В отчаянном разрушении (ЛП) - Елена Дж.

Мои бедра дрожат и болят, пытаясь обхватить его талию. Как только он дошел до конца, нам нужно несколько секунд, чтобы прийти в себя. Наши груди беспорядочно двигаются вверх-вниз, и я прижимаю ладони к его груди. Это застает его врасплох, и я провожу правой рукой по его сердцу.

— Я у тебя в руках, — шепчу я, не понимая, почему мне нужно это повторять.

Он улыбается, поднимает руку и обхватывает мое запястье. Но он не отрывает мою ладонь от себя. Он прижимает свою руку к моей ладони, прижимая ее прямо к своему сердцу, которое практически гудит от неровных ударов.

— Арло, — шепчу я.

— Ты чувствуешь это? Это то, что ты делаешь со мной. Оно бьется для тебя.

На глаза наворачиваются слезы, и всхлип вырывается из груди, а затем вырывается наружу. Слезы капают по моим щекам, но я не пытаюсь их вытереть. Арло наклоняется и прижимается губами к каждой щеке, захватывая их. Мои ноги продолжают обхватывать его талию, а моя киска сжимается вокруг него.

Он стонет от этих ощущений, и я хватаю его за подбородок свободной рукой, притягивая его к своим губам. Я проглатываю его следующие несколько сильных стонов и слов, прежде чем разделить наши губы.

— Я тоже бьюсь за тебя, Арло. Я всегда думала, что никогда не найду такого покоя. Такую безопасность. Но я нашла, с тобой.

— Клементина, — тихо шепчет он. — Ты не это имеешь в виду.

Я крепче сжимаю его подбородок, и он раздвигает губы.

— Да. Я имею в виду каждую унцию этого. Ты тоже чувствуешь мое сердце? — Я переношу наши руки, которые все еще лежат на его груди, на свою, где сердце бьется в груди. — Оно бьется для тебя.

— Я не могу исправить то, что случилось, как бы мне этого ни хотелось.

Он низко опускает голову, и у меня возникает чувство, что он говорит не только о Розе. Я притягиваю его ближе и целую в щеку.

— Ты не можешь исправить то, что уже сделано. Но ты можешь сделать гораздо больше. Ты делаешь гораздо больше. И ты это знаешь.

Он замолкает на мгновение, прежде чем наклониться и поцеловать меня.

— Я не могу залечить твои шрамы, детка. И никогда не смогу. Я бы хотел, но я буду здесь, чтобы дать тебе покой. — Он снова целует меня, прежде чем продолжить. — Я буду твоим миром.

Мои глаза становятся ясными, и я киваю. — Я тоже буду твоим миром.

Он наклоняется ко мне, и мы продолжаем целоваться так страстно, как никогда раньше, и его грудь прижимается к моей до такой степени, что мне уже все равно, придавит ли меня его вес.

Нам не нужно заявлять о большем, и мне этого достаточно.

Его достаточно для меня. Он всегда будет таким.

Мы расходимся, чтобы перевести дух, и он отводит бедра назад, а затем подается вперед и вставляет в меня свой член. С моих губ срывается стон, и он целует меня, проглатывая еще один стон, а затем еще один, продолжая жестоко толкаться бедрами.

Я долго не выдерживаю и быстро кончаю. Он вскоре следует за мной, и мы оба падаем на кровать. Я полна его освобождения, и он притягивает меня к себе, моя голова лежит на его груди.

Его руки гладят мою голую спину, а наши ноги сплетены вместе. В этой спальне я чувствую себя идеально, и мне никогда не хочется уходить. Никогда не хочу покидать его объятия.

— Я хочу продолжить это, — неожиданно говорит он.

Я поднимаю голову и смотрю на него. На его лице появляется улыбка, прежде чем он еще немного погладит меня по спине. Улыбка появляется на моем лице, и я наклоняюсь, чтобы поцеловать его в челюсть.

— Да?

Он кивает.

— Все, что я сказал, было правдой, Клементина.

Он хватает мою руку свободной рукой и притягивает ее к своей груди, где я чувствую биение его сердца.

Мое сердце бешено колотится в груди. Я поднимаю на него глаза, и он смотрит на меня так, как я еще не видела. Вызывающе, с благоговением и... еще одно слово.

Влюбленно.

Его глаза словно искрятся, а в животе порхают бабочки, потому что я тоже это чувствую. Во всем, что мы говорили и делали сегодня вечером. Я чувствую, как она течет по моим венам и льется из его слов. Кажется, это то, что нам не нужно выражать словами.

Я так много чувствую, и это пугает меня до мозга костей. Но он имел в виду то, что сказал, а я — то, что сказала. Он приносит мне мир. Даже если я в ужасе от того, что меня ждет, он дает мне ощущение безопасности.

Он дает мне ощущение, что я могу справиться со всем, что задумаю. Я могу преодолеть все.

— О чем ты думаешь? — мягко спрашивает он. Я кладу голову ему на грудь, чтобы мое ухо оказалось прямо над его бьющимся сердцем.

— Ни о чем, что уже было сказано здесь, — шепчу я, прижимая ладонь к его груди рядом со своим лицом. Я чувствую его поцелуй на своей макушке и еще больше зарываюсь в его грудь.

Его рука на моей спине плавно движется вверх-вниз. Он ничего не говорит в ответ, но ему это и не нужно.

Я чувствую и слышу, как учащается его сердцебиение в ответ на мои слова, и для меня это достаточное подтверждение.

Глава 26

АРЛО

Кажется, что прошло не больше трех недель с тех пор, как Розалия уехала к своей маме. Кажется, что прошло больше времени.

Клементина закончила летнюю школу, и ее присутствие здесь очень помогло. Не думаю, что я смог бы прожить без нее или Фрэнки. С ними дни проходят быстрее, чем я ожидал.

На прошлой неделе, 25 июня, у нее был день рождения, и мы отправились в один из самых дорогих ресторанов города. Это был один из моих любимых вечеров, когда я видел, как она радуется празднику. Это заставило меня взять на заметку, как отмечать с ней более обыденные вещи, просто чтобы увидеть эту улыбку на ее лице.

Розалия позвонила мне на прошлой неделе, чтобы наконец рассказать, где она находится. Она все это время общалась с Фрэнки, но я не решался сказать ей, что знаю. Я изо всех сил старался держать дистанцию и дать ей