Сто шагов к вечности. Книга 2 - Наталья Горячева

Фрейя сделала мне высокую причёску, и вплела в волосы тонкие жемчужные нити, выпустив на висках по прядке волос, локоны которых спиралями спускались мне на плечи. Мама сидела в сторонке, наблюдая, как Аврора с Фрейей колдуют надо мной, и тихонько всхлипывала.

— Наташенька, ты просто у меня красавица! — воскликнула она, когда я надела свадебный наряд. Про колье, что подарил мне когда-то Эмиль, я тоже не забыла. «Вот и пригодилось» — подумала я, застёгивая замочек на шее, оно, как нельзя лучше подходило к платью.

— Что есть, то есть! — довольно оценивая мой вид и соглашаясь с мамой, сказала Фрейя.

— Лимузин приехал, пора спускаться, — выглянув в окно, крикнула нам Аврора.

— Какой ещё лимузин? — не поняла я.

— Лимузин, который прислал за тобой Эмиль. Обратно вы с Эмилем поедете на нём, — пояснила она.

— Да? — растерянно сказала я, — а я думала, мы на джипе поедем.

— На джипе Эмиль с братьями уехал, а мы поедем на лимузине. Но не в спорткаре же нам всем ехать, там места мало, да и в платье своём, ты, Наталья, туда не залезешь.

Я первый раз в жизни ехала на лимузине, и уже представляла, какой фурор вызову у деревенского народа, выходящая из шикарного автомобиля в своём наряде. В деревне такой свадьбы ещё не видели! Ещё издали, я увидела возле клуба толпу народа и припаркованный джип Вильема, Эмиль был уже там. Я занервничала, мне казалось, что вся деревня сбежалась сюда поглазеть на необычную свадьбу, и мои руки задрожали. Отец взял меня за руку и слегка сжал ладонь.

— Не волнуйся, дочка, всё будет хорошо.

— Пора, — сказала Аврора, и сунула мне в руки букет невесты. Лимузин припарковался возле джипа, и отец помог мне выйти. Кто-то из толпы крикнул: «Невеста приехала!» — и народ расступился, давая нам пройти. Послышались восхищённые возгласы, по поводу моего наряда, а я, как будто, чего-то стыдясь, опустила глаза и вцепилась отцу в руку, боясь споткнуться и упасть. В клубе было душно от скопления народа, несмотря на то, что все окна были открыты. Перед нами стояли люди, не замечая нас, все смотрели на эстраду в ожидание начала церемонии. Аврора громко крикнула:

— А ну-ка, расступитесь, дайте невесте пройти! Все оглянулись, и в клубе воцарилась тишина.

— Вот это платье! — услышала я чей-то восхищённый возглас, и подняла глаза. Меня тут же ослепила вспышка фотоаппарата, и я прикрыла лицо рукой. Люди начали расступаться, давая нам коридор. Впереди я увидела председателя, стоявшего на эстраде, в строгом костюме и микрофоном в руке, он уже готов был произнести речь. Я перевела взгляд, спиной ко мне стояли Вильем и Эрик, с кем-то оживлённо разговаривая, но когда они обернулись и отошли от собеседника в сторону, я увидела Эмиля, в белоснежном смокинге и огромным букетом роз в руках. Эмиль посмотрел на меня и приоткрыл рот, брови его поползли вверх, я поняла, что своим видом, я сразила его наповал. Зал разразился громкими аплодисментами, заиграла торжественная музыка, церемония началась! Я ближе прижалась к отцу, не отводя взгляда от Эмиля.

Эмиль в белом костюме, улыбаясь, смотрел на меня, я ещё никогда не видала его таким красивым! Он был просто великолепен! Председатель объявил в микрофон о нашем бракосочетании, и отец слегка подтолкнул меня вперёд, и я пошла навстречу своему счастью. Вокруг меня суетился фотограф, то и дело, ослепляя меня вспышками, а также я заметила мужчину, который вёл съёмку.

«Хорошая останется память о нашей свадьбе с Эмилем» — подумала я.

Эмиль смотрел, как я в сопровождение отца иду ему навстречу, и улыбался, перекладывая букет цветов то в одну руку, то в другую, он немного тоже нервничал, но этого почти было не заметно. Отец подвёл меня к жениху и отпустил мою руку, которая не успела опуститься, её тут же подхватил Эмиль, нежно сжав мою ладонь.

— Наташенька, ты прекрасна! — почти одними губами прошептал Эмиль, и протянул букет цветов.

Пётр Петрович начал свою торжественную речь! Я так сильно волновалась, что меня всю трясло, и я с трудом понимала, о чём он говорит, только повторяла за Эмилем: Да! Да! Да! Принесли обручальные кольца, которыми мы с Эмилем тут же обменялись, надев их друг другу на безымянные пальцы, но у меня так сильно дрожали руки, что Эмилю пришлось мне помогать. Последнюю фразу, которую произнёс председатель:

— Объявляю вас мужем и женой!

Весь зал зааплодировал, а затем громко грянуло: «Горько!»

Эмиль наклонился ко мне и прошептал на ухо:

— Ты неотразима, детка! Наши губы слились в поцелуе! В его объятиях, я стала успокаиваться, и почувствовала себя уверенней. Я знала, что Эмиль применил ко мне свои способности, которые действовали на меня благотворно.

По традиции я должна была кинуть букет невесты незамужним девушкам, и та, которая поймает его, в следующем году должна была выйти замуж. Девчонки сбились в кучу, приготовившись ловить, а я, повернувшись к ним спиной, через голову бросила букет. Обернувшись, чтобы посмотреть, кто поймал букет, я увидела только разочарованные лица девушек, они смотрели куда-то назад и качали головой.

— Куда делся букет? — спросила я у Эмиля.

Он рассмеялся.

— Посмотри!

Я опять обернулась, девчонки расступились, и перед моим взором предстал Вильем, с виноватым видом держа в руках цветы. Эмиль крикнул ему:

— Поздравляю, брат, ты следующий!

37

В толпе народа увидела Татьяну, Саню и наших друзей — Володю с Костей. Я помахала им рукой и послала воздушный поцелуй. Все мои друзья должны были приехать в дом Вильема на нашу свадьбу.

Мы с Эмилем пошли к выходу, со всех сторон нас обсыпали рисом и цветами. Смеясь, мы выскочили из клуба, и быстро спустившись вниз по ступенькам, направились к лимузину. Но люди не хотели нас просто так отпускать, и в толпе опять раздалось: «Горько!»

К клубу подъехали два автобуса, которые Эмиль заказал для гостей, и все, кто был приглашён, потянулись к ним. Нас, наконец, отпустили, и мы с Эмилем забрались в лимузин.

— Детка, ты супер! Не ожидал, что на тебе будет такая красота! Аврора действительно постаралась выбрать то, что нужно, — целовал мне руки Эмиль, с восторгом разглядывая меня. — Ты сегодня, милая, немного перенервничала, я надеюсь, что сейчас всё в порядке?

— Ты же знаешь, Эмиль, что всё хорошо. Ты же сам успокоил меня.