Кровавый восход - Анастасия Морготта

А вот мое веселье поглотили размышления. Кайрос спокойно принес меня к себе. Почему? И что такого можно встретить в комнате.

— А я и не против дослужить до того, что сам правитель даст вольную на близкое общение.

— А что будет в моем случае? Я же просто называю его Кайрос.

Даян пожал плечами. Лель облокотилась на него, положа голову на грудь.

— Мы не знаем — начала она расслаблено и успокаивающе говорить — Его так называли только близкие люди. Остальные боялись.

Боялись. Так вот что не так с ним. Он внушает страх своим людям.

— Но его же нет рядом. А вы ни разу не назвали его имя.

— Могут доложить. Это считается жестом неуважения. Мы — служащие. Обязаны исполнять правила в Северном крыле. Одно из них — уважение к вышестоящим. Раз тебе ничего не сделали за все время, значит либо он не стал предпринимать действия, либо еще не знает, что маловероятно.

Его перебежки с «ты» на «вы». Странное отношение. Я помню, как он просто явился в мою комнату, предварительно растопив камин и принеся с собой чай. Потом перепалки. Магия. Как все разобрать?

— А что было с прошлой пассией, которая здесь побывала?

— Я не помню, но вроде говорила тебе, что Его величество жениться хотел тогда. Так вот это ее за несколько недель до торжества похитили и убили.

В комнате на момент воцарилось молчание. Будто слова и вещи, связанные со смертью, здесь были под запретом. Часы на стене пробили три часа. Это хоть как-то растормошило нас. Я встала на ноги, собираясь еще раз пройтись, но потеряла равновесие из-за каблуков. Пришлось выставить руки, чтобы падение оказалось не таким больным. Но локти и щеку обожгло. Даян поздно среагировал. Им оставалось только поднять меня.

Эллея охнула, увидев меня.

— Всевышний, как же так. Даян, бегом за лекарем.

Но никто не успел и шаг сделать. Кайрос оказался рядом и под руку помог мне подняться, усадив на диван.

Его холодные руки скользнули к локтям и мягко погладили их. Боль ушла. То же было и с лицом.

— Я велел подготовить ее к балу, а не калечить. Вам доверить можно было это? — Кайрос говорил спокойно и размеренно, но за его речью чувствовалась буря. — Значит так, Даян Хаскольт и Эллея Гранш, с сегодняшнего дня, чтобы вместе я вас не видел. А чтобы подобных случаев не произошло, будете работать в разных частях дворца. Вы знаете, мои условия. И скажите спасибо, что сегодня я благосклонен к вам. Даян свободен. Эллея, твоя работа здесь.

Он встал и ушел. Просто и без лишних слов, забрав Даяна с собой.

— Доигрались… — протянула Лель с особой грустью.

Глава 23. Идеальная любовь

После ухода Кайроса из комнаты, Лель опустила голову к полу, закрывая лицо руками. Слез не было. Лишь красное лицо и самоосуждение. Вскоре все прекратилось. Девушка вновь вернулась к делу. Только если она смогла собраться с мыслями, то мне это давалось с трудом.

— Все хорошо?

Эллея улыбнулась мне без теплоты в глазах. Расстроилась больше некуда, это видно. Но как будто было еще что-то, мешающее ей принять исход. Будто она боялась. Однако, не спешила делиться этим. Явно наши внутренние проблемы перекрывали кислород.

— В целом — да. Могло быть и хуже, Его величество просто очень благосклонно отнесся ко мне и Даяну, не отправив нас в разные концы империи.

— А он мог так сделать?

— Нет, но… — Девушка ничего не добавила. Молчание я приняла за ответ, но хотелось много чего узнать.

— Если ты определилась с платьем, то давай, я его уберу и послезавтра в нем ты будешь блистать.

Я кивнула и Лель забрала наряд и обувь, покинув комнату со словами, что возможно зайдет позже.

Мир снова погрузился в тоску и паутину мыслей, а плен больше не походил на то, что я могла себе представить. И от этого даже не понимала, за кого себя принимать здесь. Слишком высокая честь, чтобы быть пленной и недостаточная для принцессы. Роль фаворитки, с моим семейным положением тоже не светила.

Да и все было очень запутано. Кайрос сегодня даже не поприветствовал меня, когда был в комнате. Интересно и как же он так быстро оказался здесь? Стоял у двери и подслушивал?

Как по зову сердца, мужчина постучался в двери и вошел в покои. Немного взъерошенный вид, придававший небрежность облику, сбивал с толку.

— Добрый день, ваше величество — процедила сквозь зубы приветствие. Тот лишь мягко мне улыбнулся и подошел ближе, чтобы поцеловать мою руку.

— Добрый, леди Дарм. Прошу простить меня за невежественное поведение и грубый тон, пускай не в вашу сторону, но это была вынужденная служебная ситуация.

Улыбка вернулась ко мне, в придачу с удивлением. И как вообще теперь с ним общаться? На «вы» или по имени. С поклона день начинать или простого приветствия. Может то, что было в тот вечер, просто случайность?

Кайрос разрушил все сомнения, положив свою руку на мою и заглянув в глаза. И его взгляд словно пытался найти во мне то, чего никогда не было.

— Ваше величество? — я поймала его глаза, стараясь управлять его взглядом, что мне удалось сделать. Кайрос отвлекся и проморгался.

— Извини. — Но смотреть не перестал. Будто уже имел дозволение на это.

— Ваша идея была, отпустить меня на бал? — пришлось отвести взгляд в сторону, чтобы не смущаться от его близости.

Кайрос опустил глаза на сцепление рук.

— Ввиду ситуации, я не могу иметь права голоса в одиночку, если хочу принять решение относительно тебя. Пришлось собирать совет, для вынесения вердикта.

— Не боитесь, что весь праздник полетит к чертям, когда там появлюсь я?

— А должен? — мужчина улыбнулся, крепче сжимая мои руки — Но ты мне должна обещать, что никаких попыток побега не будет. И демонических игр тоже.

— Себя пожалели?

— Своих людей. После твоих грандиозных марш бросков, мои солдаты обычно оказывались в госпитале.

— Один раз такое было. И то, я сама не поняла, как так вышло.

— Два.

— Что два? — с непониманием решила уточнить.

— Два раза ты бежала и два раза мои люди были в госпитале по твоей вине.

Вздернула бровями от мимолетной неожиданной информации. Даже усмехнулась. Не знаю, что, но что-то определенно веселое было в его словах.

— Подождите, а каким образом солдаты пострадали? Я не помню такого.

— Если не помнишь, не значит, что такого не было. — он выдержал паузу, будто надеясь, что я все