Ищу няню для папы, или Как согреть Стража Севера - Леся Рысёнок

— Да кто же их ограничивает? Просто у оборотней-медведей так природой заложено — пару свою оберегать и заботиться о ней. Девочка-то ведь не к родителям побежала, а к бабке с дедом. Стало быть, сирота. Так почему ты думаешь, что у медведя ей было бы хуже?

— Вообще-то сказка — это не более чем метафора. Просто образ, намек на какую-то проблему, — я не придумала, что возразить старику, который откуда-то углядел в истории оборотней.

— А! Ну так это другое дело, — старик подвинул мне миску и сам присел за стол. — Тогда выкладывай, какая у тебя проблема. Кто тебя в неволе держит, Машенька?

— Агата меня зовут, — призналась я. — А в неволе меня какой-то злой рок держит. Я не в своем мире и не в своем теле оказалась. И теперь не знаю, что делать, как вернуться, да и есть ли еще, куда возвращаться. Машенька хотя бы цель имела, а у меня и того нет.

— Что же тебе без цели плохо живется? Так поставь себе ее — вернуться в свой мир. А там уже и пути найдутся.

— Думаете, это возможно?

— А чего нет-то? К богам обратись с просьбой, они тебе помогут. Плату, правда, назначат, но если есть цель, то надо к ней идти, так ведь?

— Так-то так, — согласилась я. — Но не так. Не на всякую плату я согласится готова.

— Тю, и что тебя смущает? Дома-то завсегда лучше, так ведь? Хочешь, как Машенька, от судьбы сбежать, ну так за то заплатить придется.

— Вы хотите сказать, что очутиться здесь, на месте Айны, это моя судьба? И если я не хочу ее принимать, то есть выход, но он требует платы?

Старик неопределенно пожал плечами, но так, что я восприняла это как согласие.

— Какой? — в волнении я закусила губу.

— Умереть здесь, — сказал старик. — Пожертвовать собой или тем, что тебе дорого. Север любит жертвы, принесешь ее ему, и он поможет.

— А как?

— А это если я тебе скажу, то дороги назад уже не будет, — прищурился старик. — Придется до конца идти. Ты к этому готова?

Я молчала, старик не торопил меня. И дело было совершенно не в том, готова ли принести жертву Северу, разумеется нет, я же не варвар какой. Просто так ли уж я хочу назад? Пусть даже я там выжила и лежу сейчас в коме. Ну вернусь я, выкарабкаюсь, и что меня ждет? Вернуться к родителям? Я люблю их, но давно живу самостоятельно и привыкла к этому. Мне думалось, что у меня налаженная, выстроенная жизнь, в которой я счастлива и довольна, тогда откуда взялись сомнения? Но это не мой мир, это мир Айны, и наверняка девушке тоже хочется вернуться в него. Имею ли я право занимать ее место?

— Боишься смерти? — спросил старик. — Но ты пойми, она все равно неизбежна. Как и новый круг жизни.

— Боюсь, — призналась я. — Наверное, все боятся. Но я готова уступить свое место хозяйке тела, только хочется быть уверенной, что у нее все получится — защитить брата и помочь девочке.

— Какой девочке? Неужто Машеньке? — деланно удивился старик.

— Не совсем. Есть одна девочка, которой надо женить своего папу. Причем так, чтобы новая мачеха не пыталась ее убить и отобрать княжество. А лучше, чтобы она хотя бы немного любила девочку.

— И что, есть такая на примете?

— Да, это Мирослава, кандидатка в невесты князя Вормуса, — твердо сказала я.

— Ну коли считаешь, что чужое место заняла и вернуть все назад желаешь, тогда тебе к Стуже надо. Север горячие сердца любит, а твое холодное, так что надо в ее царство идти. Там и пожелаешь, чего захочешь.

Вот вообще ни капли никуда идти не хочется. И как бы намекнуть, что мне и тут в общем-то неплохо? Но прав старик, надо Айне ее место освободить.

— Обязательно идти куда-то? В смысле, это же не прямо сейчас можно сделать? Понимаете, я обещала с отбором князьям помочь и не могу свои обязательства на других перекладывать, это неэтично получится.

— Неэтично? То есть так разговор ведешь… Ты понимаешь, Агата, если кому-то судьбой предназначено жертвой быть, от этого не уйти. Так что можешь и позже на алтарь явиться, а можешь и вовсе не приходить, только боги все равно свое возьмут, хочешь ты того или нет. А сейчас ложись да поспи, а я за помощью пошлю, потеряли тебя небось.

И я поняла, что глаза мои сами уже закрываются. И правда поспать немного, обидно только, чего это старик решил, что у меня сердце холодное? Средняя температура тела, между прочим, 36,6, так что оно у меня теплое.

— Да потому что не любишь ты никого кроме себя. От людей закрылась и чувства прячешь. Ну да хватит о пустом, спи, — услышала я, как сквозь пелену воды. И уснула.

Глава 35. Еще легенда

Проснулась оттого, что мне показалось, что меня зовут. Точнее, не меня, Айну. Оттого некоторое время никак не могла понять, где я, что случилось и сообразить, что это меня ищут. Открыла глаза, огляделась кругом и совсем перестала понимать происходящее — никакой избы не было, я лежала, свернувшись на сухой траве, а вокруг был земляной купол, в котором переплетались корни деревьев.

То есть я на самом деле в берлоге? Закатилась, упав с обрыва? Попробовала двинуть рукой, и тело тут же отдалось болью. Похоже, что я что-то себе опять сломала. До чего же у Айны кости хрупкие. Да и вся она слишком хрупкая, болезненная и беззащитная. И как ей доверить заботу о Василе?

Или мне все привиделось, что я могу богов попросить все обратно вернуть? И что-то там еще про жертву… Кажется, что мне снилось, что старик намекал, что меня в жертву принесут. И к Стуже посылал. Боже, как только такой бред привидиться мог? Хотя, кто сказал, что все, что вокруг меня происходит — это не сон?

Вздохнула и полезла наружу. Некогда рефлексировать, надо выбираться, и для начала дать о себе знать.

— Айна! — Лин бросилась ко мне, как только меня нашли. — Зачем ты ушла? Я испугалась.

— Прости, малышка, я не хотела тебя напугать. Я думала доехать города и найти там гномов. Не думала, что заблужусь. Надо было предупредить об уходе, это было неосмотрительно с моей стороны, — оправдывалась я, сама понимаю, насколько нелогичным было мое поведение.

— Это было очень глупо, госпожа Наурас. Здесь вам