об этом ещё рано говорить, у нас впереди достаточно времени, чтобы обсудить это, — этот разговор приносил ему боль, Эмиль не хотел мириться с мыслью, что меня когда-то не станет.

— Нет, Эмиль, давай поговорим об этом сейчас, — настояла я.

— Я слушаю тебя, — он сел в кресло, закинув ногу на ногу, не понимая ещё, что я хочу ему сказать.

— У меня есть одно условие по этому поводу, — осторожно начала я, помня, как Эмиль категорически был против, чтобы я принимала амброзию. — Мы будем вместе Эмиль столько, сколько позволит мне мой возраст. Это будет не скоро, пройдёт несколько лет, — он слушал меня внимательно, кивая. — Так вот, — продолжила, — когда я буду выглядеть, как ты, а может даже немного старше, ну ты понимаешь меня... - волновалась, не зная, как предложить ему свою идею. — В общем, тогда я хочу принять амброзию, и если она меня убьёт, так тому и быть, но я надеюсь, что нет. Я не хочу выглядеть старухой рядом с любимым лелем, — на одном дыхание закончила я.

Эмиль долго на меня смотрел, размышляя над чем-то.

— Когда наступит это время, и ты мне скажешь то же самое, я не буду тебе препятствовать, пусть будет так, как захочешь ты. Но если передумаешь, я не вправе буду тебя осуждать. Я всё-таки надеюсь, что за это время у нас появятся другие варианты.

— Спасибо, Эмиль, — я с благодарностью на него посмотрела. — Ты понимаешь, я не могу без тебя жить, так что смерть меня не очень пугает.

Он молча обнял меня и стал гладить по волосам.

— Девочка моя, я хочу, чтобы ты никогда не умирала, — затем отстранился и посмотрел в глаза: — Давай больше не будем это обсуждать, до тех пор, пока не придёт время, а пока будем просто счастливы. Завтра мы едем в город за покупками, ты готова? — и, подхватив меня на руки, закружил по комнате.

Вместо разбитого когда-то Порше, Эмиль купил другой автомобиль, и когда он выехал на нём из гаража, я ахнула! Серебристого цвета машина, выглядела шикарно.

— Ого! Что за машина? — обходя вокруг неё, спросила я.

— Это спорткар, детка, BMW I8, я его специально купил, когда поехал сюда. Он быстрый как ветер, так что до города доберёмся быстро. Нравится?

— Впечатляет! — провела я пальцем по блестящей поверхности автомобиля.

— Тогда садись. Только аккуратно, здесь высокий порог, не споткнись, — он поднял дверцу машины вверх и пропустил меня в салон.

Я проскользнула внутрь машины, оглядывая роскошный салон, где пахло ещё новыми кожаными креслами.

— Эмиль, только не гони, я понимаю, почему ты купил спорткар, но...

— Не беспокойся, детка, мы поедем не быстро, — садясь за руль, сказал он, и тут же машина сорвалась с места.

*