Принцип злой любви - Алена Воронина

тяжелыми в моральном плане. В одном случае «убитый» в конец комп школьника с истеричной мамашей, поминутно одергивающих всех домочадцев. Ее громкий голос вызывал во мне дикое желание вылить ей на голову ведро воды.

На втором парочка, которая поминутно целовалась. Я не против чужого счастья никоим образом, но почему-то у меня перед глазами стоял Антон, и эти двое своей любовью на его фоне бесили.

Домой пришла, когда на часах было почти девять, пришлось упасть ниже плинтуса и купить себе по дороге быстро завариваемый суп. Бомжпакет одним словом. Да и не один, а на четыре дня, чтобы точно хватило.

Чайник закипел, кипяток запустил череду химических реакций, обращая порошок и пластиковые макароны в нечто съедобное. Мама и Анька бы меня прибили. Звонок в дверь заставил меня подпрыгнуть.

Да вы шутите?! Время полдесятого!

Я распахнула дверь и удивленно отступила, на пороге стоял Егор в темном пальто, красивый (как всегда) и с ноутом подмышкой. Повисшую тишину разрушил мой громко заурчавший живот.

Хотелось провалиться, но пришлось бы почтить своим присутствием квартиру Петра Петровича. А он и так пострадал от давешнего потопа.

— Если вы и сейчас скажете, Егор Михайлович, что из-за моих недоработок у вас комп не работает, я вас им тресну, клянусь!

Лицо мужчины сначала вытянулось, а потом он широко улыбнулся, отчего стал еще красивее, хотя куда уж больше!

— Опасно иметь с тобой дело, память у тебя хорошая. И перестань уже называть меня на «вы»! Ты вообще меня старше!

От такой наглости я поперхнулась. Но этот жук опять улыбнулся во все тридцать два белых и ровных, черт его дери!

— Посмотришь? — мне протянули ноут.

Я долго исподлобья сверлила взглядом визитера, пока не соизволила отступить, впуская его в квартиру.

— Да, но сначала я поем! Иначе просто упаду!

Взяв "пациента" из рук гостя, я развернулась и проследовала на кухню, величественно урча животиком, предоставив Егору Михайловичу проходить, раздеваться и закрывать дверь. Он появился на кухне спустя минуту. На нем были те самые джинсы, водолазка и… носки. Вы не поверите! С дыркой! Вот уж не ожидала, что этот педант и весь из себя такой красивый мужчина до такого дойдет! Но, к чести Егора скажу, что она была совсем крохотная, и заметила я ее, когда наклонилась за упавшим полотенцем. Почему-то это подняло настроение.

— Супчика?

Спросила из вежливости.

— А есть? — он опустился на диван.

— Есть.

Я достала из шкафа еще одну упаковку, глубокую кружку, долила воды в чайник и щелкнула кнопочкой.

— Ничего, что я так поздно?

— Я сама только пришла. Как Михаил Федорович?

— Все хорошо.

— Так что случилось? — я кивнула на ноут и подала гостю горячий чайник, чтобы он сам налил столько, сколько считает нужным.

— Да ничего, — он помешивал суп ложкой и смотрел на потолок. — Это просто повод.

— В смысле? — не поняла я.

— Повод напроситься в гости на «дошик», я его люблю. Только отцу не говори!

Наши взгляды встретились, и я с удивлением заметила, что в его глазах прыгали веселые чертята, и я вдруг расхохоталась.

Это был тяжелый день, но как ни странно, вечер обещает быть неплохим.

— А где твоя подруга?

Почему-то этот простой вопрос вызвал бурю эмоций. Я виду не подала, но призадумалась, а не пришел ли Егор по душу Анны? А что, она очень красивая внешне и вполне могла ему понравиться.

— Уехала. В Москву. Я теперь одна живу. До февраля точно. А можешь дать профессиональный совет?

— Давай попробую, — кивнул Егор.

— А наследство можно принять до шести месяцев?

— Ну, чисто технически можно, но прецедентов не было. Нотариус должен быть абсолютно уверен, что не появятся другие наследники, а такое возможно только в очень грустной ситуации, когда умирает маленький ребенок и понятно, что кроме мамы и папы наследников нет.

Меня передернуло.

— Жуть какая. А квартиру можно продать заранее?

— В смысле заранее, до получения документов на наследство? Можно предварительный договор заключить и прописать срок на получение документов и заключение основного.

— И деньги получить?

— Если стороны друг другу доверяют. Но это больше между друзьями или родственниками принято, а там даже предварительные не составляют.

— Ммм. Родственниками, — потрогала я задумчиво кончик носа.

— Угу. Блин, вкусный зараза, — вид Егора, вкушавшего изысканный китайский деликатес, вызвал улыбку.

— Знакомый юрист — это круто. Еще бы стоматолога найти знакомого. И чувака из ментовки.

— …?

— Нуу … Ситуации разные бывают.

Я подула на горячий суп в ложке.

— У тебя же тоже есть брат? — вопрос прозвучал неожиданно.

— Да. Вася. Он в Москве живет.

— Я видел фотки в твоем профиле.

О! Он смотрел мой профиль?! Это было несколько неожиданно.

— Он программер. Семейная гордость.

— А ты?

— А я просто старшая сестра. А вы с братом дружили?

— Конечно. Темка, он был, как младший брат. Я всегда его защищал, а он у мамы с отцом в любимчиках ходил, с детства любил музыку, а, сама понимаешь, чувак, который на скрипке играет, не особо котируется у пацанов на улице. Вот мне и приходилось кулаками ему дорогу прокладывать.

— А ты ни на чем не играл?

— На маминых и отцовских нервах профессионально, а так нет. Я тебе больше того скажу, мне медведь на уши наступил. Хотя я понимаю, что Артем писал хорошую музыку. Она не вызывает отторжения, даже наоборот.

— Да, у него хорошая музыка, она у меня в плейлисте теперь постоянно присутствует. Я просто… когда комп мы тут с тобой просматривали, я добавила себя в друзья на его страничке. Прости! — я виновато опустила голову.

— За что прощать? — Егор внимательно на меня посмотрел. — Ты не сделала ничего плохого. Вообще, странно жизнь сложилась…

Он отвернулся к окну, а у меня защемило сердце. И я в который раз сделала глупость. Вот сто раз же уже накалывалась! Дура — дура и есть! И вот опять. Я накрыла его лежавшую на столе ладонь своей и открыла рот, чтобы сказать, как мне жаль. Только в это раз что-то пошло не обычному сценарию. Его ладонь развернулась, и моя рука оказалась в его руке, а его большой палец нежно поглаживал мои пальцы.

Сказать, что меня прошибло током, это не дотянуть до истины на высоту Мауна — Кеа (а именно она считается самой высокой горой). Там внутри все вспыхнуло, загорелось от его прикосновения. Я почти забыла, как дышать. А он повернулся ко мне.

— Спасибо за супчик.

— Не за что.

Его рука скользнула чуть выше по моему запястью.

— Пойдем в пятницу куда-нибудь?

Это