Любовь по правилам лжи - Зои Ленуар

- Но.. - врач на мгновение замолчал. - Она гонщица?

- Да, - твёрдо и без колебаний ответил Кайл.

Ричард вздрогнул, его челюсть свело от невысказанной ярости.

- Её рука, - врач снова сделал паузу, подбирая слова. - Есть риск, что она не восстановит прежнюю моторику на 100%. Если девушка и правда гонщица, ей придётся забыть об этом. Навсегда.

Я не стала слушать дальше. «Забыть навсегда», повторяла про себя. Прислонившись лбом к стене, делаю выдох.

Амелия жива. Она справилась...но.

Вот её жертва. Та самая, о которой она наверное не думала. Она не просто сломала кости, она потеряла свободу. И сложно представить, что будет с ней, как только она придёт в себя. Это будет новый удар для неё.

И я не смогу ей помочь. Не только я, но и Кайл.

Мне уже хотелось уйти, как я услышала визг Тии.

- Это ты... , - Ричард схватил Кайла за ворот майки. - Ты её научил... Из-за тебя, Амелия умоляла меня купить этот чёртов байк.

Кайл стоял неподвижно. Он не хватал Ричарда за руку, молча выслушивал все обвинения. Я хотела подбежать, но кулак отчима со всей силы обрушился на лицо Кайла.

Это не было дракой. Ричард не пытался продолжать его избивать. Он просто стоял, тяжело дыша, смотря на свою окровавленную костяшку. Кайл не отшатнулся.

- Убирайся из нашей жизни.

Надеюсь не только я переживала за Амелию? Как вы думаете, сильная ли цена за её геройство?

Глава 29

«Ты можешь притворяться, что ненавидишь меня. Я не стану притворяться, что ты мне безразлична».

Последние дни тянулись невыносимо медленно. В тот день, я покинула больницу одна, не дожидаясь разборок между Кайлом и Ричардом. Мы все были на взводе, не зная как и куда выплеснуть свой негатив. Ричард отказывался возвращаться домой, даже на уговоры врача он не хотел реагировать. Мама не могла вынести давление больницы, удушающие стены, мою правду. Она в очередной раз разочаровалась во мне. Теперь, она не поверит в любую правду, которую я захочу ей рассказать. Для неё, главным врагом стал - Кайл.

К Амелии меня не впускали, лишь через три дня, Ричард смог навестить её. Но она была без сознания. Узнав, что его дочь гонщица и не первый год, он пришёл в ярость. И тот удар, который он совершил в сторону Кайла, показал, что ждёт Амелию, за её ложь. Он сильно любит её, и сейчас постарается оградить от любой опасности. И эту опасность он увидел в лице Кайла. И только я понимала, насколько ей будет тяжело. И эту правду она узнает, почувствует.

Кайл больше не объявлялся, я решила, что сейчас мы поставили конец нашей игре. И наше внимание сконцентрировано только на сестре. Тия пыталась первое время связаться со мной, не только она. Все переживали и не могли найти себе место. Только я знала не больше, чем она.

Тишина и одиночество просачивались в меня медленно, давя воспоминания по самым больным точкам. Наша первая встреча с Амелией, как она впервые прокатила меня на своём байке. Её гонка, где она не испугалась очередной опасности.

Свобода = контроль. На дороге я решаю, куда мне свернуть, с какой скоростью ехать. Мне не страшно думать о том, что со мной может произойти.

Так что если я врежусь - черт возьми, это будет самое зрелищное дерьмо, которое ты когда-либо могла видеть.

Зрелище? Сейчас я вижу только больничные стены и дверь твоей палаты. Не слышу твои истории из жизни, звонкий смех. Амелия стала частью моей жизни, заполняя все недостатки своим весельем.

И чем ей сейчас помочь - не знаю. Как предостеречь её от правды, не дать ей сломаться, закрыться в себе? Потерять свободу для неё -страшнее смерти.

В который раз я прихожу в больницу и сижу напротив палаты, в надежде на то, что мне позволят её навестить. Я прекрасно знала, что кроме Ричарда к ней больше никто не приходит.

- Диана, верно? - голос лечащего врача заставил меня вздрогнуть и оторваться от окна, за которым медленно садилось солнце.

- Да, - автоматически поправляю волосы. Я не помнила, когда последний раз нормально спала. Глаза, песочные, воспалённые, болезненно щурились от яркого света ламп в коридоре. Холод больницы проникал под кожу, заставляя съёживаться. - Я хочу навестить сестру, пожалуйста.

Мужчина сел рядом, кажется он не покидал стены больницы столько же, сколько здесь находиться Амелия. Он видел меня постоянно, но лишь тяжело вздыхал и проходил мимо.

- Я и так пошёл на уговоры мистера Рамиреса, чтобы впустить его. Амелия ещё не пришла в себя.

- Знаю, но я хочу быть рядом. Она моя сестра, поймите.

- Сестра, - он устало откинулся на спинку стула и провёл рукой по лицу. - Вы очень её любите, я часто вижу вас здесь.

- Просто переживаю, она даже не понимает, с чем столкнётся, когда откроет глаза, - сжимаю губы до боли.

- Моторику руки можно восстановить, - мужчина будто бы понимал, о чём я хотела сообщить. - Не сразу, нужно долгое лечение. А главное желание и сильная воля.

- Она сильная, очень. - выдохнула я, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони. - Вы и представить не можете. Для неё это важно, не потерять себя, прежнюю себя.

- Вы ведь знаете, что это была не просто авария? - посмотрев на меня, мужчина не стал дожидаться моего ответа. - Парень, что был с ней, шансы на его выживание маленькие.

- Она не виновата, - мой голос стал твёрдым и решительным. - Это не её вина.

- С этим уже разбираются, накиньте на себя халат.

Я позволила себе с благодарностью улыбнуться. Взяв халат, который мне предоставила милая женщина, подхожу двери.

Сейчас я её увижу.

Руки дрожали, как только я коснулась дверной ручки. С ней сейчас Ричард, только бы он не был против моего присутствия. Тихо, почти бесшумно открываю дверь. В нос ударил запах антисептика, пустоту в ушах разорвали монотонные звуки аппаратов, которые были подключены. Ричард стоял у окна, глядя на первые огни города. Его плечи опущены, руки сжимают подоконник. Поборов первые слёзы, заставляю себя посмотреть в сторону кровати, где лежала Амелия. Закрыв за собой дверь, подхожу ближе.

Амелия лежала неподвижно, о том, что