Мишень Номер Один - Вета Мур

– Валь, а ты не планируешь рассказать своему престарелому парню… правду? – невзначай бросил Андрей.

– Рот свой закрой. Иначе, я сама его закрою, – шикнула я и уже хотела на него наброситься. За компанию. Только Светлый не дал. Он перекрыл мне дорогу рукой.

– Валюша, поставь цветочки в вазу, а то завянут… Жалко будет, – нежно вложил он мне в руки букет, мягко намекая, чтобы я удалилась и не мешала их «мужскому» разговору.

В его голосе слышалась угроза и скрытая злость. Я прижала цветы к себе, но уходить не спешила. Одному Богу известно, что будет дальше, а драка мне здесь не нужна. Конечно, приятно, когда из-за тебя дерутся два мужчины… Есть в этом что-то, что повышает самооценку и собственную значимость. Только сегодня я не в настроении терпеть скотское поведение Андрея. Да и со Светлым я планировала провести более приятный вечер.

– Я вам дам пищу для размышления, Роман… Ан-дре-евич… – насмешливо улыбнулся Андрей. Он попытался подняться, однако Светлый грубым движением ударил им об пол.

Изо рта Хлыстова вырвался обречённый смешок. Он посмотрел мне в глаза и подмигнул. Я не знала, что это значит, но такой жест мне не понравился.

– Ваша «любовь» с Валей… это фальшь, фарс, какие там ещё есть синонимы?... Не подскажите? – продолжил Андрей. – Молчите?… Ладно, я скажу. Она, как и я, ненавидит вас. Презирает и брезгует. Все эти милые слова, обнимашки и поцелуи были сделаны с целью вышвырнуть меня из универа. А ещё наказать… За то, что я ей изменил и долго-придолго вешал лапшу на уши. Видите-ли, она всё ещё меня любит. Даже на поцелуй ответила. Только вы помешали. Ох…, что было бы потом. Стены бы тряслись, да штукатурка сыпалась. Может, вы свалите и мы продолжим? Вы свою роль в нашем невинном споре уже выполнили. Пора дать дорогу молодым.

– Это неправда! – попыталась я защититься. – Не верь ему…

Я перестала дышать и попыталась подойти к обездвиженному Светлому. На глаза накатились слёзы. Я боялась, что он поверит Андрею. Что он уйдёт и не вернётся. Плечо Светлого дрогнуло, когда я к нему прикоснулась. Но он даже не повернулся в мою сторону. Молча продолжил сверлить взглядом Хлыстова, который получал особое наслаждение от данного представления.

– Это не так, – дрогнул мой голос. – Врать не буду, спор был, но это…

– Ты его любишь? – прервал меня Светлый.

Меня удивил его вопрос, даже больше его реакция. Мне казалось, что Светлый фыркнет, вильнёт хвостиком и покинет мою квартиру громко бахнув дверью, но нет. Его будто не интересовал этот дебильный спор, то, что я играла с ним во влюблённую дурочку, даже тон его был не обвиняющим, как обычно, а просто уставшим. Словно, из всего монолога Андрея он услышал только о мнимой любви. А может, это его больше всего и интересовало. Я уже не была ни в чём уверена.

Я даже рот не успела открыть, как Андрей снова начал тявкать. У него явно отсутствует инстинкт самосохранения. Наего месте, я бы придержала язык за зубами, если бы надо мной нависал такой мужчина, как Светлый. Хотя…

– А губки у неё такие же сладкие и нежные, как раньше, – выплюнул слова в лицо Его Светлости наш вечно храбрый Андрюша. – Успели её уже потаскать? Понравилось? Или она мало старалась, не так, как для меня?

Слова Андрея вывели из состояния равновесия не только меня, но и Светлого. Видимо, нам хотелось одного и того же, чтобы этот придурок поскорее покинул моё скромное жилище. Я скривилась и уже хотела послать его к кошкиной матери, и даже показать направление средним пальцем, однако Светлый, чьи мышцы напряглись, а лицо потемнело, он негромко сказал:

– Повтори.

Андрей усмехнулся. Глупо и самодовольно, как умеет.

– Я сказал, что она целуется так же, как раньше. Мягко… Сладко… Хочешь подроб…

Чёткий удар Светлого оборвал Андрея на полуслове. Он пришёлся по лицу. Если быть точнее – по левой скуле. Андрей даже не успел прикрыть лицо, настолько всё произошло быстро. Удар был точным, натренированным и очень агрессивным.

Я вскрикнула, а Светлый даже бровью не повёл.

Первый удар не стал последним. Последующие последовали в нос, губу, живот. Куда угодно. Лишь бы сделать, как можно больнее. Андрей даже не пытался защищаться, он просто пытался сбежать, но Светлый лишь раз за разом впечатывал его голову в пол, почти что до хруста черепной коробки. Или что там у него.

– Хватит! – закричала я, но Светлый на меня не реагировал.

И тогда я крепко вцепилась в его руку, пытаясь остановить удар, но ничего не получалось. Его разум больше не контролировал тело. Вот что бывает, когда долго держишь себя в руках. Лицо Андрея медленно, но уверенно превращалось в нечто. И нет, мне не было его жалко. Ничуть. Я просто вспомнила о проблемах Романа Андреевича с доблестной полицией. Его могли повязать за одну только ссадину нанесённую подобию человека, не говоря уже о побоях.

Я двигалась инстинктивно. Не знаю, что мною двигало. Точно не здравый рассудок, ведь и мне могло прилететь. Ну знаете, эмоции, чувства и ещё новая информация о споре… Отлетела бы я от одного только его удара, как мягкая игрушка. И даже писку бы не издала.

Времени думать у меня не было. Поэтому я просто запрыгнула ему на спину. Ну а что? Такой балласт хоть и приятен, но кулаками размахивать мешает.

Я зацепилась за него резко и неуклюже. Ногами, точнее одной ногой, обвила его талию, прижалась всем телом и крепко схватилась за его разгорячённую грудь. В которой сердце было готово выпрыгнуть. Розы шипами впились в мои ладони, а несколько лепестков посыпалось на лицо Андрея, придавая ему лёгкость, прикрывая ссадины и кровь, которая сочилась с его губы.

– Остановись, – прошептала я ему на ухо, так, чтобы даже Андрей не услышал. – Успокойся и приди в себя. Ты мне нужен…

Последние слова дались мне с трудом. Да и я сама не поняла, как выдавила их из себя. Видимо, это шок и пережитый стресс повлияли на меня.

– Я люблю тебя.

Светлый замер. Не сразу. На осознание