Душа моей души. Такие разные родные - Анна Глушкова

Вспомнив об этом, он просто попытался расслабиться и подумать о том, что ему нужно попасть в свою прошлую жизнь, это очень важно сейчас. Стоило только появиться этой мысли, как он снова оказался в том же самом коридоре. Тело его снова слушалось и дышалось снова легко и свободно.

— Ты молодец, — услышал он голос Айне, — ты справился, все сделал правильно. Теперь мы в твоей прошлой жизни. Смотри!

Посмотрев на прозрачную стену, Сэм понял, что картинки на ней изменились, теперь это была уже не его жизнь.

— Это тоже твоя жизнь, — мягко произнесла Айне, прочитав его мысли, — просто ты о ней забыл. Эту жизнь нужно вспоминать иначе. Давай начнем сначала, — вдруг откуда-то подул ветер, и картинки на стене пошли рябью. Потом все прекратилось, и Сэм увидел прямо перед собой первый яркий кадр. — Ты должен шагнуть туда, чтобы вспомнить, — шепнул ему на ухо нежный голос.

Зажмурившись, Сэм решительно шагнул прямо внутрь стены. И, открыв глаза, он оказался на залитом солнцем лугу. Он удивленно огляделся. Он лежал в густой траве, грызя стебелек какой-то травинки, рядом с ним лежал его брат.

«Брат?» — удивленно подумал Сэм и тут же воспоминания обрушились на него лавиной. Они с братом были в ночном, именно поэтому они оба сейчас лениво валялись в слегка влажной от утренней росы траве. Стреноженные лошади паслись неподалеку.

Его звали Иван, а брата — Митя. Они родились и выросли в небольшом селе на юге России. Отец их был кузнецом, мама — дояркой в колхозе, а братья мечтали поступить после школы в летное училище.

Они оба мечтали о небе. Школу они закончили совсем недавно, а теперь оба готовились к поступлению. Экзамены должны начаться через полмесяца. Им предстояла долгая дорога в Ленинград.

— Ванька! Митя! — вдруг раздался звонкий девичий голос вдалеке. Девушка бежала по лугу, высматривая ребят, — где же вы? Отзовитесь!

— Чего орешь, как оглашенная? — недовольно буркнул Митя, поднимаясь из травы, — лошадей напугаешь.

— Беда, ребята! Ой, беда, — растерянно прошептала девушка, размазывая слезы по щекам, — война началась.

— Что? — подскочил Сэм, который был сейчас Иваном, — что ты сказала?

— Война, — прерывисто вздохнула девушка, которую, он точно знал, звали Марьяша, — по радио говорят. Сегодня утром Германия напала на нас. Объявлена общая мобилизация, отец зовет вас домой. Вот, меня послали вас найти.

А потом воспоминания закружились с еще большей скоростью. Вот они с братом в летном училище, как и мечтали. Только теперь они готовятся воевать. Долго их обучать не намерены, на фронте дела обстоят плохо, враг захватывает все новые территории, скоро их отправят на передовую.

Вот приходит письмо от мамы. Отца тоже мобилизовали на фронт, а она с другими жительницами деревни отправляется куда-то в тыл работать на заводе. Обещает написать им, когда устроится на новом месте.

Вот они уже на передовой. Один боевой вылет за другим. Враг по-прежнему наступает, каждый раз вылетая на задание, они могут не вернуться, практически каждый раз они не досчитываются кого-то из экипажей.

Они — летчики-истребители, элита воздушных сил. Но враг тоже силен, и им приходится отступать раз за разом. Вот уже и Москва недалеко, неужели все напрасно, и они проиграют эту войну? Нет, нельзя так думать, мы победим, мы справимся.

Очередной вылет по тревоге. Ночной. Нужно остановить вражескую колонну, продвигающуюся в сторону столицы. Время опять замедлилось. Сэм-Иван за штурвалом, рядом летит брат Митя, Сэм слышит его голос в наушниках. Вдруг из темноты на них обрушивается шквал огня. Их обнаружили вражеские самолеты-разведчики, и теперь им придется вступить в воздушный бой.

Их мало, вражеских самолетов гораздо больше. Сэму еле удается уворачиваться от огневых очередей противника. Вдруг в наушниках он слышит голос брата: «Я подбит! Приземлиться не смогу. Прощай, Ванюха, обними матушку за меня, не поминайте лихом! Заберу с собой столько врагов, сколько смогу». И горящая машина брата, словно факел в ночи пикирует к земле, в самую гущу вражеской колонны.

Раздается взрыв и тишина в наушниках, нет больше у него брата. Как же так, Митька? А потом приходит злость, нельзя оставить брата неотомщенным, нужно поквитаться с захватчиками. Сэм-Иван неуязвим, он сбивает одного за другим вражеские самолеты, а потом вдруг понимает, что и его задели, крыло загорелось, а значит, и ему не суждено покинуть это поле боя живым.

Он спокойно держит штурвал, полностью осознавая, что намерен сейчас сделать, разворачивает самолет и направляет его к земле, прямо туда, где медленно ползут вражеские танки. Он не успеет катапультироваться, да и смысла в этом нет, все равно попадет в руки врагов. Прощай, брат! Прости, матушка, не дождаться тебе с войны своих сыновей.

А потом взрыв и боль, которая быстро стихает, оставляя ничего не понимающего Сэма в том же самом коридоре. Он задыхается, все еще ощущая на себе дыхание смерти, не сразу ему удается прийти в себя. Как же это страшно, умирать, и в то же время как-то спокойно после этого, словно так и надо.

— Как ты, Сэм? — послышался рядом знакомый голос. Но голову повернуть по-прежнему не получается, — ты справился, все уже позади. Ты вспомнил свою предыдущую жизнь. Теперь ты знаешь, как это будет происходить.

Чтобы вспомнить следующую жизнь, тебе нужно будет снова пережить процесс рождения, но это уже в другой раз. Для начала хватит с тебя и этого. Тебе нужно все осмыслить, свыкнуться с тем, что теперь ты помнишь одну из прошлых своих жизней. Теперь мы на шаг ближе к нашей цели. Давай просыпаться. Приходи потихоньку в себя.

Сэм почувствовал мягкие невесомые прикосновения к своему лицу, волосам. Он глубоко вздохнул и открыл глаза, увидев внимательный и тревожный взгляд, склонившейся над ним Айне.

— Ты в порядке? — тихо спросила она.

— Кажется, да, — сипло ответил ей Сэм. Голос почему-то не слушался, — это все было на самом деле?

Айне согласно кивнула, по-прежнему внимательно за ним наблюдая. Сэм приподнялся на локтях и сел, облокотившись на спинку дивана.

— Это так странно, понимать, что уже жил раньше, — заторможенность не спешила покидать тело Сэма, — я был русским в прошлой жизни, — начал он рассказывать, видя нетерпение брата, — жил в деревне, у меня был брат. Война началась в тот год, когда мы закончили школу. Мы стали с ним летчиками и оба погибли в один день. Нас сбили немецкие истребители.

— У тебя был брат-близнец? — задал вопрос Лейт.

— Близнец? — недоуменно взглянул на него Сэм, а потом задумался, —