Снова двадцать - Кая Кавен

на помощь, но сил практически не оставалось. Сквозь ткань местами обугленной и порванной рубашки было видно, как линии на его теле вспыхнули ярче. Ради Терры он готов был рискнуть всем, даже жизнью. Ужас внушала мысль, что он погибнет и оставит ее наедине с чудовищем. Беснующийся узор причинял боль. Кристоф стиснул зубы и мысленно воззвал к себе. Линии на его теле бешено пульсировали. Сделать решающий шаг оказалось непросто, барьер пытался дать отпор. От нахлынувшей боли с губ сорвался протяжный стон. Кристоф понял, что начинает терять контроль, узор уже оставлял ожоги на коже. Он неотрывно смотрел на бледную обессиленную Терру. Их взгляды пересеклись. Боль становилась нестерпимой, Кристоф рухнул на колени и закричал, сжимая кулаки. Звук, пробирающий до мурашек, эхом прокатился по округе. Кристоф упал на спину и выгнулся. Взгляд казался затуманенным, будто он больше не здесь. «Прости», – почти беззвучно сорвалось с ослабевших губ. Глаза закрылись. Мужчина внезапно обмяк и затих. Теплая волна освободившейся энергии разошлась кольцом от его тела. Неистово вздымающаяся грудь замерла. Через приоткрытые губы больше не вырывалось разгоряченное дыхание, превращающееся в пар. Энергетические нити навсегда потухли, оставляя на торсе мужчины воспаленные отметины. Внезапно начавшийся снегопад оседал белыми хлопьями на темных волосах Кристофа, укрывая безжизненное тело покрывалом.

– Погиб? Так просто? – разочарованно спросил Мортем.

– Нет! Кристоф! – закричала Терра в истерике. – Только не это! Пожалуйста! Нет!

На несколько секунд мертвая тишина прерывалась лишь звуком падающего снега и всхлипываниями Терры.

– Я рассчитывал на более интересный исход, но цель достигнута, – задумчиво потер подбородок Мортем, а затем кинул взгляд на девушку. – Ты мне надоела. Пора заканчивать.

Мортем подошел к Терре и схватил за шею. Девушка больше не сопротивлялась, а лишь рассеянно смотрела вдаль, туда, где лежал Кристоф. Глаза заволокло туманной пеленой слез, которые затем катились по ледяным щекам. Мортем вновь прикоснулся острыми пальцами к груди, и Терра ощутила внутреннюю пустоту и слабость. Она поражалась тому, сколько на самом деле в ней было энергии. Все это время она лишь черпала самую верхушку, боясь опуститься глубже. Возможно, подсознание, напуганное в раннем детстве, предостерегало ее и нарочно сделало обычной. Сейчас все это было уже не важно. Она могла бы смириться с расставанием, но не в силах принять гибель. Терра закрыла глаза. Имя Кристофа беззвучно застыло на ее губах.

***

Кончики пальцев едва заметно дрогнули. Кристоф медленно сел и сделал глубокий вдох, какой делает человек, освобожденный от тесных оков. Движения казались очень плавными и осторожными, он заново привыкал к реальности. Глаза полностью заполонила тьма, изливаясь неровными краями вниз по щекам. Во рту чувствовался привкус собственной крови. Кристоф попытался сфокусировать взгляд. Он смотрел на спину Мортема, который был так поглощен своим занятием, что не замечал движения.

– Я уничтожу тебя, – с трудом выплюнул Кристоф низким густым голосом.

Мортем прекратил вытягивать жизненную силу Терры и медленно повернул голову к источнику звука. В глазах на мгновение мелькнул неподдельный страх.

– Что это? – растерянно произнес опустошитель, уронив неосязаемую маску победителя. Взгляд рассеянно скользил по лицу Кристофа, украшенному непроглядной тьмой.

– Я говорил тебе не трогать Терру. Она моя.

Кристоф, точно хищник перед прыжком, припал к земле, прижал ладони к обледенелой почве и собрал все свои силы, призывая нечто. На лоб мужчины упали спутанные волосы. Вокруг стало темнее. Земля завибрировала, прокатилась дрожь, и отовсюду к Мортему потянулись острые щупальца растений, сотканных из тьмы. Они змеились и трепетали, желая схватить жертву. Опустошитель выругался и взмахнул руками, наспех соорудив яркое пламя, но даже огонь не мог рассеять сгущающуюся тьму. Красные языки тонули в непроглядной черноте призванных сущностей. Лианы плотно обвивали Мортема, пытаясь задушить.

– Что это за дрянь?! – воскликнул тот, сражаясь с напастью. – Ты продал душу тьме, чтобы заполучить силу?!

Кристоф не отвечал, а лишь недобро прищурился. Слова были излишни. Мортем запаниковал и попытался сокрушить источник тьмы. Руки его хаотично двигались в пространстве, создавая множество коротких ледяных кинжалов, которые летели в разные стороны.Ни один из них не сумел коснуться кожи Кристофа: льдины таяли в воздухе в нескольких сантиметрах от цели. Поднявшийся вихрь кружил опасное оружие, трепал волосы и рваную одежду, обжигал кожу. Снег застилал глаза. Вокруг того места, где сидел Кристоф, таял лед и расползался мрак. Мир, который соприкасался с его телом, терял свои краски и утопал в непроглядной тьме. Кристоф был неумолим в своей холодной ярости.

Нога Мортема провалилась в наползшую снизу черноту, будто в привычном им мире внезапно разверзлась маленькая черная дыра. Опустошитель стиснул зубы и раз за разом посылал энергию, призванную уничтожить Кристофа, но все было тщетно. Тьма опутывала тело Мортема, заплетала причудливые узлы, наползала. Тот издал крик отчаяния, прежде чем густой мрак накрыл его губы. Ноги уходили глубоко под землю, в темную зияющую неизвестность. Кристоф искривил рот и дернул белыми от холода пальцами, позволяя недругу полностью раствориться в тени.

Все было кончено. Кристоф помедлил, силясь обуздать тьму внутри себя. Одно из самых важных качеств, которое он уважал – умение вовремя остановиться. Мужчина стиснул зубы и по привычке коснулся груди, но там больше не было того, что могло бы его сдержать. Пальцы крепко сжались, короткие ногти впились в ладони.

– Я здесь главный, – с нажимом сказал Кристоф сам себе. Край черноты на его лице встрепенулся. – Я не сосуд для тени, а ее хозяин. Будет так, как я решу.

Пар густыми клубами вырывался изо рта и расходился вокруг головы. Из-за снега видимость была совсем низкая. Возле одинокого дуба стояла Терра, тяжело привалившись к шершавой коре. Одна рука ее опиралась на дуб, а вторая крепко держалась за живот. Ее светлые волосы, припорошенные пушистой мерзлотой, хаотично дергались в такт ветру.

Мужчина сделал глубокий вдох, затем протяжный выдох. Чернильная клякса подчинилась его воле и неторопливо уползала с щек, но вокруг глаз еще сохранялись мрачные тени. Кристоф с трудом поднялся на ноги и медленно двинулся к девушке. В окнах университета горели огни. До ушей доносился посторонний звук, и не удивительно: такое представление не могло остаться незамеченным. Первое, что увидел Кристоф – серые глаза, глубокие, как океан и печальные, как грозовое небо. Во взгляде Терры читалось все: отчаяние, боль, страх, облегчение и любовь. Пряный и бодрящий, точно калор, коктейль из эмоций.

Мужчина приблизился на расстояние вытянутой руки. Терра