Его дети. Хозяйка дома на границе миров - Мартиша Риш

— Чтоб тебе, — буркнул Король.

— И тебе, — ответила ему Инга. Что объединяет этих двоих, остается только догадываться. И я почти уверена, они не любовники. Друзья? У драконов они бывают?

— До скорой встречи, Дима, — кивнул король моему супругу.

— Я еще майонеза захвачу.

— Не нужно. Майонеза хватает.

— Ткемали?

— Грузинского!

— Договорились. И докторской?

— Да!

— Со мной поделишься, — безапелляционно заявила Инга, — я в прошлый раз в гастрономе чуть не попалась на глаза к-хм одному человеку, когда собралась «остограммиться» дешевой ливерной по акции.

— Хорошо, что не траванулась дешёвой колбаской, как я в тот раз.

Глава 51

Дмитрий Ярве

Я напрягся, думал, что в королевском обществе буду чувствовать себя неуютно. Судорожно вспоминал, в какой очередности подаются блюда на стол, в каком порядке следует отвечать, как долго позволительно поддерживать разговор на "бесполезные" темы вроде погоды и урожая зерновых. Джим-то родился герцогом, вести себя при монархах всяко умеет. Это я все родительские поручения давно выкинул из головы за ненадобностью и чтобы расширить пространство для умных мыслей.

Но нет, король драконов меня удивил. Простой парень, без всяких заскоков, таких в Питере много. Нормальный, спокойный, роста, правда, высокого и волосы очень длинные, светлые. Если б еще глаза у него не светились огнем, вообще бы за сошел за своего, местного. И что это Элька так при нем растерялась? О Джиме и говорить нечего, он до сих пор не подает признаков жизни, сидит и смотрит в одну точку.

Любопытно, почему Адриан такой простой и понятный? Мы с драконом очень быстро нашли общий язык, перешли на «ты», договорились о поставках продуктов. Еще и приглашение я получил навестить дворец вместе со всей своей семьей. Джим, конечно, тоже увяжется, с этим я пока ничего не могу поделать. С одной стороны, это хорошо. Будет кому помочь с маленькими бесятами. Втроем-то мы уж как-нибудь угомоним малышню. С другой стороны, я стану посмешищем на глазах у всех драконов. В том мире многомужества нет, как я понял. И мне никому не удастся объяснить, что Джим в нашей семье находится на правах доброго дядюшки. Я и сам еще недавно бы не поверил в то, что такая семейка, как наша, может существовать хоть какое-то время. Значит, Джима нужно оставить здесь. Пусть дом охраняет, ему же лучше.

Вот что делать с поставками продуктов в мир дракона — это вопрос. Наладить линию производства пельменей в одном из моих отелей? Или нынешних мощностей хватит? Может, на стороне закупать? Еще же и докторской он заинтересовался. А эта рыжая, Инга, кажется, любит ливерную колбаску. Не последняя женщина в их стране, как я полагаю. Надо бы и с ней подружиться.

— Элли, а как много едят драконы?

— Смотря в какой ипостаси. В двуногой примерно, как мы, может, чуть больше.

— А в этой, во второй, огненной или как ее?

— В звериной? Не знаю.

— Хм. А размера он становится какого?

— Большого.

— Как тигр?

— Нет, конечно. Гораздо больше.

— Я понял. Спасибо. Придется линию открывать. Для начала закуплю пробную партию. Хм.

— Мне так странно, что дракон попросил о пельменях тебя.

— Может быть, он учился на Земле. В один мой отель как-то приехала целая делегация откуда-то из Африки. Дипломаты, знать, высшие чины, среди них даже принц был. Вот он как раз отлично говорил по-русски, требовал пельменей, чебуреков и воблы. На завтрак обед и ужин ему все это подавали. Еще мороженое он уважал, пломбир в стаканчиках, как сейчас помню. Учился у нас в юности. Уезжал из России со слезами на глазах, потом еще раз десять приезжал отдыхать. Может, и Адриан так же?

— А Инга тогда кто?

— Сокурсница? — предположил я, — Учились вместе, сдружились, и он ее к себе уволок. Тем более, что она, кажется, зоолог. Говорила что-то про чешую, когти там.

— Может и так, — согласилась супруга, — Я уложу детей спать сегодня сама. Отдыхайте, день выдался непростой. У малышей так рано проснулся дар. Я просто счастлива! Надо будет им завтра купить колечки-блокираторы магии у артефактора, чтоб не колдовали без спросу, а то еще дом сожгут или садик.

— Или машину, — совсем не к месту произнес герцог. Чтоб ему!

— И мне тоже купи, ладно? Деньги я отдам. Мне еще разрешение нужно от тебя получить на путешествия по мирам. И разрешение тратить золото здесь, в Лорелин.

— Хорошо. И разрешения я вам обоим тоже выпишу сразу. Прямо сейчас.

— Чудесно, — вяло произнес Джим. Он вообще какой-то странный сегодня. Может, дыма надышался, пока в машине горел пол?

— Тоже хочешь к драконам?

— Меня там сожгут за неуважение к монарху. Я сел первым за стол, не соблюдал этикета! Позор на весь род Мальфоре!

— Не сожгут. Но ты прав, лучше побудь дома, так надежнее. Еще детишек опозоришь, мало ли. Это я при короле не теряюсь. Дракона мы с супругой и детьми навестим без тебя.

— Нет! — испугалась вдруг Элли.

— Почему?

— Мало ли, что? — округлила глаза жена, — Нет и еще раз нет!

— Хорошо, в первый раз съезжу я один. Все посмотрю, договорюсь о поставках, может, и отельчик у них там построю. Один. Да, для начала один. И ресторан при нем открою огромный. Зачем таскать заморозку, когда ее можно делать на месте? Кстати, в том мире уже изобрели холодильник?

— Погреб и шкаф стазиса точно изобрели, — фыркнула Элли как недовольная кошка. Боится она за меня, что ли?

— Ну, вот и отлично. Научишь потом меня им пользоваться.

— Не съездишь, а сходишь. Тут недалеко, — подал голос герцог и сгреб со стола свою чарованную куколку. Я спешно ухватил вторую. Мало ли, и ее стащит. Не хотелось бы драться из-за кукол при детях. Кстати, а где моя тройня? Что-то в доме подозрительно тихо. Я огляделся. Спят мои совятки на софе под окном. Сбились все трое в кучку, так и не скажешь, что они озорники и в нормальном состоянии напоминают бесят, которым хвостики на концах подпалили.

— Приятных снов! — неправильно поняла меня Элька. А может, и вправду, пора спать? Умотался.

— Где мне лечь?

— В гостевой комнате. А ты, Джим, ложись на софе. Только сначала нужно разнести деток по комнатам. Я сейчас.

— Мы сами справимся.

Элли

Мужья уложили детей по кроватям, я слышала, как Джим напевает Робину песню. Тягучий мотив древней баллады, их родовая колыбельная. Но и она вот-вот оборвется, стихнет на века, если я не отпущу Джима