Последняя Ева - Сарра Джейн

— И что нам делать? — со слезами на глазах простонала мисс Оушен.

Я окинула толпу перепуганных девушек. Их страх был таким густым и осязаемым, что, казалось, можно было разрезать ножом.

— Я расчищу завал, — сухо, без единой эмоции заявил Хранитель.

— Это смерть! — Пейн в ярости шагнул к нему, и его лицо исказила гримаса отчаяния. — Даже твой костюм не выдержит! Один лопнувший шов — одного крошечного разрыва будет достаточно, и от тебя ничего не останется!

— Тогда я буду аккуратнее, — лишь пожал плечами Хранитель.

На его уставшем лице читалась странная отрешенность, но в глубине глаз я разглядела нечто иное. Не страх... а ту самую решимость, что ведет человека на верную гибель.

— Нам нужна ждать помощи, — продолжал стоять на своем капитан. — Уменьшим потребление энергии. И будем посылать новый сигнал.

— Пейн прав, — вступила Кейла, но в ее голосе уже не было прежней уверенности, только страх. — Нужно ждать помощи.

— Генератор не протянет и суток, — холодно парировал Хранитель. — Если, конечно, мы не отключим щиты. А без них радиация за несколько часов убьет всех. Каждого.

По спине пробежали ледяные мурашки. Я невольно прижалась к холодной стене, впервые так остро ощущая хрупкость этого металлического кокона, что отделял нас от безжалостной смерти.

— Костюм заряжен на тридцать пять процентов. Этого хватит, — продолжил Хранитель.

— С учетом защиты от вакуума у тебя от силы двадцать минут! — голос Пейна дрогнул, выдав его отчаяние. — Ты успеешь?

— Успею.

Не дав никому опомниться и произнести слово возражения или просьбы, Хранитель развернулся и ушел в головной вагон, громко, будто навсегда, захлопнув за собой дверь. Пейн тихо, с надрывом выругался

— Всем по купе! — скомандовал он, но никто не двинулся с места, парализованный ужасом.

— ЯСНО?! — прогремел он, и в его крике слышалась та же паника, что сковывала нас.

Толпа нехотя, медленно начала расходиться. Мисс Оушен мягко, но настойчиво подтолкнула меня:

— Иди.

Я не сопротивлялась, и направилась к своему копу. Но в последний момент обернулась и снова кинула взгляд на дверь головного вагона. В этот момент в проеме появился Элиас. Вид у него желал лучшего.

На миг наши взгляды пересеклись. И я ощутила, как на меня начала давить тяжелая плита сожаления и злости. А в голове промелькнули злые мысли о том, что во всем виноват этот солдат. Лицо Элиаса на миг изменилось. И в его глазах я увидела боль и сожаления, как будто они хотели мне сказать, насколько этому мужчине жалко о произошедшем. Я не сомневалась, что Элиас знал о моих отношениях с Авророй…

Я закусила губу и быстрым шагом отправилась прочь, все еще ощущая на себе взгляд командира.

Будь ты проклят, Элиас Старс!

В купе меня встретили бледные, перепуганные подруги. Валла 73 смотрела на меня огромными глазами, полными слез.

— Правда, что он... выйдет туда? — ее голос дрожал.

— Да, — прошептала я, и это слово отозвалось во мне пустотой.

Новая, сокрушительная волна страха и вины накатила, сбивая с ног. Я рухнула на койку, уткнувшись лицом в подушку, пытаясь заглушить рыдание. Откуда во мне столько страха и переживаний за человека, которого не знаю? За эти короткие дни Хранитель спас нас уже несколько раз, и сейчас ему придется лезть в вакуум, где лишнее неправильное движение – и жизнь его оборвется…

От усталости и недосыпа дремота накрыла меня с головой. Кто-то из девочек заботливо укрыл меня одеялом.

Спустя вечность поезд снова дрогнул. От толчка я мгновенно проснулась и села на кровати. Девочки встревоженно повернулись ко мне, как будто я знала ответ. Мы затаили дыхание, прислушиваясь. По коридору раздавались тяжелые, мерные шаги.

Я механически вскочила, рывком открыла дверь купе — и застыла на пороге.

Прямо передо мной проходил Хранитель.

Его черная ряса натянулась на мощный экзоскелет. Лицо скрывала трансформированная маска, но глаза — те самые, темно-карие и бездонные — метнулись в мою сторону.

Я замерла, словно перепуганный зверек. Хранитель остановился на секунду — всего на одну пропущенную ударами сердца секунду. Но мне хватило этого мига, чтобы ощутить, как в груди взрывается дикое, неконтролируемое волнение. Сердце разрывалось от страха за него, от ужаса перед тем, что он сейчас сделает.

Тело перестало слушаться. Руки сами потянулись к нему. Я схватила его ладонь, запечатанную в холодный металл экзоскелета, и крепко сжала, чувствуя под сталью живое, теплое биение.

Хотелось что-то сказать, но губы не слушались. В его глазах мелькнуло удивление, и это встряхнуло меня. Я разжала пальцы, опустила взгляд, поклонилась в немом поклоне, пряча красное лицо от его зоркого взгляда.

Через маску доносилось его ровное дыхание, нарушаемое лишь шипением фильтров. Тихий гул сервоприводов почему-то успокаивал бурю в моей душе. Собрав всю волю, я выпрямилась и снова встретилась с ним взглядом.

И тогда он ушел.

Я выскочила в коридор, застыв в центре и не в силах оторвать взгляд от его удаляющейся спины. И лишь тогда осознала тяжесть десятка любопытных глаз Ев и Валл, следивших за мной из каждой щели.

Меня вырвало из оцепенения, когда Валла 73, запыхавшаяся и сияющая, влетела из купе, размахивая своим потрепанным планшетом.

— Я подключилась к системам поезда! — выпалила она, и ее глаза горели. — Камеры работают. Мы можем всё видеть!

Смысл её слов дошел до меня не сразу. Но прежде, чем я успела опомниться, вокруг нас сгустилась толпа девушек — испуганных, но одержимых жаждой увидеть всё своими глазами. Меня оттолкнули, и я едва удержалась на ногах, лишь цепкая рука Валлы 73 спасла меня от падения.

И вот мы все, затаив дыхание, уставились в экран её планшета. Казалось, никто даже не шевелился.

Первая камера показала Хранителя в декомпрессионной камере. В тесном помещении, залитом алым светом аварийных ламп, он в своём костюме и маске выглядел могучим зверем в клетке. Раздался нарастающий гул — из шлюза выкачивали воздух. Синие огни вспыхнули вдоль его экзоскелета, и тот ответил мощным, глубоким гулом.

— Активирован вакуумный кокон, — прозвучал из планшета механический голос системы.

— Ты… даже звук подключила? — прошептала я, не веря своим ушам.

Валла 73 хитро улыбнулась и подмигнула. У меня от удивления сам собой открылся рот. Я всегда знала,