Головная боль майора Стрельцова - Эллин Ти

— Предлагаю принять душ быстро, — улыбаюсь ему. Все еще не подхожу. — А мы с ужином будем ждать тебя здесь.

— С ума сведешь меня… — бормочет он и через минуту уже принимает душ. И на самом деле делает все это так быстро, что я даже не успеваю хоть немного выдохнуть! Потому что буквально через одну песню вкусно пахнущий своим гелем для душа Миша возвращается на кухню и мне приходится чуть ли не убегать от него, чтобы он сел на свое место за стол, а не начал приставать ко мне.

Хотя что скрывать, я этого больше всего хочу…

— Как день прошел? — спрашиваю у него, накалывая на вилку овощи. На мне все еще кружевное белье, которое вообще ничего не скрывает, пояс и чулки. Я оголена настолько, что во время секса Мише даже не придется меня раздевать, серьезно.

— Издеваешься надо мной? — он почти рычит, но на губах хитрая улыбка. Он сдается мне и я таю от этого, принимает мои правила игры и даже медленно, но начинает ужинать.

— Нет, с чего бы?

— Не могу думать о работе, когда единственное, что я хочу сделать сейчас — это сожрать тебя.

— Могу предположить, что тебе понравилось белье, — прикусываю губу.

— Мне нравишься ты, Кать. В любом одеянии. Особенно без него. Но еще больше мне нравится, когда ты не проверяешь мою выдержку, зная, что ее у меня нет, когда дело касается тебя.

— Ничего я не проверяю…

— Да ну? — он усмехается. Этот диалог в полутьме такой романтичный, что по бедрам бегут мурашки. Я на самом деле просто жду секунды, когда он сорвется. Потому что точно не сможет терпеть до конца ужина. Он даже толком не ест… — А что ты делаешь?

— Просто кормлю тебя, — пожимаю плечами. Он снова усмехается. Очень лукаво и так сексуально! Что я готова сорваться первой.

— Ну-ну. Подай, пожалуйста, пиалу для соуса к мясу, если тебе не сложно, — просит Миша, и я чуть не бью себя по лбу. Правда забыла о ней!

Встаю, подхожу к шкафчику, а они у нас тут высокие, и чтобы дотянуться к тарелкам, надо встать на носочки, что и я делаю, и тут же понимаю, что никакая посуда ему была не нужна! Не более, чем отвлекающий маневр, потому что я не успеваю даже шкафчик открыть, как его сильные руки уже прижимают меня к крепкому торсу, а горячие губы впиваются в шею.

— Миша! Стой, а ужин…

— Тобой поужинаю, — рычит он, и тут же разворачивает меня лицом к лицу. Я забываю все! Вообще все! Когда он так близко и такой страстный… Я думать ни о чем не могу, кроме него и того, как сердце бешено стучит в груди из-за его присутствия.

— Ты непослушный, — бормочу в поцелуй, и ахаю, когда одним рывком Миша усаживает меня на столешницу, впиваясь в грудь прямо через кружево. — Боже! Миша!

Но Миша больше не слышит… И не медлит. И я в целом очень согласна к этому подходу сегодня, потому что никто из нас явно не хочет долгой прелюдии или какой-то щемящей нежности. Не сегодня! А этот мужчино удивительно всегда угадывает мои желания и настроения.

Поэтому уже через минуту крышесносных поцелуев и касаний он отодвигает в сторону мои трусики (я же говорила, что ему не придется меня раздевать) и входит мощным и быстрым толчком. Каждый раз до искр из глаз! Каждый раз до головокружения! Его размеры, во всех смыслах этого слова, сводят меня с ума, я каждый раз теряю себя, когда мы сливаемся в одно целое.

Это уже такие известные, такие знакомые, но каждый раз такие новые ощущения. К ним нельзя привыкнуть в плохом смысле слова, но в хорошем смысле к ним невозможно не привыкнуть!

Миша не тормозит, он двигается сразу, вторгаясь в меня глубоко. Целует, трогает, сжимает бедра и грудь, касается, кусается, не скрывает ни единой эмоции!

Пошлый звук шлепков разносится по всей квартире, стоны срываются с моих губ один за одним и я совсем не могу иначе. Рядом с Мишей только так, то крика и сорванного голоса…

Мне кажется, что нас слышат все соседи, но иначе не выходит! Миша двигается так резко, что оргазм не заставляет себя ждать: я кончаю быстро и так сильно, что из глаз тут же текут слезы, а на губах появляется мечтательная улыбка.

Миша кончает следом, крепко целуя меня в губы, и еще пару минут мы просто стоим прислонившись лбами друг к другу и тяжело дыша. Я знаю, что ночью он возьмет свое еще раз, обласкает меня всю с ног до головы и не оставит без внимания ни единого сантиметра тела, но сейчас нам обоим нужно было жестко и быстро и это было выше всяких похвал.

— Ну, а теперь можно поужинать, — говорит он шепотом. — И рассказывай, как прошел первый день. Мне все-все интересно.

Я его так люблю…