Любовь как время Рождества - Хейли Фрост

как положено. Предполагается, что печенье будет отображать каждую мелочь. Честно говоря, сомневаюсь, что это сработает, но я обожаю необычное печенье, так что должна хотя бы попробовать.

Возможно, было бы практичнее начать с имбирных пряников, которые нам понадобятся для рождественского рынка. Но у меня нет ни меда, ни других нужных ингредиентов, да и формочек тоже нет. Наверное, кривые сердечки имеют свой шарм, но я предпочитаю красивые и одинаковые.

— Ладно, подожди, — он нахмуривает брови, образуя между ними очаровательную морщинку, поднимает деревянный блок и поворачивает его в руках. — Я никогда раньше не видел такой формы для печенья. Я даже не знаю, как с ней работать.

— Вот почему мы с тобой посмотрим учебное видео, — заявляю я, стоя рядом с ним, наши руки соприкасаются, я вытаскиваю телефон из кармана и ищу видео.

— Хорошо, хорошо, подожди, — говорит он через минуту и протягивает руку, чтобы остановить видео. — Она сказала, что тесто нужно охладить. Давай сначала сделаем это и положим в холодильник, а потом посмотрим остальное.

— Я восхищаюсь твоей уверенностью в том, что у нас все получится, — указываю на форму на столе. — Ладно, давай сделаем это! — Я сую ему в руки свой телефон. — Скажи мне, что нам нужно, шеф-повар!

— Мука.

Я подхожу к шкафу, достаю контейнер с мукой и кухонные весы.

— Вот, пожалуйста, — я ставлю их перед ним. — Что дальше?

— Масло, — говорит он. Я подхожу к холодильнику и, прежде чем открыть его, оглядываюсь на него через плечо.

— Яйца тоже?

Он кивает. Я достаю и то, и другое и подношу ему. К тому времени, как я ставлю их на стол, он уже взвешивает муку.

— Сахар, — продолжает он рассеянно, слегка похлопывая контейнер, из которого в миску падает лишь небольшое количество муки. — А еще нам понадобится несколько специй. Корица, мускатный орех и гвоздика.

— Сейчас, — говорю я певучим голосом и беру их.

Когда я поворачиваюсь, я вижу, как он сосредоточенно, с нахмуренными бровями, нарезает кусочки масла в миску. По какой-то причине это самое привлекательное, что я видела, как он делал за весь день.

— Хочешь замесить? — спрашивает он, указывая на миску, не подозревая, как сильно я хочу на него наброситься.

Я моргаю, хлопая ресницами.

— Знаешь... — заикаюсь я, сжав руки и поджав губы. — Я могу разбить яйцо, но замешивание оставлю профессионалу.

— Профессионалу? — Он закатывает глаза, смеется и посыпает тесто хорошей порцией корицы. — Ты говоришь так, как будто я замешиваю все тесто вручную и у меня нет двух огромных машин на кухне, которые делают это за меня.

— У меня есть KitchenAid8, — уверенно говорю я. Затем я сгорбилась. — В одной из десяти еще нераспакованных коробок наверху. Если ты предпочитаешь ее поискать...

— Я замешу, — он отмеряет немного порошка гвоздики, затем добавляет щепотку мускатного ореха. — Всегда заставляет меня работать, — бормочет он под нос, надувая губы, когда проходит мимо меня, чтобы помыть руки. — Ей нужны только мои навыки.

— Эй, — говорю я мягко и тяну его за рубашку, пока его глаза не встречаются с моими. — Я также хочу тебя, потому что ты сексуален, — подмигиваю ему. Он закатывает глаза, делая вид, что раздражен, но я вижу, как его щеки слегка краснеют.

Я сжимаю губы в дудочку, чтобы поцеловать его. Он наклоняется и отвечает на поцелуй, а затем возвращается к миске, пытаясь сдержать улыбку, и опускает в нее руку.

— Что за... Калеб! Святые бицепсы!

Я опираюсь на столешницу, положив на нее локти и подперев подбородок руками, и наблюдаю, как он замешивает тесто. Он не прилагает к этому особых усилий, но тем не менее его бицепсы напрягаются, и я высовываю язык, чтобы облизать губы.

— Это как личное пип-шоу. Да, давай, замешивай тесто, — может быть, я действительно понимаю привлекательность контента о выпечке.

— Я чувствую себя оскорбленным, — шутит он, поворачивая миску в руке, а другой рукой замешивая тесто.

— И эти плечи, — дразню я, и его уши краснеют, а я начинаю хихикать. — Не смущайся. Он бросает на меня резкий взгляд через плечо, а на его щеках появляется легкий румянец.

Он быстро меняет тему, протягивая мне маленький кусочек теста.

— Понятия не имею, какой у него должен быть вкус. Тебе придется стать дегустатором.

— Я готова взять на себя эту тяжелую ношу, — говорю я, наклоняюсь, обхватываю его палец губами и забираю тесто языком.

— Ммм… — Я издаю счастливый вздох, когда на языке ощущается вкус корицы, масла, мускатного ореха и гвоздики. Я открываю глаза и встречаюсь с его горячим взглядом.

— Думаю, нужно добавить еще немного корицы, — говорю я, постукивая по губам.

Он сам пробует маленький кусочек, кивает, а затем добавляет еще, еще раз хорошо вымешивая тесто.

— Так? — Он протягивает мне еще один кусочек, и я, наклонившись, беру его из его пальцев губами.

— Да, идеально.

— Хорошо, — он подталкивает миску ко мне. — Поставь ее в холодильник, а мы подумаем, как использовать эту деревянную форму для печенья.

Он снова моет руки, пока я заворачиваю тесто в пищевую пленку и кладу его в холодильник. Когда я возвращаюсь к кухонному острову, он остается позади меня, его грудь поднимается с каждым вздохом у меня за спиной, пока он смотрит видео через мое плечо. Его руки прижимают меня к кухонному острову, его дыхание щекочет мою шею.

— Ладно. Понятно, что нужно положить тесто туда, — бормочет он, и у меня перехватывает дыхание. Блядь. Я совсем не обращала внимания на видео, я слишком отвлечена его присутствием. — Но как, блядь, мы будем отрезать остальное тесто и доставать его?

— Думаю, нам понадобится много муки, — бормочу я, чувствуя, как он кивает за моей спиной.

— Может, с помощью какой-нибудь веревки?

— Хорошо, — думаю вслух и киваю. — Я беру на себя ящики с левой стороны, а ты — с правой. Первый, кто найдет что-то подходящее, получит поцелуй и триумф.

Он смеется и открывает случайные ящики со своей стороны. Я вздыхаю, уже скучая по его теплу у меня за спиной.

Теперь посмотрим, есть ли у меня что-нибудь, что пригодится для этого.

Но в моих ящиках ничего нет. Только столовые приборы, куча случайных формочек для печенья и форм для тортов, которые я купила по прихоти, но которые мне никогда не были нужны. И несколько милых прихваток, которые не особо эффективны, но я не смогла их выбросить.

— Нашел кое-что.

Я резко поворачиваюсь. Что, черт возьми, он мог найти?

— О, вау. Конечно, я сказала искать, но ни за что бы не подумала, что ты действительно что-то найдешь, — говорю я