Грешная жизнь моего мужа - Лу Берри

— А это у тебя что? — кивнула я на коньки.

Что-то неприятно заскребло внутри. Вещь была довольно дорогая и явно взялась не из воздуха.

— Папа купил! Они огонь, правда?! Во дворе все обзавидуются! Прикинь, у них ещё колёсики светятся!

— И в честь чего это он их тебе купил? — поинтересовалась я настороженно.

— Мам, ну это что, допрос?! Мы просто зашли в магазин и он купил! Ну все, я побежала, не терпится покататься!

— Подожди! Где и с кем ты гулять собралась?

— Мы с Машей и её мамой идём в парк. Ну маааам! Меня ждут!

— Я позвоню маме Маши и проверю, — предупредила я. — Иди уж.

Что-то радостно воскликнув, Виолетта выскочила из квартиры. В последний момент глаз зацепился за колеса роликов — что-то привлекло мое внимание. Показалось, что они не выглядели новыми. Дочь что, уже на них каталась? Когда успела?

Озадаченная, я вернулась на кухню, подошла к окну… Убедилась, что дочь и впрямь уходит в сторону парка в компании подруги и её мамы.

Выдохнула.

Что за ерунда? Почему Влад, не посоветовавшись со мной, делал такие подарки?

Мы многое могли себе позволить купить, но по обоюдному согласию старались не баловать дочку слишком уж сильно. А дорогостоящий подарок, предназначенный на день рождения, явно выходил за пределы разумного воспитания.

Придётся поговорить с мужем ещё и об этом. Мало ведь нам было причин поссориться за последнее время.

Вновь взяв в руки свою чашку, я вспомнила, чем кончился наш недавний визит к родителям Влада.

* * *

В руках свекрови была фотография.

Старая, немного выцветшая в силу своего возраста, чуть потрескавшаяся по краям, но это было совсем неважно. Куда важнее было то, что со снимка на меня, без сомнения, смотрел мой муж.

На фото ему было действительно лет пять. В руках он держал скрипку, и то, как он к ней прикасался, не оставляло сомнений в том, что Влад прекрасно умеет обращаться с инструментом.

Моё горло будто тисками сжали. Последний аргумент, за который я цеплялась, надеясь оправдать мужа, был в том, что он не умеет играть на скрипке. И вот, прямо на глазах, эта надежда рассыпалась в прах.

— Я не знала, что Влад играл, — произнесла натужно, с трудом выдавливая каждое слово.

Свекровь махнула рукой, тяжело вздохнула и улыбнулась.

— Он не любит об этом вспоминать. Как будто игра на скрипке — нечто постыдное! А ведь у моего мальчика был талант! Но в какой-то момент он решил, что скрипка не красит мужчину, а потом вообще увлёкся этими своими мотоциклами… Но уверена, что дай ему только инструмент — он и сейчас сыграет, как Бог!

Я вдруг хохотнула. Весьма вероятно, он и играл.

Прикрыв глаза, я пыталась переварить новую информацию. Вроде бы и лежала, но голова от всего происходящего шла кругом.

— Я, наверно, домой поеду, Алла Семеновна, — проговорила, резко принимая сидячее положение. — Вспомнила, что не закончила проект, а завтра встреча с клиентом. Важным.

Соврала. Но стыда не испытывала. Было просто невыносимо дальше находиться среди этого террариума и задаваться вопросами…

А не знала ли семья Влада о его внебрачном сыне?..

Иначе какого черта эти фотографии всплыли только сейчас?.. Как нарочно. Умышленно.

— Тебе же нехорошо! — обеспокоенно закудахтала свекровь.

А я смотрела на неё и понять не могла: неужели в этой тихой, мягкой женщине крылось столько лицемерия?..

— Уже лучше, — ответила коротко.

Когда снова оказалась на кухне, меня тут же окрикнула Наташа:

— Злат! Ну что, мама тебе фотки показала? Я столько времени потратила, чтобы их найти! Там столько замечательных кадров!

Я прищурилась. Возникло стойкое ощущение: уж Наташа-то наверняка знала о Леве. Это ведь был сын её подруги, если верить Владу. А сама она…

Видимо, этакий серый кардинал, что из тени дёргал людей за нужные ниточки.

— Кстати, все хотела тебе сказать! — продолжила золовка. — Тебе бы гардероб свой пересмотреть, Злат. Купи себе, что ли, платьишки какие! Надо быть женственной! Ты ведь понимаешь, что мой брат — видный мужчина и охотницы на него всегда найдутся? Надо соответствовать его уровню! А ты в каких-то мешковатых брюках ходишь… Мужчины таких не любят!

Мне так и хотелось выпалить в ответ: ну ты уж определись, как шлюха я вырядилась или как монашка?

Но вместо этого сказала:

— А ты, несомненно, разбираешься в мужчинах. Сколько у тебя было мужей, напомни, пожалуйста?

Краска бросилась ей в лицо. Улыбка все ещё держалась на губах Наташи, как приклеенная, но теперь напоминала змеиную. Какова и была её сущность — теперь я это знала.

— Зря ты так, — заметила она вкрадчиво. — Я ведь как лучше хочу, о тебе волнуюсь. Между прочим, у Владика прекрасный вкус, он может тебе посоветовать, что купить. Недавно он мне столько всяких чудесных вещей подарил! Целый гардероб!

В иное время я бы просто улыбнулась и деликатно промолчала. Но не после того, что мне сегодня открылось.

— Конечно подарил, — улыбнулась я ей в ответ. — Ведь ты сама не работаешь. А зря. Попробуй — вдруг понравится? Говорят, если работать, то можно самой себе покупать одежду и ездить в отпуск за свой счёт, а не за чужой.

Теперь Наташа побелела. Даже за сердце схватилась, дурными голосом завопив:

— Влаааааад!

Муж появился рядом в считанные секунды. Подскочил к сестре, взял её под локоть, испуганно спросил:

— Что случилось? Тебе плохо?

— Это все твоя женааа, — простонала золовка в ответ.

Ну прямо актриса погорелого театра.

— Которая, кстати, уезжает, — вставила я ледяным тоном. — Виолетту сам привезёшь домой.

Глава 9

От бесконечных размышлений и мыслей, что лезли в голову, как тараканы, было уже откровенно тошно.

Я не была склонна рубить с плеча, предпочитала сначала все проанализировать, но сейчас ясно понимала, что зашла в тупик. И наступала пора действовать, потому что больше не было смысла думать по кругу об одном и том же — так правды не выяснить.

Я решила, что пора говорить прямо, потому что бесконечные намёки мне надоели.

Я набрала номер, который ещё не успела удалить из своих контактов.

* * *

Влад заявился домой этим вечером, будучи не в духе — это я ясно уловила из того, как он зло бросил ключи на столик в прихожей, какими громогласными и тяжёлыми были его шаги…

Которые направились сразу на кухню, ко мне.

Мне было, что ему высказать, но муж меня