Point/Точка - Вероника Благосклонная

— Твой брат- придурок. — вдруг заявила девушка, желая пожаловаться. Она приоткрыла губы, с восторгом прижимая голову Бибера к своей груди, сверху вниз, смотря как он вновь покрывает ее кожу горячими поцелуями. Джастин обхватил губами сосок на правой груди и начал посасывать с явным удовольствием, слегка облизывая ореолу кончиком языка. Одна его рука лежала на ее попе, вторая поглаживала талию. Нэл стало так хорошо, она сама того не замечая с силой сжала пальцами волосы парня и зажмурилась.

Бибер не любил, когда так делают. Он не позволял этого девушкам и хитро хмыкнув прикусил зубами сосок Элеоноры, так что она тут же громко вскрикнула, дернувшись.

— Прям удивила. — высокомерно заметил Джастин, выпрямляясь и ехидно улыбнулся, прижимая Нэл к себе. — Придурок — мягко сказано.

Девушка подняла на него глаза, с обидой надула губки и коснулась ладошкой своей груди.

— Больно. — она нахмурилась.

— Меня это возбуждает. — надменно заявил Бибер, неотрывно целуя ее шею и по-тихоньку двигая девушку в сторону окна.

— Ты никогда не устаёшь от собственного высокомерия, а? — стараясь не терять способность мыслить спросила Нэл, держась за его плечи. — Тебе это не надоедает?

— Вообще-то нет. — Бибер выдохнул ей в губы, на секунду прикасаясь. — Для меня это так же легко и естественно, как дышать. — заявил он самодовольно. — Это один из моих многочисленных талантов.

Элеонора фыркнула и закатила глаза, отвечая на его поцелуй, а затем отстранилась, переводя дыхание.

Джастин не спешил переходить к следующему уровню, делая все неторопливо, наслаждаясь каждым прикосновением и поцелуем и тем самым все больше распаляя в девушке огонь.

Рука Бибера медленно скользнула к ее бедрам, ладонь легла между ножек и он закусил губу в предвкушении. У Нэл был странный вид, в её глазах отразилась буря эмоций. Она взглянула на него, слова были уже готовы сорваться с кончика языка, но потом она, казалось, передумала, и вместо этого сказала:

— Уверена, ты хотел меня все это время. От этого злился и называл идиоткой. — улыбнулась самоуверенно она, поглаживая пальчиками его плечи.

— Ты одеваешься, как проститутка, Вейн. — заявил он деловито. — И почти не носишь нижнее белье. Еще бы я не хотел тебя. — хмыкнул он и не дожидаясь ее последующей болтовни прильнул к ее губам. Ладонь снова легла между ее ножек, проникнув пальцем под ткань, он дотронулся до ее обнажённой кожи и почувствовал дрожь. Джастин осторожно погрузил в девушку палец до конца, потом постепенно вынул его под сопровождение ее стонов. Он продолжал эту медленную пытку, а она двигала бёдрами по кругу, чтобы усилить ощущения. Он хотел добавить второй палец, но мешало её бельё, и он решил, что от трусиков нужно избавиться.

— Джастин. — Элеонора всхлипнула ему в губы. Он поцеловал её за ушком, извлекая стон удовольствия из её горла заставив ее застонать от удовольствия..

— М-м-м? — переспросил он, не желая отрывать губ от её кожи дольше, чем на секунду.

— Джастин, — повторила она с чуть заметным нажимом, голос был слегка взволнованным, потому что в следующую секунду парень подхватил ее за талию и усадил на высокий подоконник.

— А теперь тихо. — скомандовал хрипло он, водя пальцами по ее сжатым коленкам. — Тебе понравится. Как обычно, он изображал хладнокровие, но во время их поцелуя что-то словно коснулось его, задело глубоко внутри — то, чего он никогда раньше не чувствовал. Это вызвало у него настолько чудесные ощущения, что он решил не задаваться вопросом, что это. Вместо этого он нежно раздвинул ножки девушки, которая смотрела на него с нескрываемым удивлением.

— Что ты делаешь? — затаив дыхание прошептала Нэл, смотря как Джастин подцепил пальцами резинку трусиков и потянул их вниз, покрывая поцелуями открывающуюся его взгляду нежную сливочно-белую кожу.

— Не бойся, Вейн. — улыбнулся он. — Я не съем тебя.

Он хотел доставить ей безумное наслаждение, хотел, чтобы перед ее глазами взрывались фейерверки миллионом цветов, чтобы душа взлетала к потолку, чтоб как в бреду, она либо шептала, либо кричала его имя. Нежно раздвинув ее ноги шире, он стянул ее трусики, откинув их в сторону и начал оставлять поцелуи на внутренней стороне бедра, постепенно приближаясь к самому главному — центру ее женственности и центру его вселенной. Его губы, как и руки, жили уже своей жизнью, не подчиняясь его разуму. Целуя ее между ножек, облизывая языком и покусывая нежную кожу он заставлял ее проваливаться в бездну, утопая в избытке возбуждения.

Глаза Нэл распахнулись, а дыхание изменилось. Она хватала ртом воздух, наблюдая за его действиями и перебирая его волосы. В один момент копившееся внутри наслаждение резко вспыхнуло и рассыпалось фейерверком ярких и острых ощущений, заставляя мышцы бешено сжиматься в неописуемо восхитительных спазмах. Элеонора коротко вскрикнула и вцепилась ногтями в предплечье парня. Доведя ее до оргазма, он осторожно прикусил нежную кожу на бедре и, приподнявшись, жадно поцеловал в губы и дал почувствовать её собственный вкус.

Все что он хотел — видеть, как в ее глазах отражается восторг. И он увидел. Она действительно смотрела на него с восторгом.

Нэл прислонилась спиной к стеклу и отдышавшись удовлетворенно вздохнула. Ей было так хорошо, что с непривычки ослабло все тело.

— Где ты был раньше? — прому рлыкала она, обнимая парня за шею. Ее глаза искрились блаженством. — Знаешь, я несколько раз проверяла в своей записной книжке планы на сегодня, но ничего подобного там записано не было. — она даже сама удивилась, что еще способна связно мыслить.

— Да? — серьезно переспросил Джастин, пристраиваясь между ее раздвинутых ног. — А у меня это был первый пункт на повестке дня. «Номер один: Элеонора Вейн— на подоконнике в комнате Маэля». — Нэл игриво рассмеялась.

— Я серьёзно. Хочешь сама убедиться? — изогнул бровь Джастин, но она только обняла его и глубоко поцеловала, стирая улыбку с его лица.

— А что ещё было в твоих планах на сегодня? — спросила она, отстранившись и хитро закусила губу.

Джастин еще не пришел в себя, но мысли о том, что он хотел бы сделать с Вейн были весьма возбуждающими. Он мог уже кончить только от ее вкуса и стонов, но крепко держался.

— Будет лучше, если я всё это сделаю вместо того, чтобы просто рассказать тебе о моих планах. — сказал он деловитым голосом, смотря в ее блестящие глаза и положил обе ладони на ее коленки. — Терпеть не могу оставлять что-то недоделанным.

Элеонора приняла его игру:

— Я вас прекрасно понимаю, мистер Бибер. Я тоже жесткий сторонник неукоснительного выполнения планов и, если вы