Разведена! После 40 жизнь только начинается - Анна Грин

— Ну, так и я вроде не совсем здоровый. — Усмехнулся Виктор, переводя всё в шутку.

— Ты здоровее некоторых. По крайней мере, у тебя нет скелета в шкафу по поводу твоей личной жизни.

— Есть, ты что! Просто я изначально уже в шестнадцать лет понял, что жениться не собираюсь и строить отношения не собираюсь. Я вот хочу так, чтобы не было возможности никого обидеть. Особенно женщину.

— Ты очень уважаешь женщин.

— Отчасти да. Потому что, ну как бы, знаешь, это глупо. Женщина создала мужчину. Это реально ненормально рассуждать так, что можно взять, сломать, покалечить.

— А с моей Ксюшей ты что собирался делать? Просто кофе попить?

— Чего ты докопалась? Если бы у меня были другие цели — ты сама знаешь, как я к ним иду.

— Если б ты не узнал, что я её мать, может быть, ты к ним бы так и пошёл.

— Давай тут не надо мне, ладно? — Устало произнёс Беркутов. — Я накосячил. Я виноват. Но поверь, тащить твою дочь в койку после одной чашки кофе — у меня таких планов не было.

— Это мерзко. Наверное, поэтому я хочу быть одна. — Тихо произнесла я.

И Виктор, встав с кресла, остановился возле дивана и оперевшись бедром о спинку, провёл пальцами мне по волосам.

— Я обещаю, что больше не забуду твоё имя. — Слишком легко и без давления произнёс Виктор.

Я подняла на него глаза.

— Ты мне действительно понравилась. Скажу даже больше: на полшишечки я влюбился. Позвони, когда я тебе буду нужен.

Глава 82

Рубен.

Ксюшка стояла на пороге и носом шмыгала.

— Ругать будешь… — Тихо сказала дочь, глядя на меня исподлобья.

— Смеёшься, что ли? — Спросил я, распахивая руки и приглашающе кивнул.

Ксюша подошла, ткнулась носом мне в плечо и я осторожно, невесомо положил ладони ей на плечи.

— Привет, заяц. — Тихо шепнул, целуя её в висок.

— Я на маминого мужика запала. Прикинь. — шмыгнула носом дочь.

И меня всего подкинуло.

— Ну как запала, я ему кофе купила. У них, видимо, там все очень непросто. И вот мама нас сегодня увидела, когда мы решили посидеть в кофейне. Ну и сам знаешь... Прости, пожалуйста.

— Кто мамин мужик? — Тихо уточнил я, потому что мне нужна была самая достоверная информация из той, которая существовала.

— Виктор Беркутов.

Я щёлкнул пальцами.

Не сказал бы я, что он Сашин мужик. Скорее так, вибратор на ножках.

Но ревность била сильно так, что перед глазами всё становилось красным.

— Проходи. — Шепнул и закрыл за дочерью дверь.

Ксюшка бросила сумку, разулась и прошла в зал.

— Кушать будешь?

— А что у тебя есть?

— Не знаю, домработница что-то приготовила. Сейчас посмотрим. Голубцы есть.

— Голубцы? Буду.

Ужинали. Ксюшка нервно рассказывала реакцию Саши, а у меня волосы на всех местах шевелились.

Нет, ну у меня бы очко сжалось в моменте, если бы такая ситуация произошла со мной. Но Саша рубанула, как обычно.

Но, судя по Ксюше, её не это беспокоило.

— Ты же приехала не пожаловаться на маму?

— Да нет, конечно.

Дочка стала собирать со стола и потерев переносицу, выдавила:

— Знаешь, это дерьмово быть ребёнком крутых родителей.

Я вскинул брови.

— Глупости не говори. У меня крутой ребёнок.

— Ну, — Ксюша покачала головой. — Нет, пап, серьёзно. Знаешь, почему мне понравился Беркутов? Он на свой возраст не выглядит. Харизматичный, весёлый, самое главное — состоятельный. Почти как ты. А может и больше. Я, если честно, не уточняла.

— Ты что это за глупости говоришь? — Тяжело вздохнул я, понимая, что должен по-отцовски поддержать дочь.

— Да, пап. Ну вот у меня потолок моих достижений — сидеть на телефоне и обзванивать партнёров, ласково щебеча о том, что наши условия самые крутые. И всё. Я прекрасно оцениваю себя. Мне лучше выйти замуж за богатого мужика.

— Ага. — Вызверился я, но виду не подал. — А потом как бабуля жить? Правильно?

Ксюша нахмурилась. Видимо, такой исход ей не виделся. Она, вероятнее всего, даже не рассуждала на эту тему.

— Ксюш, ты пойми меня правильно. Я ничего не вижу плохого в том, чтобы у тебя была хорошая жизнь, состоятельный мужчина. Но и ты не его приложение. Ты же намного больше.

— Пап, да что я больше? — Ксюшка отставила чашки и взмахнула руками. — Пап, да что я больше? Принеси, подай и иди в баню, не мешай. Вот и все мои таланты.

Я прикусил нижнюю губу и встав из-за стола, подошёл к дочери. Обнял её и тихо прошептал:

— Ну, знаешь, ты о своих талантах слишком плохого мнения. Вот, например, на протяжении последних двух месяцев Афанасьев у нас копытом стучал. Как тебе удалось его прогнуть на те условия, которые мы давали по логистике?

Ксюша растерянно посмотрела на меня снизу вверх и ротик приоткрыла.

— Чего?

Я улыбнулся.

— Нет, это ты мне скажи: чего. Как ты умудрилась одного из самых несговорчивых говнюков обвести вокруг пальца и при этом ещё не нарушить ни одного пункта договора?

— Да никак. Я ничего не делала. С этим Афанасьевым у нас была видеоконференция. Я просто очень сильно улыбалась ему в камеру. Всё. Ну, ещё я сильно извинялась за то, что мы не можем ему ничего другого предложить. Но если его устроят нынешние условия, то в дальнейшем лично я приложу все усилия для пересмотра его поставок.

Я склонил голову к плечу, ласково улыбаясь и проводя Ксюшке по волосам.

— Ну вот видишь, а говоришь, ни на что ты не способна. У нас от Афанасьева выли все, включая меня. Потому что это такая въедливая скотина, что просто словами даже не описать. Он цепляется ко всему. Он до копейки пересчитывает все накладные. А с тобой как-то за пару звонков взял и всё подписал. Ксюш, ты просто молодая. Ну, в моём восприятии, конечно, ты просто маленькая. Но по факту ты талантливая. У тебя столько сильных черт характера, что ты любого за пояс заткнёшь. Понимаешь? Но ты в себя не веришь. И, может быть, наверное, ты права, что находиться в тени успешных родителей — это тоже проблема. Но посмотри с другой стороны на мировую практику. Пэрис Хилтон — ну, согласись, девочка-то молодец, жизнь Барби, икона стиля. А в итоге-то…

Ксюша усмехнулась и прижалась ко мне.

— Пап.

— А что пап? Что пап? Сегодня ты Афанасьева прогнула, а завтра деда начнёшь прогибать да так, что потом из