Королевство Крови и Судьбы - К. Р. Макрей

Я срываю ремень с головы.

— О, Каз… — Мой голос срывается, и я бросаюсь ему на шею, вцепившись в него мертвой хваткой. Я издаю дикий крик и зарываюсь лицом в его грудь.

— Все в порядке, Бри. Теперь ты в безопасности. Я держу тебя. — Он обвивает меня своими сильными руками, заслоняя от агрессии Каспиана, который продолжает избивать Малрика в кровавое месиво.

— Как. Ты. Посмел. Трогать. Ее! — гремит Каспиан, выделяя каждый слог ударом по лицу.

— Давай вытащим тебя отсюда. — Не дожидаясь ответа, Каз поднимает меня с земли и без усилий выносит за дверь.

Я еще раз оглядываюсь на Каспиана и Малрика, который, кажется, не двигается.

— Ч-Что, если он превратится в оборотня?

— Он не сможет превратиться, — объясняет Каз, вынося меня через узкий проход к дверям подвала. — Он без сознания.

Коридор, ведущий к моей камере, усеян телами соплеменников Малрика на полу. Члены королевской стражи надевают кандалы на тех, кто еще жив, и тащат их вверх по лестнице на свежий воздух.

— Как ты протиснулся сюда в своей волчьей форме? — спрашиваю я.

— Было тесновато, но я справился. — Каз следует за солдатами вверх по лестнице и ступает на мягкую землю. Он проходит еще несколько ярдов к куче одежды, брошенной на земле. — Ты можешь стоять?

Я дрожа киваю, и он помогает мне опуститься на ноги, удерживая меня. Шок начинает охватывать меня, мое тело сотрясает сильная дрожь, и я протягиваю руку, чтобы коснуться его груди, убеждаясь, что он реален. — Как вы меня нашли?

— Твоя кровь. — Каз натягивает рубашку через голову, затем натягивает штаны. — Оборотень может выпить кровь своей пары, чтобы найти ее. Это привело меня прямо к тебе.

Я качаю головой.

— Не могу поверить, что ты правда здесь. Если бы вы не пришли вовремя… — Мой голос затихает.

— Мне только жаль, что мы не пришли раньше. — Его голос срывается, прежде чем он обвивает меня своими сильными руками, прижимая к своей широкой груди.

Мы стоим там в тишине, крепко обняв друг друга, пока армия Каспиана собирает весь клан Вороньей Скалы. Поле полно снующих солдат.

У клана Малрика не было шансов. Каз и Каспиан застали их врасплох и численно превосходили.

Через несколько минут окровавленное, избитое тело Малрика вылетает из дверей подвала и с глухим стуком падает на землю — как тряпичная кукла, брошенная в воздух. Каспиан выходит следом, отряхивая одежду.

Все поворачиваются, наблюдая за происходящим. Каспиан подходит к бессознательному телу Малрика и со всей силы бьет его ногой в бок.

— Просыпайся.

Малрик стонет, корчась в траве, и открывает свое лицо, избитое до неузнаваемости. Его неповрежденный глаз подбит и опух, кровь струится по лицу из порезов на лбу и носу.

Каспиан указывает на Малрика и поворачивается к толпе солдат.

— Пусть это послужит примером того, что бывает, когда вы бросаете мне вызов. Этот предатель вместе со всем своим кланом будет стерт с лица земли. Я вычеркну их наследие из исторических книг этого королевства, и они будут полностью забыты.

От его угрозы дрожь пробегает по моему позвоночнику. Я знаю, что Каспиан имеет в виду каждое слово.

Каспиан вдавливает каблук сапога в ребра Малрика, вынуждая его издать сдавленный крик.

— Уберите его с глаз моих долой.

Несколько стражников выходят вперед, заковывают Малрика в кандалы и уволакивают туда, где собраны остальные пленники. У каждого из них запястья связаны веревкой, и я не уверена, обман ли это света, но, кажется, веревки светятся.

Каз перехватывает мой взгляд.

— Зачарованные веревки. Похоже, они не дают оборотням превращаться. Ты в безопасности, Бри. Они не смогут тебя обидеть.

Как только Каспиан отрывает взгляд от Малрика, он ищет меня в толпе солдат. Когда его взгляд падает на меня, он материализуется рядом со мной, используя свою вампирскую скорость, чтобы добраться до меня менее чем за секунду.

Я выхожу из объятий Каза, чтобы обнять Каспиана, вдыхая его запах.

— Бри, мне так жаль, — шепчет он мне в волосы. Его руки крепко обнимают меня, он покачивает меня из стороны в сторону. — Прости, что мы не добрались раньше.

— Я в порядке. — Я зарываюсь лицом в его плечо. — Вы пришли как раз вовремя.

— Но ты вообще не должна была через это проходить. — Он отступает на шаг, чтобы посмотреть мне в глаза, крепко держа меня за плечи. — Он использовал тебя как пешку в своей вендетте против меня. Тебя вообще не должно было это коснуться.

Я отступаю и беру каждого из них за руку, сжимая руки обоих своих мужчин.

— Я просто хочу домой.

Каспиан кивает.

— Да, давай вернем тебя в замок. Нас ждет долгая дорога.

— Наш дом на Земле, — говорит Каз, сузив взгляд на Каспиана. — А не здесь, в Багровой Долине.

— Дом там, где вы оба, — отвечаю я, сжимая его руку.

Каз отпускает мою руку и отступает, прочищая горло.

— Я найду тебе лошадь. А сам пойду рядом в волчьем обличье.

— Каз, подожди. — Я тянусь к нему, но он отходит, пока у него не оказывается достаточно места для превращения. Звук ломающихся костей разрывает воздух, заставляя меня поморщиться и отвернуться, но когда я снова смотрю, его величественный волк фыркает.

Это повод не разговаривать со мной.

— Он знает о нас, — тихо говорит Каспиан. Помолчав, добавляет: — Дай ему время смириться.

Каз отказывается смотреть на меня, и я не виню его. Он поворачивается и трусцой направляется к лошадям, опустив хвост.

Обратный путь в замок занимает весь день, и к тому времени, как мы прибываем, красное солнце уже садится за горизонт. Элоуэн выбегает во внутренний двор поприветствовать нас, и я спрыгиваю с лошади, чтобы броситься в ее ждущие объятия.

— О, Бри, я так за тебя волновалась!

Я слишком устала, чтобы отвечать. Все, что я могу, — это прижимать ее еще крепче.

— Ты сможешь дойти до своей комнаты? — спрашивает она. — Или тебе нужна помощь?

— Я дойду, — слабо говорю я. — Все, чего я хочу — горячую ванну и поесть.

— Конечно. — Она кивает и обнимает меня напоследок, прежде чем взять за руку.

Прежде чем она ведет меня в замок, я оглядываюсь через плечо на Каза и Каспиана. Я машу им обоим, давая знать, что иду наверх, и Каспиан понимающе кивает. Волк Каза фыркает на меня, что я принимаю за знак.

Спасибо, что есть Элоуэн, на которую можно опереться, пока я поднимаюсь по лестнице. Кости ломит, я хромаю в свою комнату,