Опальная фаворитка наследного принца или вторая жизнь Женьки - Алекса Корр

Он проводил меня до моей комнаты и ушел, а я, попав в комнату, плюхнулась на кровать, намереваясь хотя бы на пару часов вернуться в царство Морфея…

Глава 52

Александр Ильминский, ректор

Мои подозрения относительно баронессы Мильской крепли каждый день все больше и больше. Да и дядя подливал масла в огонь, постоянно рассказывая мне, что она непроста и что её знания достаточно обширны в одних вопросах, при этом в других она плавает как новорожденный ребенок.

В общем, копил, копил наблюдения, а, когда наступили каникулы и все разъехались, решил вывести её на чистую воду.

В конце концов я тоже человек и страдаю любопытством. А то, что я не знаю правды мешало мне спокойно жить… Я постоянно думал над загадкой по имени Эжени Мильская, что даже забывал иной раз наведаться к Ингрид.

Задал прямой вопрос, и девчонка сдалась. Призналась мне, что она душа из другого мира, такая же, как и моя прабабка.

А когда уже призналась в этом, то ей уже не было нужды напускать на себя шелуху, и она открылась… Стала сама собой.

В тот день мы долго разговаривали, и она очень много рассказала мне интересного. Оказывается, она тоже была с планеты Земля и по её рассказам я понял, что это очень развитый мир.

Что только стоят эти их «машины» и «самолеты», которые летают по воздуху.

Конечно, меня, как человека, отдавшего свою жизнь военному делу, очень интересовало оружие, но то, что она рассказывала про него, не укладывалось у меня в голове.

Черт, да если нам хоть что-то из того, что там у них есть, можно было бы никого не бояться.

А бомбы… тем более «атомные», как она их назвала… Нет, такого оружия нам не надо… Это же такое бешенное средство массового уничтожения, что даже подумать страшно…

За разговорами не заметил, как пролетело несколько часов и меня уже ждали на «планерке», которую я устраивал для преподавателей, пользуясь тем, что сейчас нет занятий. А, поэтому распрощались с Женей и, договорившись с ней встретиться через несколько часов в лаборатории, отправился по делам.

Сам шел, а сам улыбался, вспоминая девчонку и то, как она хитрила в самом начале. Да, девочка, которая заставляет себя уважать… Не стушевалась, попав в другой мир и в такую курьезную ситуацию, не плывет по течению, а борется, строит планы…

Она так отличается от наших аристократок, да и не только аристократок, а вообще женщин, что не может остаться незамеченной…

И я обязательно помогу ей добиться того, что она хочет. Мне не сложно «потерять» одну из подписанных ею бумаг и оформить все её открытия на её имя… Так как, как я понял, в иномирстве она признаваться никому не собирается…

А потом была «планерка», затем встреча в лаборатории, куда пригласили и дядю. Женя согласилась, что его тоже нужно посвятить в её тайну, так как только так их совместная работа будет эффективной.

Но за своего дядю я не переживал. Он сохранить тайну Жени также, как хранит все эти годы тайну о моей прабабке.

Реакция дяди на правду о Жене даже у меня вызвала оторопь. Он вцепился в неё железной хваткой и засыпал за минуту таким количеством вопросов, что даже мне жутко стало.

Но Женя молодец. Поняв, что ей больше не нужно строить из себя местную аристократку, она стала сама собой и показала себя как очень грамотного специалиста. Они стали общаться с дядей на равных и я, если честно, даже сбежал от них часа через два, когда они стали о чем-то спорить и разбрасываться непонятными для меня терминами.

Сколько они в тот день просидели в лаборатории, одному Многоликому известно, но, когда я пришел утром к ней в комнату, так как она опять не пришла на тренировку, Женя открыла мне дверь заспанная и тихо застонала, жалобно спросив, а можно ли сделать сегодня выходной…

Выглядела она при этом такой милой, домашней, что я даже рассмеялся. Сказал ей, что тренировки — это единственное время, когда мы можем пообщаться и что я не собираюсь упускать такой возможности, после чего с улыбкой смотрел, как эта взъерошенная пигалица, укутанная в одеяло, как в кокон, застонала, попросила дать ей десять минут и скрылась в комнате.

Меня эта её особенность дико забавляла… Она не пыталась, как наши женщины, наводить марафет по несколько часов, прежде чем показаться перед кем-то. Она была естественной и в этом тоже был определенный шарм.

А на тренировке она вновь меня поразила, рассказав, что была военным врачом на войне… и что у них там был инструктор, который и учил её приемам самообороны. Назвала это «самбо» и пояснила, что это соединение нескольких техник дало такой микс.

Так, пролетело еще несколько месяцев, настал конец учебного года, начались сессии.

За это время дядя с Женей добились многого… Они там вывели какой-то белый стрептоцид, отчего дядя светился от радости, сделали какое-то средство по определению родства по крови, «синтезировали» какие-то лекарства, которые были у Жени…

Я не медик, но дядя радовался так, что я и проникся. Да, пока это все оформлялось на Академию, так как Женя не хотела пока раскрывать своё местонахождение до 21 года, но как только она достигнет этого возраста, я ей пообещал, что мы все переоформим на неё, сделаем заключение ученого совета и составим от Академии прошение на имя Императора.

И вот вроде как ничего не предвещало беды, но в одно, далеко не прекрасное утро, пришли известия о том, что граф Льерский, поехавший крышей, не иначе, открыл свои границы для вражеской армии и началась война…

Слишком поздно я узнал, что сын Льерского учится у меня в Академии… Парня избили, причем сильно, как сына предателя…

Конечно, я вмешался и отправил его в лазарет под усиленной охраной, поставив туда Берта и Гарри, с которыми мы за время утренних тренировок, хорошо сблизились, и они неплохо так подтянулись по боевке.

И я был уверен, что виконт будет в безопасности под их защитой. Да и Женя там сразу подсуетилась. Заявила, что она лично будет заниматься парнем, а в её руках любой даже со смертного одра встанет…

Первые несколько дней шли сборы подготовленных воинов, и я знаю, что отряды Моргана, Савойского, Шепелева, выдвинулись в сторону военных действий.