Поздняя любовь - Елена Вернадская

— Меня зовут Виктор Григорьевич Шаповалов. Я — твой отец, — как-то неуверенно сказал мужик.

— Аааа, Шапавалов, — хмыкнул Саша. — Виктор Григорьевич… Да, такое ФИО в моем свидетельстве о рождении есть, правда появилось оно там, когда мне 10 было и ничего не изменилось после этого. Так что ты не отец, а обычный донор спермы.

— Саша, я понимаю, что ты на меня зол… — Виктор опустил голову. — Да я и сам на себя злюсь, но ведь никогда не поздно исправлять ошибки.

— Ошибки? — Саша и правда начинал злиться. — То есть бросить беременную девушку, заставить ее пойти в суд, чтобы выбить из тебя алименты, пройти через тест ДНК, потом развестись со своей женой только, чтобы не платить нам слишком много, забивать х*р на сына 25 лет — это всего лишь ошибки⁈

— Саш, я понимаю…

— Да что ты на хрен понимаешь? — перебил Виктора Саша, повышая голос.

— Саш, я виноват, очень виноват…

— Что мне теперь от твоего виноват? Ты мне нужен был, когда я был мелким. Что сделал ты, когда мы с тобой встретились? Правильно, сделал вид, что нас с мамой там нет. Тогда я и понял, что такой папаша мне не нужен.

— Саш, прошу…

— Короче, чего тебе надо? — этот клоун начинал Сашку утомлять.

— Саша, я хочу наладить наше общение, узнать тебя поближе, — Виктор посмотрел на Сашу с надеждой.

Кроме злости и возмущения Саша ничего не чувствовал.

— Не нуждаюсь! — отчеканил парень.

— Саша…

— Ты что тупой? — Сашка готов уже был орать на мужика. — Катись отсюда туда, откуда приперся. Разговор окончен.

Развернувшись, Саша поспешил в лифтовый холл. Не хватало еще опоздать из-за всяких.

Взглянув на часы, парень прикинул, что еще успеет набрать маме и рассказать о неожиданной встрече.

*Популярный мессенджер «Telegram»

Глава 10. Кира

— Да чтоб тебя! — выругалась Кира, завершив разговор с сыном, — Что ж ты Виктор к нам прицепился?

Не успела Кира зайти в свой рабочий кабинет, как Сашка огорошил ее новостью, что Шаповалов нашел его на работе. Что происходит, черт побери? Какого лешего Виктор приперся из столицы? Разыскал, где Сашка работает. 25 лет делал вид, что сына у него нет, и тут на тебе, отцовские чувства появились? Никогда не поверю. Что ж тебе, Виктор, надо? Так, стоп, Сашка сказал, что он очень плохо выглядит, желтый какой-то… Заболел серьезно и решил исправлять косяки прошлого? Опять не верю. Что-то здесь не так! Надо позвонить Оле. Сейчас дела разгребу и в обед наберу.

Но обеда ждать не пришлось. Оля позвонила сама.

— Привет, Кира! — радостно пропела подруга.

— Привет, Олькин! — улыбаясь ответила Кира. — На ловца и зверь бежит. Собиралась в обед тебе звонить.

— Ну что тут скажешь, у дураков мысли сходятся, — вспомнила Оля их университетскую поговорку.

— И не говори.

— Кир, я вообще поговорить с тобой хотела… — Оля сделала паузу, — об одном деликатном деле.

— Я слушаю.

— Дело касается Шаповалова…

— Шаповалова? — Кира даже дышать перестала.

— Кира, я знаю, что ты его жизнью не интересуешься, — затараторила Оля, — но это может быть важно для вас с Сашкой. Короче, Валера вчера огорошил меня новостями о Вите. Ты же знаешь, они почти не общаются, а вчера где-то пересеклись. В общем, Шаповалов болен, что-то с печенью, все очень серьезно. Он ищет донора.

— Донора, — прохрипела Кира и замерла.

— Да. Печень же такой орган, что можно половину пересадить и жить дальше и донору, и больному. Валера вчера мне сказал, чтобы я тебя обязательно предупредила об этом. Сашка его крестник, мы его любим, и не исключено, что Шаповалов и к Сашке может обратиться. Гоните его в шею.

— Оль, а зачем ему Сашка, если у него дочь взрослая? Она же только на несколько лет младше Саши, — отмерла, наконец, Кира.

— Да кто ж его знает, этого Шаповалова. Может не подходит, а может свою кровиночку жалко?

— А мою значит не жалко? — в ужасе спросила Кира.

— Кирьчик, это всего лишь предположение, — постаралась успокоить Оля. — Может Валера себе что надумал. Но согласись, информация лишней не будет. Как говорится, предупрежден значит вооружен.

— Оль, спасибо тебе. Будем на чеку.

Кира попрощалась с подругой, сбросила вызов и схватилась за голову. Это что ж себе эта сволочь надумала? От одной мысли, что ее Сашке отрежут полпечени, Кире стало нехорошо. И вместе с этим, в душе поднималась злость. Вот отчего у Витюши вдруг проснулась отцовская любовь! Его старшей дочке 22, младшая еще несовершеннолетняя. С младшей понятно, а вот почему старшая донором быть не может? Хотя какая разница, главное пусть к Сашке не лезет.

Может позвонить этой сволочи? И что ему предъявлять? Он же ни слова не говорил о пересадке? Скажет, что серьезно болен и хочет исправить ошибки. А вдруг он сможет задурить Сашке голову? Он же добрый у меня. Так, стоп. Но он же не дурачок. Да и пусть Витя сначала хотя бы поговорить попробует — Саша, конечно, добрый, но с неприятными людьми бывает довольно резким.

И надо Сашку предупредить. Но позже. Сегодня пятница и он с Дашей и со своей компанией на все выходные уезжает на базу отдыха. Не буду ему портить настроение. Поговорю в понедельник.

Немного упокоившись, Кира взялась за работу. В помещении их библиотеки имелся небольшой выставочный зал. И сегодня там открывалась выставка пейзажей местного художника. Кире, как заведующей, нужно было сказать небольшую приветственную речь. Но сначала надо было проверить, все ли готово. К счастью, и выставка была оформлена идеально, и само открытие прошло без сучка и задоринки.

В 16.45 пришло сообщение от Алексея, который еще с утра предупредил, что срочно выезжает на объект, там какие-то косяки вылезли.

Бэкхем: «Буду минут через 15–20. Только не убегай без меня».

Кира: «Хорошо, жду».

Сегодня Кира точно никуда не хотела убегать одна, ей срочно нужно отвлечься, и встреча с Алексеем как нельзя кстати.

Глава 11. Кира

— Привет! — поприветствовал Алексей, буквально влетая в кабинет к Кире. — Я не опоздал?

— Привет! — ответила Кира улыбнувшись, — Ну я же не ушла, значит не опоздал.

— Это хорошо, потому что у меня на тебя большие планы, — заговорщицки подмигнув, сказал мужчина.

— Серьезно? А меня в них посвятить не желаешь? — театрально округлив глаза, улыбнулась Кира.

— Конечно, собираюсь. Сейчас мы поедем перекусим, я голодный как сто тысяч волков. А потом мы с тобой идем в кино!

— В кино? Сто лет не была