Заноза - Анфиса Шторм

Влада. Можно спросить?

Вадим. Не обязательно так формально. Рабочий день закончился.

Влада. Меня ненавидят?

Вадим. Кто?

Влада. Все на меня так смотрят...

Вадим. Ты им интересна. Все же видят, что я всё равно отношусь к тебе по-особенному.

Влада. Я работаю как и все.

Вадим. Я устроил на работу девушку — это уже повод для слухов.

Влада. Что... через постель?

Улыбнулся.

Вадим. Нет. Сам факт, что я по-особенному отношусь к какой-то девушке. Этим ты и выделяешься на фоне остальных.

Влада смутилась; сердце колотилось.

Провёл пальцем по её губам.

Вадим. Ты ещё смущаешься... меня... Ты же чувствуешь.

Влада отвернулась.

Вадим. Я всегда был холоден к девушкам. Да, красивые, симпатичные, но ни одна не цепляла. Когда мне хотелось секса, я просто выбирал симпатичную, но секс был механический, сухой, безчувственный. А ты... нечто другое. Ты... живая. И я оживаю... Хочу взять тебя под крыло. Хочу заботиться. Никогда такого не чувствоваал. Ты меня как будто разбудила...

Влада. Ты же... ненавидишь...

Нырнул пальцами в её волосы, держал за лицо; глаза в глаза.

Вадим. После всего что было ты на самом деле так думаешь? Что я ненавижу? Это было сопротивление чувству. И когда ты тогда пришла... я испугался. Думал прогоню тебя — и чувство пройдёт. Чувство — это зависимость.

Влада. Избавься от меня.

Вадим. Не хочу. Мне нравится это чувство.

Влада. Ты же говорил не искать защитника и спасателя.

Вадим. Ищи... другое.

Влада. Ты меня... любишь?

Вадим. Не гони лошадей.

Руки скользнули на талию прижал её к себе...

Поцеловал...

Усадил её на стол, обхватила его ногами за талию...

Влада. А... полюбишь?

Вадим. У меня с тобой многое впервые...

Влада. Честно. Хочу честно.

Вадим. Не жди от меня того, что я дать не могу.

Спрыгнула со стола. И вышла из кабинета. И больше не вернулась...

15

Вадим и Влада всё равно виделись — городок-то маленький.

На улице. Делали вид, что не знакомы. Больше не враждовали. И так погано обоим...

А в клубе она стала бывать чаще, чем никогда — выручала свою подружку Валю.

И вот снова... слово за слово... И снова встало на рельсы: ссоры, обзывательства, факи.

Заноза!

И дорого она обходится ему. Дело не в деньгах. А в том, что она периодически маячит перед глазами.

Не собирался он бегать за ней. Но он бегает от неё... Вроде, вот она — только протяни руку. Но нет же. Гордый. Решил, что девушки в его жизни будут одноразовые... Этого принципа и придерживается. Но в груди всё горит. Когда её нету в поле зрения — это непонятное чувство тлеет. А когда рядом... разгорается...

Но она ведь не простила. Обижается ещё. Что однажды отверг её...

* * *

Вадим и Ваня мчали в квартиру матери Влады.

Ваня. А что это за шутки, что "она громко орёт по ночам".

Вадим. Потому что ей кошмары снятся. Я даже не представляю как трэш она пережила... Она бежала, но поскальзывалась в крови...

Он содрогнулся.

Вадим. Это пиздец... В её день рождения... Кто-то прям хотел, чтобы этот день вдвойне ей запомнился... Кто-то настолько её ненавидит...

* * *

Блочная хрущёвка. Парни поднялись на последний — пятый — этаж. Печать на опечатанной квартире сорвана. Тишина. Видна полоска света.

Открыли дверь, вошли в квартиру. Вадим идёт первый. Ваня следом. Первый шаг — и сразу ступили в жижу. На полу стоит вода. Потолок протекает. И вонь невыносимая. Застоявшаяся вода вперемешку с мусором, неотмытой кровью... воняют. Но где-то здесь Влада. Парни Вани доложили, что она не выходила из подъезда. В этом подъезде нету выхода на крышу.

Плавными шагами перемещались по квартире — искали Владу. Не хотели её вспугнуть.

Вошли на кухню... а она сидит... забившаяся в угол... Бледная, перепуганная. Обхватила руками колени. Ох... вид жалкий. Так и хочется обнять её, прижать к себе. Быть защитой.

Ну вот зачем она сюда пришла? Чтобы травмировать себя ещё больше? Чтобы снова пережить тот ужас?

Вадим. Бля...

Вадим шагнул к перепуганной девушке, взял её на руки, и понёс из квартиры. Прижимал её к себе покрепче — чтобы она почувствовала защиту.

Влада затрепыхалась, обернулась к кухне.

Влада. Папка. На подоконнике.

Ваня взял папку. Потом разберутся что там. Главное: унести её сейчас отсюда. Вонь невыносимая. И Влада мокрая — сидела же тоже в этой жиже.

Ваня аккуратно закрыл дверь.

Ваня. Надо позвонить знакомым ментам. Пусть тут подчистят. Опечатают заново. Чтоб у занозы не было проблем.

Вадим. Дай команду Вове.

Ваня кивнул...

* * *

Вышли на улицу; Вадим достал ключи от своей машины, снял с сигнализации; протянул ключи другу.

Вадим. Ты веди. Я не хочу её отпускать

Ваня кивнул.

Никогда они не делили девушек. Даже мыслей таких не было. Не было даже такого, чтоб им одна девушка нравилась. Но заноза зацепила их обоих... Но и ссориться сейчас, выяснять что-то или предъявлять ей — неуместно.

Сел за руль; Вадим сел на заднее, не отпуская Владу. Она приуспокоилась. И даже задремала.

Ехали с открытыми окнами. Но вонь в замкнутом пространстве такая, что срабатывает рвотный рефлекс...

16

Приехали в дом Вадима.

Парни усадили её в ванную, в полумраке. Но всё равно пришлось раздеть её догола. Она не рыпалась. Смотрела куда-то перед собой, переодически глубоко вздыхая. Даже не плакала. Она как в шоке. И как будто вообще не понимает где она и с кем, что с ней вообще делают.

Намылили её гелем для душа с фруктовым запахом, аккуратно в четыре руки вымыли. Всю. Везде. Даже волосы.

Она сидела, согнув ноги в коленях, и разрешала мыть её. Такая покорная. Давно Вадим её такой не видел... После трагедии да, она была тихая.

Поставил её на ноги. Так же, в четыре руки, вытерли её насухо. Надели халат — есть только его, мужской.

Вадим отнёс её в свою кровать.

Положил её посредине, аккуратно; накрыл одеялом — завернул как в кокон.

Она легла на бок.

Вадим. Присмотри за ней.

Ваня кивнул, а Вадим наспех принял душ и переоделся — треники и майка.

Лёг рядом. На бок. Лицом к ней.

Ваня также наспех вымылся, оделся в шмотки друга. Не впервой надевать шмотки друга.

В былые времена они жили на два