Колдовство — не грех, а средство выживания - Балгереева Алия

— Плата за вход, — разъяснил парень, неверно истолковав мое удивление. — У тебя деньги-то хоть есть?

— Есть, дяденька, — закивала я, торопливо сунула в протянутую ладонь монетки и поспешила скрыться, пока он не спросил, как называется моя деревня и окончательно не испепелил взглядом за «дяденьку».

Глава 6

— Элис! Шевели задом и дуй к посетителям, живо, я тебе не за то плачу, чтобы ты у меня за спиной хомячила пирожки! — и в меня запустили лютней.

Да я всего один, у него все равно бок пригорел. И вообще, отдавать половину прибыли от МОЕЙ работы слегка накладно, но в городе повсюду так. Либо работаешь на поставленных условиях, либо проваливай.

И это я еще торговалась: изначально мне всего тридцать процентов хотели оставить. А благодаря мне, между прочим, число пьяных драк значительно уменьшилось, но кто это оценит? Разве что расторопная Вейка, которая постоянно удаляет последствия ночных погромов.

Я уже в который раз вознесла благодарность разбойникам за вдолбленные в меня навыки, отточенным движением поймав инструмент, и гордо выплыла в зал. Продефилировала к стойке, ловко вскочила на нее, легко коснулась струн. Те отозвались мелодичным звоном, подчиняясь движениям моих пальцев.

Эх, недаром говорят, что мастерство не пропьешь: сколько мне было, когда я в последний раз занималась с учителем? Шесть?

Я картинно тряхнула непослушными волосами и запела, вплетая слова в незатейливый мотив. За столиками притихли.

Помнится, когда я в первый раз здесь появилась, меня восприняли с огромной долей скепсиса, что неудивительно: мелкая пигалица, которая «наверняка даже правильно держать инструмент не умеет» (прямая цитата). Тогда со всех сторон полетели ехидные фразы и оклики, а я, растерянная и взволнованная, застыла перед глазами толпы, которая, подобно огромному хищнику, изучала меня с чисто гастрономическим интересом. Но сейчас даже мужик, собиравшийся вылить своему собутыльнику на голову кружку медовухи, при звуках лютни сел на место и отставил свой напиток в сторону.

Мне нравилось захватывать внимание толпы, чувствовать ее настроение и подстраиваться под него, в какой-то степени даже управлять им. Сейчас я пела шуточную песенку о двух мужиках, не поделивших неизвестно откуда появившегося гуся, застрявшего в ограде. Передняя часть птицы находилась на территории первого, а задняя, соответственно, на стороне второго.

Зал заливался смехом, кто-то, кажется, делал ставки, кому несчастное существо достанется, но я их жестко обломала, так как объявился хозяин гуся, забрал птицу и тем самым избавил две семьи от кровной вражды и мелких взаимных гадостей на всю оставшуюся жизнь. Но всем понравилось, кто-то даже аплодировал стоя.

Я перешла на балладу о рыцаре и драконе, потом спела еще несколько песен. Благо, подзабытые слова, разученные в детстве, довольно легко всплывали в памяти. Завершив концерт переливчатой мелодией без слов, я отвесила грациозный поклон и удалилась.

На стойку за моей спиной дождем полетели монеты. Теперь-то я точно заслужила ужин!

— Слушай, Элис, а у тебя точно в роду эльфов не было? — изогнула черную бровь тетушка Тайла, плюхая передо мной огромную тарелку с отварным картофелем.

Я схватилась за ложку, проигнорировав этот, по сути, риторический вопрос.

Да, когда эльфы жили на этих землях, не было им равных в музыкальном таланте. А сейчас… Я вздохнула и потеребила широкий металлический браслет, искажающий ауру и скрывающий мою магическую сущность.

Я приобрела его у одного лавочника, торговца антикварными вещами. Я только второй день жила в городе и блуждала по его улочкам в поисках домика с какой-нибудь одинокой женщиной, чтобы напроситься к ней на постой хотя бы на первое время. Жить на постоялых дворах не было ни средств, ни желания.

Я уже собралась свернуть в переулок и выйти на соседнюю улицу, как мое внимание привлекла невзрачная лавочка с необычной вывеской. Руны, обозначающие лекарскую лавку, были какими-то смазанными, а стоило мне приглядеться, как они вовсе расплылись, но вскоре сложились в новую надпись. «Лавка магических артефактов и прочих полезных вещиц в помощь чародеям».

Я застыла и медленно подошла к строению. А вдруг это ловушка? Глупо будет вот так просто попасться. Мне же еще жить и жить! Но если нет, то я смогу приобрести парочку необходимых вещиц. К примеру, амулет, скрывающий магическую сущность.

Да ладно, один раз живем! Я решительно толкнула простую деревянную дверь и вошла, готовая в любой момент дать деру. Внутри царил полумрак и пахло травами. Мне навстречу выкатился полный лысеющий мужчина и поинтересовался, чего желает прекрасная госпожа.

Я огляделась в поисках подсказок и заметила на одной из витрин надпись «Древности», при более внимательном рассмотрении преобразившуюся в «артефакты» и ответила, что госпожа желает ознакомиться с древними вещицами. Мужчина засуетился и сообщил, что с этим вопросом мне нужно обращаться к господину Бернилю, к которому меня, собственно, и проводили.

Господин Берниль, в отличие от своего коллеги, имел худое телосложение и был раза в полтора выше. Он внимательно изучал меня пару мгновений, не самых приятных, кстати, в моей жизни, а потом открыл ключом один из многочисленных шкафчиков в его кабинете. Мотивировал это тем, что древности с прилавка не смогут мне помочь, мол, тут нужно что-то более мощное.

Я подумала, что он тоже маг, и присмотрелась к мужчине повнимательнее. Сильный, в движениях видна выверенность и гармония, взгляд цепкий, проницательный.

Господин Берниль разложил на столе передо мной горку украшений, совсем простеньких и незатейливых на вид. Потом прищелкнул пальцами, и комнату окутала легкая дымка какого-то заклятия. Скорее всего, защитного.

— Эти искажают ауру, эти не дают произойти спонтанному выбросу энергии, это — накопители, они помогают пополнить резерв, если он опустошен, — длинный перст по мере объяснений указывал на браслеты, кольца и даже заколки для волос. — Вот эти определяют яды, а эти предупреждают о приближении Ловца. Желаете что-нибудь приобрести?

Я потратила почти все имеющиеся у меня деньги на три браслета, два из которых искажали ауру (лучше перестраховаться), а третий предупреждал о приближении нежелательных лиц. На заколку-накопитель денег не хватило, но я и так осталась довольна покупкой. На выходе меня догнала тихая фраза:

— Будь осторожна, девочка, в этом городе много опасностей, а ты еще слишком молода для того, чтобы не наделать глупостей.

— Так может, — я убрала ладонь с дверной ручки и обернулась, — вы мне подскажете, по каким дорожкам ходить не следует?

Так я стала ученицей колдуна. Неофициально, конечно. Я каждый день приходила в лавку как помощница Вертера — встретившего меня мужчины, — который, кстати, оказался профессиональным лекарем. Он, заметив мой интерес к