Осколки рассвета - Клио Эванс

– Спасибо. И я связался с Балтимором. У них действительно есть кое-какие наработки по делу, так что мы постараемся все точно выяснить в ближайшее время. Можешь быть спокойна, Хейли.

– Я присоединюсь к вам через несколько минут. –  Я кивнула Хантеру и Баду.

Хантер поколебался, но не стал возражать, и они вдвоем пошли вперед по коридору.

Мне просто нужно было побыть одной. Я бросилась в противоположную сторону коридора и вбежала в уборную. Я толкнула дверь и, зайдя в кабинку, захлопнула ее за собой. Сердце бешено колотилось, а голова кружилась.

«Дыши, дыши», –  мысленно говорила я себе.

Я заставила себя сделать глубокий вдох, глотая слезы. На мгновение я пережила все заново.

Ту ночь в Балтиморе.

То, что сказал мне убийца: «Ты следующая».

Переезд в Цитрус-Ков. Его сообщения, наша с Кэмом фотография. Моя квартира. Убийство. Машина.

Я потеряла почти все из-за этого человека.

«Дыши», –  повторила я себе.

Мое сердцебиение, наконец, начало замедляться. Я открыла глаза, почувствовав, как с плеч будто свалился тяжелый груз.

Мы наконец-то избавились от монстра, который пытался меня убить.

Глава 33. Хейли

Я прижала телефон к уху и открыла холодильник, слушая Сару.

– Дома все замечательно. Приходи с Кэмом к нам на ужин, когда ему станет лучше. Мальчики будут рады тебя видеть. Они постоянно о тебе говорят.

– Как они? –  спросила я.

– Держатся, –  ответила сестра, вздохнув. –  Я и не подозревала, как сильно они ненавидели своего отца, Хэл.

– Он нашел вас? –  Я почувствовала, как у меня засосало под ложечкой.

Я достала графин со сладким чаем, два стакана и закрыла холодильник. Кэм был в гостиной, отдыхал на диване и ждал, когда я присоединюсь к нему, чтобы обняться.

В такие моменты я не понимала, что происходит. Все казалось таким… нормальным, несмотря на все что произошло.

Но именно эти моменты давали мне силу.

Я улыбнулась, по привычке взглянув на Кэма.

Сара тяжело вздохнула. Было слышно, что она устала.

– Нет. Будто он уехал куда-то. Может, он в командировке.

Я нахмурилась.

– В чем вообще заключается его работа?

– Он работает в страховой компании и много путешествует.

– Как это возможно? Как он это делает, постоянно выпивая? –  воскликнула я, при этом вздрогнув от собственных слов. –  Прости. Я перебарщиваю.

– Нет, ты права, –  твердо сказала Сара, но ее голос был уставшим. –  Я не знаю, Хэл. Я уже давно перестала задавать вопросы. Я просто… перестала. Наверное, я сдалась. Это делает меня плохим человеком? Ужасной матерью? Да?

– Нет. Ты сделала все, что могла.

– Этого было недостаточно.

– Все наладится, Сара. Все будет хорошо. Ты поступаешь правильно. Ты изменила свою жизнь. Я просто ненавижу Дэвида за то, что тебе пришлось провести с ним так много времени.

– В некотором смысле, я думаю, это было не так уж и ужасно. Большую часть ночей он проводил в подвале, когда был дома и не трогал нас.

– Когда ты встречаешься с адвокатом по бракоразводным процессам? –  спросила я. Мне хотелось, чтобы те чертовы бумаги подписали как можно скорее. Чем дольше Сара носила фамилию Коннор, тем сильнее мне казалось, что ее и детей валяли в грязи.

Несколько выбившихся из пучка локонов упали мне на лицо. Я прижала телефон плечом к уху и поправила заколки.

– Сара?

– Завтра. –  Она всхлипнула. –  Хейли, я не знаю, как отблагодарить тебя за все. Ты не обязана была этого делать, но все равно вытащила меня из сложной ситуации. Я бы не справилась без тебя. Впервые за много лет я снова чувствую себя самой собой.

– Я просто счастлива, что могу тебе помочь. Мы через многое прошли. Сейчас я просто хочу изменить свою жизнь. Не могу поверить, что я снова оказалась в Цитрус-Кове.

Сара рассмеялась.

– Кстати, о причине, почему ты остаешься. Как там Кэм?

– С ним все в порядке. –  Я налила нам с Кэмом по стакану чая. –  Он все время пытается скрыть, когда ему больно, но я-то все вижу. Похоже, он забыл, что вчера его пырнули ножом, и хочет все делать сам.

– Я все слышу, –  крикнул Кэм из гостиной.

Я усмехнулась.

– Но все в порядке.

– Хорошо. –  Сара рассмеялась.

– Колт все еще спит на твоем диване?

Она глубоко вздохнула.

– Да. Он не хочет уезжать, пока Эмма не переедет к нам. Не могу сказать, что мальчики против его присутствия. Он развлекает их. Сэмми тоже заходил пару раз.

Я прищурилась.

– Хм…

– Только не надо делать «хм»…

– Я ничего не говорила.

– Давай без этого. Колт просто друг.

Я с трудом подавила желание фыркнуть. То, как он смотрел на нее, говорило о чем-то гораздо большем, чем просто о дружеских чувствах.

– Тогда ладно. Что ж, я рада, что он с тобой.

– Я тоже. Мне пора. Пойду в магазин.

– Будь осторожна. Поговорим завтра.

Мы закончили разговор, и я оставила свой телефон на кухонном столе, убрав кувшин обратно в холодильник. Я взяла наши бокалы и отнесла их в гостиную.

– Солнышко, –  сказал Кэм, улыбаясь мне, когда я протянула ему стакан. По крайней мере, он сидел, и это было хорошо.

– Как ты себя чувствуешь? –  спросила я.

– Сейчас лучше, когда ты рядом.

Я закатила глаза, но перегнулась через диван и поцеловала его.

Кэм удовлетворенно хмыкнул.

– Как поживают Сара и мальчики?

– Похоже, Колт прилежно охраняет их как следует. Он как золотистый ретривер.

– Да уж… Сядь со мной.

Я удивленно выгнула брови и нежно поцеловала его.

– Ты имеешь в виду, сесть рядом с тобой, и ты будешь лежать.

– Я положу голову вам на колени, моя медсестра.

Я рассмеялась, обошла диван и села у края. Я поставила чай на журнальный столик и затем похлопала себя по коленям.

Кэм усмехнулся и начал наклоняться, чтобы поставить свой стакан на стол, но потом поморщился.

– Черт! –  Я тут же вскочила.

– Я в порядке, в порядке.

– Явно нет, –  зашипела я, забирая у него стакан. Я беспокоилась за него. Я все время забывала, что он прекрасно умеет скрывать боль, пока с ним не случалось что-то подобное.

– Малыш, нам, наверное, стоит перенести тебя наверх, где ты сможешь прилечь.

– Мне не нравится чувствовать боль, но нравится, что ты называешь меня так.

– Заткнись, –  пробормотала я. –  Понимаю, что тебе это не нравится, но ты ранен, и мы должны убедиться в том, что ты не перенапрягаешься. Ты заботился обо мне, когда я была ранена. Теперь моя очередь. Давай.

Никакие возражения не заставили бы меня сдвинуться с места, и Кэм это знал. Он хотел было запротестовать, но все же послушался меня. Я помогла