Случайный зигзаг - Ирина Кириленко

Последний день перед отлётом снова провели в Загребе. В «свободном полёте». Вся группа разделилась на мелкие группки и разбрелась по городу, получив «свободное время». Мы с Маринкой накупили сувениров и подарков, которых, к тому моменту, и без того у нас набралось полные сумки. Кому я стану это всё дарить? Кто у меня есть из близких? Телевизор с чайником?..

Как-то незаметно навалилась чёрная липкая тоска. Вот и закончились твои внезапные каникулы, Снежанна. Пора домой…

Все три часа в самолёте провели в гробовом молчании. Даже никто не спал. Всех сломила необходимость вернуться назад в серую реальность. И, судя по всему, у меня ещё не худший вариант. По крайней мере, нет страха перед материальным «завтра»: пусть маленькая, но своя квартирка, пусть не очень прибыльная, зато любимая работа с какими-никакими перспективами… И Валера… Или уже нет? Нет у меня больше никакого Валеры?..

Глава 8. ОЧЕНЬ ТЯЖКИЙ ДЕНЬ ЗАХОДИЛ ВЧЕРА

Вот ты, Снежка, и вернулась в свой любимый Питер. Самый лучший город на Земле! Это да, конечно, лучший. Но не сейчас. Сказочная Хорватия осталось где-то далеко-далеко. Как сон. Как другая реальность. Туманным облачком на горизонте.

А Питер? А что, Питер… Питер, в своей обычной манере, приветливо встретил блудную дочь солёными чёрно-грязными сугробами вдоль дорог, неизменной корявой гололедицей на тротуарах и промозглым пронизывающим ветром в лицо. Никогда не замечали, что здесь ветер всегда обязательно дует в лицо?

Вылезла из такси, привычно кинула взгляд на свои тёмные окна и поплелась домой. Не было никаких сил переодеваться, принимать ванну или даже ужинать. Или это уже завтрак?.. Кинула в прихожей, ставшую вдруг неподъёмной, сумку, скинула шубейку с ботинками и так и упала одетая на кровать. Подобрала со всех сторон одеяло, накрылась с головой и умерла…

Полное физическое и моральное опустошение. В голове — серый беспросветный туман и нет никаких мыслей и желаний. Даже плакать не могу. Просто лежу. Просто умираю. Бесчувственное тело. Оболочка…

* * *

С утра поднялась в мрачном настроении. Нехотя вылезла из-под одеяла. Прям на пол скинула с себя джинсы и джемперок и поплелась в ванную.

Н-да… конечно, сон в полном макияже никого не красит… А, если ещё добавить хмурый взгляд и кривую злобно-насмешливую полу-улыбку, картинка в зеркале просто откровенно пугает. Такой себе голодный людоед-социопат в безумном раскрасе и с кровожадным огоньком в глазах. Сейчас выскочу за дверь и пойду убивать налево и направо. Без разбора.

Кое-как заставила себя принять душ и немного взбодрилась. Привела себя в относительный порядок и даже что-то там перекусила. Какие на сегодня планы?

Сегодня планы неприятные, тяжёлые. Но надо. Во-первых, для разминки, съездить в студию, снять со стекла бумажку с «временные творческие каникулы, извините», потом позвонить Валере и договориться, когда можно подъехать забрать барахло. И да, третье: купить чемоданы… Ну, и так, по-мелочи: уборка в пыльной квартире и разборка сумки и стирка «хорватских» вещей.

Начала, всё-таки со стирки-уборки: вообще не хочется вылезать из дома, из своей уютной безопасной скорлупы. Когда уже в доме всё засверкало и, к сожалению, придраться было абсолютно не к чему, задумалась. Нет, Валере я звонить не буду. Зачем растягивать «удовольствие»?!

Куплю чемоданы и просто поеду. Да! Сюрпризом. Если он дома — хорошо. Извинюсь за беспокойство и соберу вещички. Если его нет — тоже неплохо. Поеду счастливая восвояси: на этот день можно выдохнуть, а о завтрашнем, я подумаю завтра. Точно! Так и сделаю...

Но сначала — работа! Все сомнительные развлечения — потом. Не ты же, Валерочка, меня кормишь, а моя фотостудия. Вот потому она и в приоритете! Без обид!

* * *

Когда приехала в фотостудию и разобралась со всеми текущими делами, внезапно зазвонил телефон… С громко колотящимся сердцем взглянула на экран: ВАДИК??? Фух! СЛАВА БОГУ, просто Вадик… хм…

— Чего тебе, просто-Вадик? — проскрежетала хрипло без приветствия.

— Снежанна, извини… я понимаю, что не должен… но, помнишь, мы договаривались, если у кого-то из нас возникнут проблемы, а второй сможет помочь…

— Мы, помнится, любимый, «договаривались», если У МЕНЯ возникнут проблемы. А ты, вроде бы никаких у себя проблем не предполагал…

— Снежан, давай начистоту! Ты передо мной очень и очень сильно виноватая! Не хочешь ситуацию поправить? Карму, там, подчистить, совесть хоть немножечко заткнуть?

— Господи, Вадик, какой же ты мелочный! Почему я раньше в тебе этого не замечала?..

— Мы оба друг в друге многого, как выяснилось, не замечали. Ну, так что? Поможешь? Проявишь человеческое сострадание?

— Ладно, чёрт с тобой, подъезжай сейчас к салону. Я пока свободна. Чем смогу, тем помогу…

* * *

Вадим подъехал минут через сорок. Что, Вадюша, прям ТАК тебе горит? С другого конца города и всего за сорок минут по пробкам — это прям безумный рекорд!

Сварила кофе, уселись за столик:

— Я тебя внимательно слушаю. Вываливай, не стесняйся!

— Понимаешь, Снежка… тут такое дело… не знаю, как сказать…

— Во-первых, для тебя я — Снежанна. А во-вторых… Господи, Вадик! Что ты мнёшься и мямлишь?! Если мы сейчас станем рассусоливать про «понимаешь» и «не знаю», то до утра не закончим. А у меня, между прочим, весь день расписан! Да что с тобой?! На себя не похож. Влюбился, что ли?

— … кажется, влюбился… извини…

— Да мне-то что? Мне, вообще, по-барабану. А за Новый год — прости. Стратегический просчёт и бабские бредни… Самой сейчас стыдно.

— Вот, кстати, насчёт Нового года… Ты, когда тогда к нам приехала…

— Всю малину поломала!

— Точно! А теперь, я даже не знаю, как всё исправить. Таня тогда просто сбежала… и теперь…

— Блин, Вадим! Ты же взрослый человек! Мужчина. Поговорить с Татьяной пробовал? Если что, вали всё на меня! Тем более, всё так и было.

— Она меня игнорирует. И все попытки перейти от работы к личному пресекает. На корню. Спокойная сидит, как удав. Не знаю даже, как её расшевелить…

— Есть один старинный, простой и безотказный способ «шевеления»: ревность. Ни одна баба, ни один мужик не устоит!

— И как всё это… кхм… провернуть? Ты приедешь в офис и мы прям там, в приёмной, картинно позажимаемся? У Таньки на глазах.

— Дядя Вадик, ты дурак? Причём, на всю голову! Ты и так от моего новогоднего сюрприза не отмылся, а тут мы с тобой ещё и все догадки подтвердим. Чтоб у Татьяны твоей даже не было сомнений, что ты подлец и ветреный мудак. А она для тебя