Духовка Сильвии Плат. Дилогия - Юстис Рей

Оказавшись в школьном коридоре, он ранил двух девушек, опаздывающих на занятия. Они закричали, увидев его с оружием. Первой, Кэти Монт, он выстрелил в бедро, второй, Патриции Грант, – в живот. Кэти выжила. Патриция скончалась от потери крови еще до того, как приехала скорая. Патриции было семнадцать лет.

Полиция смогла восстановить весь путь Реднера только после множественных допросов очевидцев. Следующим его шагом, согласно отчетам, стал кабинет химии, где он выстрелил в мистера Супайна, просившего передать ему оружие. К счастью, промахнулся.

После он задержался примерно на пять минут в кабинете физики, где выстрелом в голову убил Джека Джонсона, тяжелого форварда баскетбольной команды. Джеку было восемнадцать лет.

К этому времени в школе началась паника: из классов выбегали напуганные ученики и учителя. В Корке к подобному никто не готовился. Считалось, что это слишком маленький и спокойный город. Здесь такого не должно было произойти, но произошло.

Переходя из кабинета в кабинет, Брэндон подстрелил около девяти человек в коридоре. Далее он оказался в кабинетах испанского и французского. Там ранил еще двоих: легкого форварда «Соколов» Сэма Паркера – в живот и центрового Лиама Галлахера – в плечо. Лиам выжил, но вряд ли сможет играть. Сэм умер в больнице. Сэму было восемнадцать лет.

К тому времени, как он добрался до кабинета литературы и английского языка, учеников и мистера Прикли там не оказалось. Этот кабинет находился в конце коридора, и они услышали выстрелы задолго до того, как Реднер приблизился. И к счастью, они не выбежали в коридор, как делали остальные, а укрылись в кабинете истории через несколько минут после того, как в нем побывал Реднер и зашел в другой класс. Вместе с Прикли находилось двадцать учеников, включая и Кевина. Не учитывая испуга, они не пострадали.

Через пятнадцать минут Реднер добрался до столовой. В мужском зале он раскидал стулья, в одном из них с остервенением проломив сиденье, и попутно выстрелил в одного из школьных работников. Пройдя на кухню, он достал из холодильника молоко, отпил немного и аккуратно поставил обратно.

После столовой Реднер отправился в библиотеку, где укрылось более десятка учеников, не успевших добраться до выхода, включая Сида Арго, Синтию Милитант и Дороти Пай.

Дороти просила его все прекратить, сказав, что у него впереди большое будущее, а он ответил, что не хочет так жить. Мало кто знал, но Реднер посещал психолога, а позже и психиатра, им обоим он жаловался на депрессивные эпизоды и галлюцинации, которые участились в последние месяцы. Он часто говорил о желании покончить с собой. Но никто, включая меня, так и не посчитал это достаточной причиной для беспокойства. Он принимал антидепрессанты в прошлом году, но в этом почему-то перестал. Он сказал Дороти, что университеты «Большой тройки» Принстон и Йель, на которые он рассчитывал, не приняли его на стипендию. Для него, лучшего во всем, это известие оказалось большим ударом.

Далее Реднер приказал всем в библиотеке сесть за круглый стол, стоявший в читальном зале, и не двигаться. Он сказал, что проведет свое религиозное собрание, и предложил Дороти выбрать тех, кто предстанет перед ним. Она отказалась это делать и заплакала. Тогда он ответил, что будет выбирать сам. Он пересчитал всех, кто сидел за столом, включая и себя, насчитав одиннадцать человек. На самом деле их было пятнадцать, но Брэндон не пошел вглубь и не увидел еще четверых, спрятавшихся в подсобке. Поменяв магазин в пистолете, он предупредил, что в нем десять патронов, то есть в живых останется только один. И именно он решит, кто это будет.

Брэндон приказал рассказывать всем о своих самых страшных грехах, чтобы решить, кого оставить в живых. Главное условие – говорить правду. Дороти, которую посадил по правую руку от себя, он сразу же пропустил.

Клэй Форс признался в том, что украл шоколадку в магазине «У Барри», когда ему было десять. Брэндон рассмеялся, посчитав это детским лепетом, и без раздумий убил Клэя выстрелом в голову. Тело Клэя упало вместе со стулом. Клэю было восемнадцать лет.

Кони Бартон сказала, что занималась сексом со своим парнем в школьной раздевалке. Брэндона это не сильно впечатлило. Он пропустил ее.

Ник Томсон признался, что мошенничал на тестах по истории и математике в этом учебном году, а также, что соврал матери о деньгах, которые она дала ему в начале осени на книги. Он потратил их с друзьями, когда они отдыхали в Филадельфии на зимних каникулах. От испуга из него буквально брызнул поток секретов, да так, что Брэндон крикнул, чтобы он заткнулся.

Синтия Милитант долго молчала, но потом призналась, что убила отца, столкнув его с лестницы. Позже Синтия убедила полицию, что, перепугавшись, соврала, чтобы Брэндон ее не убил. Все считали, что Милитант покончил с собой, из-за чего правде, сказанной Синтией, никто не придал значения.

Пропустив ее, он направил оружие на Сида Арго. Они долго молчали, глядя друг на друга. Брэндон заговорил первым:

– И что Вёрстайл в тебе находит?

Сид промолчал.

– Давай расскажи о своем самом страшном грехе. Ты успел развлечься со своей куклой, пока никто не видел? Расскажи нам, здесь тебя никто не осудит. Здесь у всех рыло в пуху. Да и, зная Вёрстайл, тебя бы все поняли.

– Наши отношения не твое дело.

Синтия испуганно взглянула на Сида, молча прося сказать все, что хочет Брэндон, пусть и неправду. Реднер заметил этот взгляд и усмехнулся.

– Кто бы мог подумать, что ты такой ловелас? Сид Арго, как настоящий джентльмен, предпочитает исключительно блондинок. – Он кивнул Синтии: – А с тобой у него что-нибудь было?

– Нет, – ответила та.

– И что, хочешь сказать: у тебя никаких грехов? – он снова обратился к Сиду.

Сид долго молчал. Он не сказал бы про Милитанта, потому что возненавидел бы себя еще больше, если бы признался в том, что мы сделали.

– А о своих грехах ты нам не расскажешь? – поинтересовался Сид.

– Здесь только я задаю вопросы.

– Как удобно получается.

– Понимаешь, Арго, все мы грешники…

– Но некоторые больше, чем другие.

Реднер проигнорировал последнюю фразу.

– …так что выходит, что я должен убить всех вас без разбора. Но я даю вам шанс. Не зли меня. Я пока добр. Хотя, поверь, мне это очень трудно дается.

– Все плохое, что я совершил, я совершил ради нее, поэтому мой единственный грех лишь в том, что я люблю ее.

– Кого – ее? – прикрикнул Брэндон.

– Флоренс. Флоренс Вёрстайл. Я