Английская жена - Эдриенн Чинн

– Вы и так почти не видитесь.

– Не видимся. Он все время или на фабрике, или на дежурстве в местной самообороне. Это для него важнее. Мне кажется, потому, что его не взяли воевать из-за зрения.

– Конечно, никому не нужен полуслепой пилот.

– Никому не нужен полуслепой кто угодно. Ему даже не позволяют заряжать зенитки на дежурстве в замке. Он только готовит снаряды для артиллеристов.

– Зато здесь он точно в безопасности, Элли. Не думаю, что эти начнут бомбить фабрику Макклинтонов. Вряд ли их цель – шоколад. И вообще, почему бы тебе не выйти за него замуж? – Рути, хихикнув, легонько толкнула подругу в бок. – Вот тогда бы вы точно виделись почаще. По крайней мере, по ночам.

– Рути! Ну правда! Это Тайрон Пауэр так на тебя действует? Завтра мы с Джорджем встретимся на танцах в «Самсоне». Ты же пойдешь? Никто лучше тебя не танцует джиттербаг[3], а Джордж его вообще ненавидит.

– Конечно, пойду. Буду строить глазки симпатичным ньюфаундлендцам. Шейла, моя кузина из Ярмута, сказала, что их полно в Лондоне. Часть разместили где-то возле Филби.

– Думаю, это береговая охрана. Папочка говорит, если бы не они, немцы уже давно высадились бы на пляже в Холкхэме. Он огромный и плоский, как блин.

– Не удивлюсь, если эти ньюфаундлендцы скоро появятся и в Норидже. Филби же недалеко от нас.

– Надеюсь, они хорошо танцуют. – Элли разомкнула объятия. – А то Джордж совсем не умеет.

– Зато он серьезный. Когда вы поженитесь, тебе не нужно будет бояться, что он сбежит с какой-нибудь официанткой.

Элли чмокнула подругу в щеку.

– Мне восемнадцать исполнится только в сентябре. Я не тороплюсь замуж. К тому же мне некогда. У меня уроки живописи, я работаю над картиной для летней выставки, теперь еще работа у мадам Эдит добавится. Так что Джорджу придется подождать.

– И он еще как подождет. Он же обожает тебя! Все время так смотрит… Я даже ревную.

Элли наконец закрыла ворота и обхватила ладонями черные железные прутья.

– Не глупи, Рути. Он просто парень. А ты – моя лучшая подруга! – Она вытянула мизинец. – Навсегда.

Рути зацепилась за ее мизинец своим.

– Навсегда, Элли.

Глава 5

На пути из Лондона в Нью-Йорк, 11 сентября 2001 года

Софи нырнула в салон и, уворачиваясь от чужих локтей, медленно пробралась в толпе пассажиров к своему месту. Два других в ее ряду уже заняли краснорожие толстяки в мятых синих костюмах. Их громкие голоса перекрывали остальной шум.

– Этот Гэри должен еще поучиться держать в руках клюшку. Из-за него мы проиграли на одиннадцатой лунке.

– Зато босс доволен. Тебе и не надо было там побеждать. Надо, чтобы клиент был доволен, так что, хоть мы и проиграли, выиграли больше.

Софи аккуратно, стараясь не помять новый зеленый жакет от Escada, перевесила сумочку на другое плечо и опустила чемодан, чтобы еще раз заглянуть в билет и проверить место. О нет! Прекрасно! Восемь гребаных часов трансатлантического перелета придется сидеть в одном ряду с пьяными торговцами, из-за которых ни ноги не вытянуть, ни на подлокотник не опереться.

Убрав в сторону новый фотоаппарат, она вынула из чемодана чертежи и почувствовала, как какая-то нетерпеливая дамочка толкает ее сзади. Она обернулась с виноватой улыбкой, взяла бумаги под мышку, запихнула чемодан в отделение для ручной клади и пробралась к своему месту у окна. Несколько листов упало на колени соседа.

– Держи, милая, – проговорил тот и протянул их Софи. Его толстые пальцы напоминали упругие розовые сосиски.

– Благодарю, – вежливо улыбнулась она ему.

– Да без проблем, милая. Ты же не хочешь, чтобы твой босс получил помятые документы.

С застывшей улыбкой она проговорила:

– Это мои документы. Чертежи.

– Слышь, Боб, – толстяк пихнул локтем своего товарища, – вот уж никогда не скажешь, что у нее нет босса. – Потом протянул руку Софи. – Я Майк О’Брайен, а это Боб Робертс. – Порывшись в кармане пиджака, он достал визитку. – Мы оба мусорщики. Крупнейшая компания в Квинсе. Ездили на переговоры в Лондон. Им понравился наш подход. – И, потерев свои толстые пальцы друг о друга, добавил: – Очень прибыльный бизнес. Все мусорят. Двадцать первый век вообще будет веком мусора.

Софи протянула стюардессе поднос с остатками завтрака прямо через голову Майка О’Брайена и на откидном столике раскрыла чертеж. Она еще раз просмотрела план лондонского павильона «Миллениум», вспоминая каждую линию, каждую вертикаль, каждую диагональ и горизонталь. Ручка № 1 – самая тонкая, для стекла и мелких деталей, № 3 – для внутренних стен и № 5 – самая толстая, для внешних бетонных конструкций.

Она должна получить эту работу. В старших классах вместо летней студии живописи, где ей так хотелось заниматься, она все каникулы проводила на продвинутых курсах математического анализа. Потом еще семь лет учебы и стажировок, изнурительная работа по приготовлению кофе и ксерокопий, потом работа получше, потом заказ на проектирование «Миллениума» и – до сих пор не верится – звонок из нью-йоркского офиса Ричарда Нивена с приглашением на собеседование. Все, что она когда-либо делала, должно было привести ее именно к этому. И вся ее жизнь вот-вот изменится. Она чувствовала. Осталось только пройти собеседование и провести презентацию проекта. И все.

Внезапно самолет как будто провалился и тут же резко забрал вправо, после чего постепенно выровнялся. Софи посмотрела в иллюминатор. Голубое небо, облака и где-то внизу бесконечная вода, вся в белых барашках. Еще один самый обычный день.

Раздался сигнал громкой связи: «Говорит капитан. Прошу прощения, дамы и господа. Возникла небольшая проблема с приборами. Боюсь, мы вынуждены слегка отклониться от курса и произвести посадку в ближайшем аэропорту Гандер, Ньюфаундленд. Уверен, ничего серьезного, но, согласно правилам, нам нужно все тщательно проверить. Мы дадим вам больше информации, когда приземлимся. Пожалуйста, пристегните ремни. Приносим извинения за неудобства. Мы постараемся продолжить полет как можно быстрее».

Проблема с приборами? Серьезно? Софи взглянула на часы. Девять сорок пять. Собеседование только завтра, но все равно. Она так тщательно все спланировала, хотела прилететь пораньше, чтобы было время отрепетировать презентацию и хорошенько выспаться.

– Не волнуйся, милая, – проговорил Майк, похлопав ее по колену. – У них постоянно что-нибудь случается. Не переживай.

– Да я не переживаю. У меня просто важная встреча завтра.

Боб, перегнувшись через Майка, тоже попытался поддержать ее:

– Не волнуйся, милая. Ничего страшного. Скоро снова взлетим. Точно тебе говорю. Спорим, уже к обеду будем в Нью-Йорке.

– Действительно. Спасибо. – Она прикрыла глаза и попыталась унять тревогу, сосущую где-то под ложечкой. Просто небольшая поломка, Соф. Не беспокойся. Ну или прими успокоительное.

Через полчаса самолет пошел на снижение. Софи смотрела в окно. Внизу уже виднелась плоская серая