Point/Точка - Вероника Благосклонная

— Но у тебя так здорово получается. — с тихим стоном выдохнул он. — Ты же не хочешь, чтобы я считал, будто ты сама ни на что не способна?

Усмехнувшись Нэл взяла его глубже и тогда Бибер не выдержал, чувствуя сладостную боль, которая не давала покоя. Схватив девушку за волосы и почти грубо подняв ее с колен он встал сам и толкнул Нэл на диван. Она поняла его без слов, с замиранием сердца понимая, что сейчас наконец получит то, что так сильно хотела. Она будет с ним, но отчего-то ею завладел страх.

Девушка залезла на диван, встала на колени, повернувшись к нему спиной, опёрлась руками о спинку дивана и встала на него широко расставленными коленями. Прогнувшись в пояснице и оттопырив ягодицы, Элеонора повернула голову и дразнящее посмотрела через плечо на парня, стараясь не показывать своего внутреннего волнения.

Но все же она задрожала, когда обжигающие ладони погладили спину, помассировали ягодицы, шире раздвинули бедра.

— Ты дрожишь. — шепнул Джастин, склоняясь к ее уху. — Ты боишься?

— Мне не будет больно? — смущенно спросила девушка, повернув к нему голову.

— Тебе будет очень хорошо. — заверил ее парень, нежно целуя ее спинку вдоль позвоночника. — Расслабься. — он слегка подразнил девушку, поводив кончиком своей твердой плоти по ее ягодицам и крепко ухватил ее за бедра. Нэл невольно напряглась, когда он замер у входа, но Джастин мягко шепнул: «Не бойся», качнулся и плавно вошел в нее.

Тело девушки тут же пронзило болью, она вскрикнула и зажмурилась, до крови закусывая губы. Было так неудобно, больно, как будто это был ее первый раз. Просто тело не помнило этих ощущений и все казалось таким непривычным.

Джастин сделал круговое движение бедрами и на несколько мгновений остановился без движения, позволяя девушке привыкнуть к нему.

— Я мог бы быть твоим первым мужчиной, Вейн. — его горячий шепот обжег кожу шеи и все, что было в ее голове до этого — исчезло бесповоротно. У Нэл перехватило дыхание, с губ срывались тихие всхлипы, а Бибер помедлив секунду, вышел из нее почти полностью и снова погрузился внутрь, вышел и снова, и снова, находя свой ритм — неторопливый и упоительный. Горячая — влажная — тесная — умопомрачительно хороша. Она наконец осмелела, стала двигаться ему навстречу, выгибая спину и насаживаясь на него до упора. Глаза зажмурены, губа прикушена. Она с трудом понимала, что происходит. И мысли о том, что она занимается любовью с Бибером — сводила с ума.

Заниматься любовью — это каждый миг. Это каждый вздох. Каждый взгляд. Каждое прикосновение. Это признание в любви самим своим существованием. Состояние души, а не тела.

Это не выскажешь словами, да и незачем. Это не покажешь делами, да и ни к чему. Это надо слышать. Ощущать. Чувствовать. В этом надо жить.

И сейчас — вот сейчас! — они занимаются любовью.

Нэл сама того не заметила, как они уже оказались около стенки. Джастин прижимал ее своим телом к прохладной стене, неотрывно целуя ее губы. Он закинул ее согнутую в колене ногу к себе на локоть и продолжил двигаться в ней, ловя ртом ее громкие стоны и сдавленные крики. Он все никак не мог насладиться ее близостью, хотел ее все больше и больше. Он забыл о времени, забыл о том, что за окном уже глубокая ночь сменяется недалеким утром, он видел только девушку перед собой, которая уже еле дышала бессильно цепляясь за его плечи и думал, хорошо, что стены здесь со звукоизолятором.

Силы покидали и его самого, но он был ослеплен девушкой, которая стонала в его руках и с последним толчком вскрикнула так, как ни одна другая женщина, с которыми Джастин занимался любовью. В этом крике было что-то, животное, что-то, рвущееся из самых глубин её естества. Внутри него словно вспыхнуло пламя, яростный взрыв пронзил его с ног до головы, заставляя дрожать от той пылающей лавы удовольствия, которая растекается по жилам. Глаза закрылись сами собой и он уткнулся девушке в шею, судорожно ловя разгоряченный воздух и ощущая, как пульсирует его член в ее теле… Зажмурившись Джастин излился в нее так глубоко, как только мог. У него кружилась голова, ноги, отказывались держать. Он отпустил колено Нэл и обнял девушку за талию, крепко прижимая её к груди и пытаясь отдышаться. Глаза Элеоноры были закрыты, она еле дышала и была почти в бессознательном состоянии, но Джастин был спокоен. Он знал, что сейчас ей хорошо, как никогда. Осторожно взяв девушку на руки он понес ее к кровати, опуская на мягкую постель и поцеловал ее в губы. Он посмотрел на ее уставшее лицо, на котором все еще застыло блаженство. Его вдруг накрыло такое странное чувство, от которого по телу снова разлилось тепло. «Как я мог жить, когда тебя не было рядом?». Видимо, он сказал это вслух, потому что девушка тут же притянула его к себе за шею с тихим стоном «Джастин». Он и никогда и не задумывался, что его имя, сорвавшееся с губ девушки может звучать с такой нежностью. Он не знал до этой ночи. Теперь знает.

Осеннее раннее солнце освещало погруженную в тишину комнату, заливая пространство яркими лучами. Через открытое окно проникал свежий воздух. Джастин только проснувшись, провел пальцами по растрепанным волосам и лениво уставился в потолок. Он был ранней пташкой, всегда, даже в детстве, независимо от того, во сколько засыпал, Джастин всегда просыпался с первыми лучами солнца. Потребовалось некоторое время, чтобы сообразить, что произошло этой ночью. Что бы понять, что все было на самом деле. Вспомнив всё, он довольно вздохнул и лениво потянулся, лёжа в постели. Тело несколько болезненно отреагировало на его движение. Он вдруг почувствовал себя опустошенным, убитым после всеразрушающего секса. Но в то же время он ощущал себя бабочкой, легко порхающей над землей, светодиодной лампочкой, излучающей миллиарды фотонов света. Внутри все еще было тепло от потрясающего удовлетворения.

Неторопливо повернув голову в сторону парень посмотрел на девушку, мирно спящую у него под боком. Она улыбалась во сне. Осторожно убрав темный локон с ее лица он склонился и чмокнул ее в носик, но она даже не почувствовала. Встав с кровати Джастин достал из шкафа серые домашние штаны и направился в ванную, подумывая о том, что это был самый необычный случай в его жизни. Конечно, у него и раньше был отличный секс с другими женщинами, но ни одна из них не была Элеонорой Вейн.