После Развода. Влюбиться в тебя заново - Зарина Цурик

— Что? — звонко переспросила она.

— К сожалению, Николай не смог приехать, — я судорожно соображала на ходу, чувствуя, как шестерёнки в голове скрипят от напряжения. — Один из наших статусных клиентов случайно увидел ваше досье в системе. И он… он буквально обезумел. Он узнал о сегодняшней встрече и сделал всё, чтобы Николай на ней не появился. Он ревнив, влиятелен и, признаться, совсем не в вашем вкусе, поэтому я не спешила вас знакомить.

— И как же зовут этого… одержимого? — Агата прищурилась.

В голове образовалась пустота. Нужно было имя. Влиятельное имя. Имя, которое она не сможет проигнорировать. И тут мой язык, опережая здравый смысл, выдал:

— Олег. Олег Романович Канцедал.

Боже. Зачем я это сказала? В ту же секунду мне захотелось провалиться сквозь этот проклятую лестницу.

В глазах Агаты вспыхнуло узнавание. Недоверие сменилось живым интересом. Мой бывший муж был не из тех, чьи имена забывают. Успешный адвокат, жесткий переговорщик и человек, имеющий доступ в самые закрытые кабинеты города.

— Канцедал? — переспросила она, смакуя фамилию. — Тот самый адвокат? Моя подруга пользовалась его услугами при разводе. Импозантный, молодой, невероятно острый на язык… И, насколько я знаю, он в разводе?

— Да, — я заставила себя улыбнуться, надеясь, что мои щеки не слишком горят. Слава богу, Олег никогда не афишировал свою личную жизнь. Большинство его коллег и клиентов понятия не имели, как выглядит его бывшая жена и как ее зовут. Для них я была просто тенью из его прошлого.

— И что же ему понадобилось в вашем, — она сделала паузу, — «второсортном» агентстве?

Я с трудом подавила желание ударить ее. Второсортном? Ну подожди, дорогая.

— Это конфиденциальная информация. Но он сказал... — я сделала вид, что сомневаюсь, стоит ли продолжать, — сказал, что ищет женщину, которая будет ему ровней. Которая не станет его использовать. Увидев вашу фотографию, он потерял покой.

Агата задумалась. Ее губы тронула тень улыбки — впервые за вечер она выглядела почти по-человечески. Надо же, как имя моего бывшего подействовало на эту ледяную королеву.

— Хорошо, Елена. Я дам вам еще один шанс. Организуйте мне встречу с господином Канцедалом. Завтра. В этом же месте, в девять вечера.

— Хорошо. Я все устрою, — выдавила я из себя.

Агата кивнула, на этот раз почти благосклонно, и в сопровождении свиты вышла из здания.

Я осталась стоять на лестнице, слушая, как бешено колотится мое сердце.

Что я наделала?

Олег Романович Канцедал. Человек, которого я поклялась больше никогда не видеть.

И теперь я должна прийти к нему и попросить о свидании с Агатой, чтобы спасти свой бизнес?

Я до крови закусила губу. Это было безумие. Это было самоубийство. Но у меня не было выбора. Либо я заставлю своего бывшего мужа сыграть роль влюбленного рыцаря, либо завтра Агата Леонтьевна сотрет меня в порошок.

Глава 4

Дверь моего кабинета захлопнулась с таким грохотом, что тонкие стеклянные перегородки агентства жалобно звякнули. Сказать, что я была зла, — значит не передать всю бурю эмоций, бушевавшую во мне. «Злость» — бледное, пресноватое слово по сравнению с вулканической яростью, которая грозила вырваться наружу. Если бы гнев можно было преобразовать в электричество, я бы сейчас освещала весь район как минимум неделю. Внутри меня бушевала не просто буря — там зарождалась сверхновая.

Николай. Одно это имя вызывало желание что-нибудь разбить, желательно о его холеную голову. Но Николай был проблемой на перспективу, десертом, который я планировала подать холодным и с изрядной долей яда. А сейчас на горизонте маячила катастрофа посерьёзнее.

В кабинете меня ждала Анечка. Моя верная, тихая, незаменимая Анечка. Глядя на нее, можно было подумать, что она только что увидела всадника Апокалипсиса, причем тот ехал прямо за ней. Она сжалась в кресле, ее маленькие ладошки судорожно теребили тонкие серебряные кольца на длинных пальцах.

— Елена Сергеевна... — прошептала она дрожащим голосом. — Простите, я... я ничего не смогла сделать.

Я глубоко вдохнула, наполняя легкие воздухом.

— Спокойно, Аня. Дыши. Мы сейчас что-нибудь придумаем.

Я опустилась в свое кожаное кресло и откинулась на спинку. Аня проработала со мной полтора года. Она пришла ко мне «зеленой» выпускницей филфака, без единого дня опыта в брачном бизнесе, но с удивительной интуицией и чисто человеческой теплотой. Я сразу ее полюбила — за непосредственность, умение слушать и за то, что в мире циничных расчетов она оставалась искренней. Она была моей правой рукой, и мысль о том, что из-за одной взбалмошной клиентки я могу потерять этот отлаженный механизм, приводила меня в бешенство.

— Елена Сергеевна, пожалуйста! — Аня была на грани слёз. — Давайте что-нибудь придумаем. Если эта Агата... если она развалит бизнес... Вы же меня уволите? Я не смогу снова ходить на собеседования. Я не выдержу! Мне эти эйчары уже в кошмарах снятся. Эти их вопросы: «Кем вы видите себя через пять лет?», «Почему мы должны взять именно вас?». А видеосвязь? Когда они заставляют включать камеру, а у меня дрожат руки и потеет лоб... Меня бросает в холодный пот от одних воспоминаний! Я правда готова на все. Я буду работать по выходным, буду мыть полы, только не заставляйте меня снова искать работу!

Я невольно поджала губы, чувствуя, как гнев немного отступает, сменяясь нежностью к этой «милой девочке». О такой преданности мечтает любой руководитель. Она боялась потерять не просто зарплату — она боялась потерять нас.

— Смотри на меня, Аня, — я подалась вперед, положив локти на столешницу. — У меня есть план. И для его осуществления нам понадобится один... специфический персонаж. Мой бывший муж. Человек, скажу прямо так себе.

Анечка замерла, ее глаза округлились и стали похожи на глаза испуганного олененка.

— Он вам изменил? — выдохнула она так трагично, словно речь шла о шекспировской драме.

— Хуже, родная. Гораздо хуже. Он заявил, что брак со мной был «системной ошибкой». Сказал, что ни одна женщина в мире не высасывала из него столько жизненных сил, сколько я. Представляешь? Да он должен был каждое утро на коленях благодарить судьбу за то, что такая