Хорошая, плохая, грешная 1 - Елена Кароль

В нашей паре будет только один хозяин! И это я!

На этот раз мне понадобилось чуть меньше часа, но всё равно пришлось выложиться всерьёз, всё-таки дело это непростое — внушать людям нужные мысли не на миг и даже не на час. И даже не мысли… Скорее модель поведения. Преданную до последнего вздоха.

Но я отвлеклась.

Серьезно устав, я позволила себе прислониться к мужчине плечом, пользуясь тем, что он пока ещё без сознания, но прошло ещё минут тридцать, максимум сорок — и он очнулся.

И первым делом благоговейно прошептал:

— Чего желает моя госпожа?

— Поговорить, — усмехнулась иронично. — Рассказывай давай. Чего хотел от знакомства со мной?

— Трахнуть, — быстро, коротко и абсолютно чистосердечно признался Нордвиг. — Люблю хрупких блондинок. Унижать, подчинять, выкручивать руки и жестко драть…

Внимательно слушая чужие влажные фантазии на свой счет, я видела, что блондинчик уже сам завелся от своих слов и тяжело дышит, пожирая меня жадным взглядом, но когда закончил и уставился на меня с немой мольбой, жестко осадила:

— Даже не думай! Я тебе не девка из борделя, а твоя госпожа. Можешь лишь восхищаться, но не сметь трогать. Ясно?

— Да, моя госпожа, — сглотнул Нордвиг и его глаза загорелись лишь ярче. — Как прикажете.

Какой же он всё-таки жалкий…

Испытывая странную брезгливость напополам с удовлетворением, я быстро выяснила у Нордвига всё, что меня интересовало. И была разочарована. Нет, он не знал, кто мой дед. Нет, он не общается с Даниэлем, тот слишком много о себе мнит, предпочитая эльфов своего круга. Знаком, да… Но не общается. Да, слышал о скандале с сомнительным отцовством. Не удивлен, но подробностей не знает. Нет, не верит, что старший Диктрейн был чернокнижником. У него была слишком хорошая репутация. Нет, сам с чернокнижниками не якшается. Отец… Возможно, но прямых разговоров об этом никогда не велось. Но ради меня…

— Нет, не стоит, — произнесла строго. — Проводи меня домой.

Не затягивая с исполнением, Нордвиг быстро вывел меня из парка, поймал экипаж и уже через двадцать минут мы подъезжали к моей гостинице, пока я вполголоса давала мужчине последние указания. Меня саму он больше не интересовал, но мне было совсем не сложно приказать ему прекратить всяческие издевательства над женщинами. Хоть одну глупышку, но спасу. Заодно велела заняться чем-нибудь полезным. Например…

— Какое у тебя образование?

— Я учился на управленца.

Нда… Ни о чём! Впрочем…

— Начни вникать в дела семьи, — велела ему, прикинув, что со временем, если старшие Райдеры окажутся совсем уж мудаками, можно будет проредить их численность. Пристально посмотрела в глаза и вкрадчиво добавила: — Мой слуга должен разбираться в том, чем владеет. Мой слуга должен быть умным, успешным и толковым руководителем… Понимаешь меня?

Я погладила его по щеке, и блондинчик аж дыхание затаил и зажмурился, так и не увидев, как презрительно скривились мои губы. Да-да, я сама сделала его таким, знаю. Но лучше уж пусть подчиняется, чем продолжает прожигать жизнь, мешая нормально жить другим.

— Да, моя госпожа… — в итоге выдохнул мужчина, когда я забрала ладонь. Распахнул глаза, прожег меня преданным взглядом и пылко заявил: — Я сделаю. Всё сделаю! Могу я надеяться на новую встречу с вами?

— Через год, — назвала срок, который был удобен мне и не критичен ему. — За этот год ты должен доказать мне, что не пустое место. Но учти… — я наставила на него палец, — никто не должен знать, что я твоя госпожа. Это только наш с тобой секрет. Понял?

— Да!

Экипаж остановился и Нордвиг выскочил первым, подав мне руку, чтобы я вышла, после чего я отправилась к себе, даже не обернувшись. Куда уж рванул блондинчик, меня не интересовало. Сразу ли домой? Или ещё куда? Неважно.

Я уже переключилась на мысли о том, как продуктивно проведу эту ночь… Но сначала меня на лестнице догнал Марти.

— Госпожа!

— Да?

— Зачем вы общались с Нордвигом Диктрейном, госпожа? Он же… подлец!

Я с ироничным смешком смерила Марти выразительным взглядом, после чего махнула рукой, зовя его за собой в номер, чтобы не общаться на лестнице. И пускай поблизости пока никого не было, это не значило, что этот самый «никто» не мог появиться внезапно. И уже в номере заявила:

— Нордвиг больше не опасен. С этого вечера я его госпожа.

— О-о… — на меня посмотрели, как на божество. — Вы… прекрасны!

Уверена, это был комплимент не столько моей внешности, сколько силе и коварству, так что чинно кивнула и поинтересовалась свежими новостями. Увы, их не было. Арейхос пока притих и новых приказов не отдавал. В городе тоже никаких внезапных волнений. Пошел было слух, что видели банду Вульфа… Но инквизиция времени зря не теряла и все пятеро уже в местной тюрьме. Ждут суда.

— Казнят, — уверенно подытожил Марти. — Дураки. Не умеют чисто работать и следов оставляют столько, что удивлен, как раньше не попались. Тем более те два новых инквизитора, которые ведут дело Диктрейна, больно уж грамотно действуют.

Расслышав в голосе Марти искреннее уважение, криво усмехнулась. Да уж… Как бы самой такими темпами не попасть в фокус их профессионального внимания!

И нет, я не буду думать о плохом! В итоге я выпроводила Марти, велев заниматься своими обычными делами, но держать ухо востро, после чего развернула сверток, который принесла из лавки гоблина и, поймав волну вдохновения, до самого утра вытачивала овальные, чуть приплюснутые бусины из сердолика. Именно этот относительно крепкий, магически приятный и насыщенно оранжевый камень как ничто другое лучше всего подходил под мою задумку. Бусины были не одинаковыми, от сантиметра до полутора, с волнистым рисунком и белыми вкраплениями, но так было даже лучше — не приглядываясь, никто не заподозрит в этой поделке боевой амулет.

На часах было семь утра, когда я закончила наносить на последнюю бусину нужную руну, предварительно искупав её в своей крови, чтобы произвести персональную привязку, после чего собрала их на крепкую вощеную нить, скрутила подвижный узел и примерила на левое запястье.

Идеально!

Прибравшись на столе и отдельно отметив, что по уму мне бы свою мастерскую, но пока не к