Прятки в темноте - Элен Боннет

Снег летит в глаза, и от этого приходится щуриться. За какие-то пять минут превращаюсь в настоящего снеговика, и перед входом в супермаркет приходится отряхиваться, чтобы не пугать людей. Хотя все уже привыкли к нашим зимам. Другое дело – жить где-нибудь в Волгограде или Краснодаре: там снег видят всего несколько недель в году. Мечта. Я даже согласна на бесснежный Новый год, чтобы не кутаться в сто одёжек и не испытывать таких неудобств. Возможно, когда-нибудь я перееду в более тёплый уголок родины и забуду, что такое вьюги, заснеженные дороги. Но точно не в ближайшие пару лет.

Не хочу тратить время на готовку, поэтому выбираю фрукты, творог, хлеб, сыр. Обязательно добавляю в корзину маршмеллоу и горячий шоколад. Он согреет после прогулки, к тому же добавит сил, чтобы продолжить заниматься. Они мне точно потребуются, потому что не хотелось бы уснуть рано, как вчера. Накатавшись на катке, я израсходовала всю энергию и не дождалась звонка Богдана. Утром увидела несколько пропущенных. Но, на удивление, он больше не писал и не перезванивал.

А что, если ему надоело пытаться меня разговорить и он прекратил попытки?

Хм. Не позвонит значит не позвонит. Я всё равно не собираюсь действовать первой и навязываться.

Забегаю в подъезд, задевая обо что-то пакетом. На мгновение замираю, уже ожидая, что он порвётся и продукты выпадут на бетонный пол. К счастью, в этот раз мне везёт. Но внимание привлекает тихий писк. Возможно, показалось? Через мгновение писк становится громче. Если бы горел свет, я бы увидела, откуда исходит звук. Датчик на движение ещё не сработал, и мне приходится подняться на несколько ступенек, чтобы он среагировал на меня.

Тусклые лучи освещают небольшое пространство, но всё равно ничего не видно. Любопытство не даст мне уйти. Я обязана выяснить, откуда исходит звук. А вдруг какой-то бездомный котёнок застрял и нуждается в помощи?

– Кис-кис, выходи!

Ставлю пакет на пол, включаю на телефоне фонарик и опускаюсь на корточки. Снова раздаётся тихий писк. Где же ты, малыш? Заглядываю в пространство между бетоном и батареей, а там маленький рыжий комочек. Крохотный такой, что если посадить на ладонь, то он поместится целиком.

– Иди ко мне, крошечка. – Опускаюсь на колени, ложусь практически плашмя, чтобы помочь малышу покинуть убежище.

Он же тут пропадёт. В подъезде у многих собаки, а на улице мороз, и совсем не время, чтобы такой кроха разгуливал сам по себе. От этого сердце сжимается. Но сразу же вспоминаю хозяйку квартиры, которая строго-настрого запретила нам с Ангелиной заводить кого-то из животных. Если на рыбку или хомячка её ещё возможно уговорить, то на котёнка или щенка она точно не согласится. Решаю задуматься об этом потом, а пока помочь крохе.

С трудом достаю маленький пушистый комочек, трясущийся от страха. Он поджимает беленькие ушки с рыжим пушком и выпускает коготочки, боясь, что ему что-то угрожает.

– Не бойся, Лисичка, я тебя не обижу. – Пытаюсь погладить его, но котёнок показывает зубки и тихо шипит, выказывая недовольство.

Проверяю, и на самом деле это не Лисичка. У меня на руках сидит характерный мальчишка, который сквозь страх не забывает напомнить, что он может за себя постоять.

– Будешь Лисёнком? – Прижимаю его к куртке и чешу между ушек. Но хмурый комочек всем своим видом показывает, что такое прозвище ему тоже не нравится. – А Тигрёнком?

И вот теперь я слышу хоть и тихое, но мурлыканье. Не могу сдержать смех, глядя на пушистое чудо.

– Значит, будешь Тигрёнком. Осталось придумать, как тебя спрятать от хозяйки квартиры.

Поднимаюсь на ноги с новым соседом, подхватываю пакет и бегу к лифту, чтобы никто нас не увидел.

Разделив творог поровну между нами и съев свою половину до единой крошечки, я принимаюсь убирать со стола. А Тигр, забравшись в уголок под столом с набитым животиком, быстро засыпает. Смотрю на него и снова убеждаюсь, что поступила правильно. Не смогла бы уснуть, если бы знала, что такой кроха остался на улице. Не понимаю людей, которые легко могут пройти мимо чужого несчастья или не помочь слабому в беде. Сейчас я испытываю облегчение, словно себя спасла, а не котёнка, и в который раз убеждаюсь, что добро возвращается, только всегда по-разному. Оно может быть заключено в чью-то улыбку, доверительный взгляд или, как в моём случае, громкое тарахтение пушистого тракторёнка под столом.

Мелодия на мобильном доносится из коридора, а желудок сжимается от волнения. Шестое чувство подсказывает, что это Богдан. Не понимаю свою реакцию. Может, кто-то другой решил позвонить? Мама, например. Но внутренний голос всё же нашёптывает, что предчувствие меня не обманывает. После секундного замешательства я подбегаю к тумбочке, и от вида его имени на дисплее на лице расцветает улыбка.

Отвечаю сразу же. Если и сейчас не успею, он точно подумает, что я его игнорирую.

– Алло. – Задерживаю дыхание. Зажмуриваюсь, чтобы не видеть своих раскрасневшихся щёк в зеркале.

Саша. А ну-ка соберись!

– Привет, Александра. Думал, ты всё же решила, чтобы я тебя искал. Как покаталась вчера на катке?

Снова моё имя в его исполнении звучит волнующе. Почему у него такой красивый голос? Это слишком обезоруживает.

Тяжело вдыхаю, устраиваясь на диване среди мягких подушек. Зажимаю одну между колен. Снова представляю, каким мой незнакомец может оказаться на самом деле. Я никогда не считала себя человеком, который встречает по одёжке. Для меня в первую очередь важно внутреннее содержание. Скорее всего, это одна из причин, почему мне трудно после Игоря вступить в отношения. Он был невероятно нежен, внимателен ко мне, прислушивался к моему мнению. Идеальная пара, снова скажете вы? Но нет. Всё же дружбы между нами оказалось больше, чем влюблённости.

– Покаталась отлично. А потом уснула и не слышала, когда ты звонил, – рассказываю как есть, не вижу смысла скрывать. – А ты чем занимался?

– Ничем особенным. Почти всё время проторчал на тренировке. Получил от тренера за оболтусов, которые перебрали в новогоднюю ночь, а после играл с друзьями в плойку. – Слышу на заднем фоне какие-то мужские голоса. Хлопок дверью – и звуки стихают. – Оболтусам не понравилось, что я сказал правду. – Богдан смеётся, и у меня возникает ощущение, что я его давно знаю.

Задавать вопросы – скользкий путь. Иногда можно с ними переборщить или перейти грань допустимого. Но теперь меня гложет любопытство. Не могу не поинтересоваться.

– Что за тренировка? – спрашиваю я и сразу же прикусываю губу. С