Двор Смерти - К. А. Найт

— Прости, Морс, я просто хотела спасти тебя, а теперь все пошло наперекосяк.

— Мне нравится, что ты рискнула всем, чтобы прийти за мной, — говорю я ей. — Никто никогда раньше не заботился так сильно, но я серьезно, Авеа, они не тронут тебя. Я найду способ исправить это...

— Как? — Она поворачивается, ее глаза влажны от слез. Я вытираю их, не позволяя другим капнуть из ее глаз. — Ты должен принести меня им в жертву. Это могло бы прекратиться...

— Никогда, — шиплю я, хватая ее за лицо. — Я никогда не отпущу тебя. — Она смотрит мне в глаза, и я позволяю ей увидеть правду.

Она падает духом. — Тогда нам крышка, — признает она.

— Я найду способ. — Я притягиваю ее ближе, глажу по спине и целую в макушку. — Я найду. Доверься мне. — Мне никогда раньше не было за что бороться. Боги - жадные, эгоистичные существа, но они не глупы. Война со мной не приведет ни к чему, кроме страданий, поэтому нам просто нужно показать им, что они не могут победить и что цена выше, чем есть на самом деле.

— Это безнадежно.

— Ничто не безнадежно, Авеа. — Я приподнимаю ее подбородок, чтобы она посмотрела мне в глаза, отблески огня падают на ее лицо. — Я нашел тебя во всей этой огромной вселенной. Я нашел тебя, а ты нашла меня, и это дает мне надежду - надежду, что мы сможем найти выход из этого, потому что я не могу и не буду отказываться от вечности с тобой.

— Неженка, — дразнит она, легкая улыбка изгибает ее губы.

— Для тебя, — соглашаюсь я. — Ты выглядела так великолепно, придя мне на помощь.

— Думаю, это делает тебя моей девицей, — поддразнивает она. — Ты знаешь, что делают герои, когда спасают свою девицу? — бормочет она, ее глаза горят желанием.

— Что они делают? — Шепчу я с придыханием, когда она наклоняет голову.

— Трахают их и делают своими.

Рыча, я прижимаюсь губами к ее губам, мой язык исследует рот. Она целует меня в ответ, срывая с меня одежду, забирается ко мне на колени и трется об меня до тех пор, пока я не могу этого вынести. Моя потребность так велика, вызвана моим беспокойством.

— Тогда трахни меня, — говорю я.

Срывая с нее одежду, я тянусь к ней, но она отталкивает мои руки и толкает меня на спину. Она сжимает мой член и опускается на меня по всей длине.

Моему стону вдалеке вторят волки.

Она стонет мое имя, скользя рукой вверх по телу, чтобы схватиться за грудь. Ее волосы струятся по спине, когда она светится изнутри своей силой. Мой член дергается внутри нее, когда она вращает бедрами и втирается в меня своей киской, заявляя на меня права, как я и хотел.

Листья и грязь хрустят у меня за спиной, пачкая кожу, но я бы покрылся этим, если бы это значило прикоснуться к ней. Я бы взял тысячу мечей и сразился с миллионом Богов за то, чтобы ощутить вкус своей пары.

Я наклоняюсь и целую ее, заглушая ее стон, когда мои руки собственнически скользят по ее телу, прежде чем она толкает меня обратно на землю.

Я позволяю ей вести и задавать темп. Она покачивает бедрами, прижимая мое тело к земле, ее руки на моей груди, отмечая меня как своего.

Мы трахаемся так, словно это наш последний раз, мы оба спешим к концу, зная, что наше время ограничено. Наши губы соприкасаются в темноте, и магия связывает нас воедино - смерть и жизнь.

Красота и боль.

Пара.

Она задыхается напротив моих губ, и ее движения ускоряются, так что я знаю, что она близко. — Кончай на меня. Сделай меня своим.

— Мой. — Она прикусывает мою губу и пускает кровь, когда я чувствую, как ее влагалище трепещет вокруг моего члена, заставляя меня рычать. Схватив ее за бедра, я двигаю ее быстрее, пока ни один из нас не может этого выносить.

Мы разбиваемся на части от звездного света и магии, разносящейся по лесу, два Бога купают мир в своей любви.

Именно тогда я понимаю, что нам нужно сделать.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬПЯТАЯ

АВЕА

— Ты хочешь чего? — У меня отвисает челюсть, когда я смотрю на Морса.

Мы провели ночь под звездами, ни разу не сомкнув глаз. Мы вместе наблюдали восход солнца, почти не в силах заснуть. Я волновалась, что если я это сделаю, то проснусь, а его снова не будет. Я пытаюсь максимально использовать наше время вместе, так как, кажется, часы тикают.

В конце концов, мы не можем сражаться с Богами, верно?

Мне никогда не следовало врываться подобным образом, но я была ослеплена своим гневом и полна высокомерия, и я так беспокоилась о том, что они сделают с ним, что даже думать не могла. Теперь я беспокоюсь о том, как мы переживем мою ошибку. Морс пытался защитить меня, и он бы нашел способ вернуться ко мне. Я должна была доверять ему, но я не могу изменить того, что произошло. Морсу, похоже, все равно, и, если уж на то пошло, он на седьмом небе от счастья, что я была готова рискнуть всем, чтобы прийти за ним.

В конце концов, он сделал бы то же самое для меня.

Если Боги прикажут мне умереть, то все, кого я люблю, будут уничтожены со мной. Они не умеют прощать, и я выступила против них, поэтому они не могут оставить это без внимания, независимо от того, кто стоит на моей стороне. Нам нужен план, и быстро, но то, что предлагает Морс, - безумие.

— Подумай об этом. Кого Боги боятся больше всех? Кто единственные существа в этом или любом другом царстве, перед которыми они отчитываются? Кто мог бы остановить их и заставить выслушать? Древние. — Он сильнее сжимает мои щеки, прижимаясь своим лбом к моему. — Мы должны найти их и изменить наше будущее. Мы падем, если не сделаем этого, и я не позволю этому случиться, а это значит, что нам нужно заставить их отступить или