Секретарь для монстра. Аллергия на любовь - Анна Варшевская

- Почему нет? - он пожимает плечами. - Занимай столько, сколько тебе нужно, - смотрит на мобильный, куда приходит какое-то уведомление, хмурится. - Евушка, мне нужно еще немного поработать, хорошо? Я буду в кабинете.

- Хорошо, - киваю, провожаю его взглядом, смотрю на Тайсона, который крутится тут же. - Ну что, малыш, давай я разберу чемодан, а потом попросим твоего хозяина погулять с нами?

Пес виляет хвостом, и я, потрепав его по ушам, достаю и развешиваю на плечики ту одежду, которая осталась чистой, и складываю отдельно то, что требует стирки. Спрошу потом у Павла насчет той химчистки внизу или где она там. А что-то можно и здесь постирать, стиральная машинка же наверняка есть.

Кстати, а Марк ведь говорил, что в квартире есть небольшой бассейн! Сейчас мне еще пару дней нельзя, но дальше… я бы поплавала!

Смотрю на часы и понимаю, что провозилась больше часа. Да и время позднее. Выхожу из комнаты и иду на поиски кабинета. Ох и огромная же квартира!

Марк обнаруживается в третьей по счету комнате, сидит в кресле и, хмурясь, перелистывает какие-то бумаги. Поднимает на меня глаза, и теперь хмурюсь уже я - какие-то они у него воспаленные… Или это кажется из-за приглушенного освещения?

- Тебе не пора отдохнуть? - спрашиваю негромко, подходя к нему.

- Хотел закончить сегодня с этим, - он устало улыбается, я киваю, кладу руку ему на плечо и даже через рубашку чувствую жар.

- Марк, ты же весь горишь! - встревоженно касаюсь его лба ладонью, потом губами. - У тебя температура!

- Не выдумывай, - он закрывает глаза, явно подставляя лицо под мои прикосновения.

- Ну да, конечно, это я выдумываю, - фыркаю недовольно, отодвигаясь. - Где у тебя градусник?

- Да нету у меня никаких градусников, - отмахивается мужчина, опуская глаза и делая вид, что крайне увлечен текстом документа, который продолжает держать в руках. - Зачем они мне. Такое разве что у Тайсона в собачьей аптечке.

- Я сейчас не буду напоминать тебе, как именно измеряют температуру собачьим градусником, - не сдерживая ехидства, многозначительно изгибаю брови, и Марк, посмотрев на меня круглыми глазами, заливается багровой краской до самых ушей, так что мне становится смешно.

- Шуточки у тебя… - выдавливает кое-как, возмущенно пыхтя. - Спроси у Павла насчет градусника.

- Вот это уже другой разговор, - удовлетворенно киваю.

Павел действительно моментально находит для меня вполне укомплектованную аптечку, и я возвращаюсь к Марку в кабинет.

- На, держи, - включив, протягиваю ему электронный девайс.

Он послушно сует его под мышку и откидывается на кресле, улыбаясь мне.

- Ты какой-то подозрительно довольный для болеющего человека, - смотрю на него, прищурившись.

- Я просто думаю о том, чем заслужил такое счастье, как ты, - Марк ловит меня за руку, переплетает наши пальцы.

- Счастье весьма сомнительное, но твое право, - усмехаюсь, поглаживая его кисть. - Давай сюда, - киваю на запищавший градусник.

Электронный экран победно сигнализирует: тридцать восемь и пять.

- Ты вообще реальный? - смотрю то на него, то на цифры.

- Не понял, - Марк растерянно хмурится.

- Тридцать восемь и пять! Ты что, не в курсе, что мужская предсмертная - это тридцать семь и два? - качаю головой.

- Мужская предсмертная? - смеется он.

- Именно, - поджимаю губы. - Любой из тех мужчин, кого я знаю, лежал бы в лежку и умирал! Но ты и тут отличился.

- Какой еще любой из тех?! - ревниво уточняет Марк, выпрямляясь.

- Ой, все! Так, - отодвигаю подальше по столу все бумаги, - быстро в кровать!

- Какой любой, Ева?

- Бо-оже, - тяну его за руку. - Если так хочешь поревновать, делай это, лежа в постели!

- Только с тобой, - он, встав, прижимает меня к себе.

- Мне от тебя жарко будет… - увидев, как сразу расстроенно ползут вниз уголки его губ, тут же добавляю: - Ничего, как-нибудь устроюсь, идем.

- Не надо, - Марк с усилием, явно преодолевая себя, отпускает меня и качает головой. - Я не подумал. Если это вирус, ты можешь заразиться.

- Позволь мне самой решать, где находиться, когда мой любимый мужчина плохо себя чувствует, - окидываю его хмурым взглядом. - Идем, - зову, потому что он замер на месте.

- Что ты сказала? - растерянный хриплый голос.

- А что я сказала? - непонимающе смотрю на него, и до меня не сразу доходит. - Ах, это… - наклоняю голову набок, улыбаясь. - Что ты - мой любимый мужчина? А разве нет?

- Твой… - выдыхает Марк, глядя на меня блестящими то ли от температуры, то ли еще от чего-то глазами. - Целиком и полностью, без остатка.

Не выдержав тех эмоций, которые отражаются у него на лице, делаю шаг обратно, к нему, закидываю руки ему за шею и обнимаю, прижимаясь покрепче.

- Евушка моя… - тихий шепот, он склоняется к моим волосам, целует.

- Твоя, - соглашаюсь так же тихо. - Тоже целиком и полностью, мой хороший. Пойдем, ты все-таки болеешь, тебе нужно отдохнуть.

Марк, не возражая и не отставая от меня ни на шаг, идет за мной в спальню.

- Тебя не знобит? - спрашиваю тихо.

- Нет, - он качает головой.

- Тогда давай снимем это все с тебя, - тянусь к пуговицам на его рубашке. - Ну что ты делаешь? - улыбаюсь, потому что он мешает мне его раздевать, то поглаживая мои руки, то притягивая к себе в попытке обнять.

- Касаюсь тебя? - мужчина улыбается.

- Снимай брюки и ложись, - хмыкнув, вытягиваю из шлевок ремень.

- С ними ты мне помогать отказываешься? - Марк хитро смотрит на меня.

- Тебе сейчас нагрузки на организм противопоказаны, - фыркаю, но расстегиваю молнию, стараясь не касаться его. - Давай, дальше сам. И ложись уже, ради бога, тебя же качает!

- Это не из-за болезни, - он все-таки заканчивает раздеваться и действительно ложится.

- Если не знобит, то не укутывайся в одеяло, - присаживаюсь рядом. - А то температура только выше станет, - кладу руку ему на лоб и хмурюсь.

По-моему, еще поднялась. Может, сходить попросить у Павла еще и парацетамол?

- Ты почему так нервничаешь? - Марк снимает мою ладонь со своего лба,